- Я знаю, всё знаю. Молчи пока, хорошо?- повторяла, желая успокоить и понимая, что языка, как и у прочих с амулетами, скорее всего, нет.
- О, потеряшка! Нашёлся!- пробасил Карел. - Селена, амулет.
- Я помню. - И уже обращаясь к Альду. - Ты сейчас уснёшь, очень крепко. Мне нужно вытащить эту дрянь из-под твоей кожи. Понимаешь? Просто уснёшь. Не умрёшь, не погибнешь. Всё будет хорошо. Ты мне веришь?
Альд сжал мою руку и прижал сначала к губам, потом всей ладонью к сердцу, ко лбу и прижался щекой к внутренней стороне.
- И что это значит? - как-то очень холодно спросил Рей.
- Если кому и верю, то только тебе, сердце моё - перевел жесты в слова Варес. - Альд вообще жениться на Селене обещал.
- Чеегооо?- дружный выдох мужей.
Оторвавшись от уснувшего дроу, подняла взгляд на мужей.
- Рей, Дайгир, ну вы то что?- смотрю на сжатые губы и злые глаза. - У меня два мужа и круг закрыт. А он изранен и ему лечение необходимо.
- Привычка называть чужую жену "сердце моё" не способствует скорейшему выздоровлению. - Оттаивая, проворчал мой змей.
- Ага. И долголетию вообще! - добавил Дайгир.
Глава 26.
Рейгар Изумрудный.
Неожиданная находка пробудила во мне чувства, о существовании которых я в себе и не подозревал. Ревность злобной, голодной тварью грызла изнутри. Такого бешенства я уже очень давно не испытывал. Если честно, то думаю, что и вообще никогда.
"Сердце моё"! Сердце? Его? Да я ему сейчас лично вырву тот кусок мяса, что является сердцем и покажу. Чтоб запомнил, как выглядит ЕГО сердце, и не путал. Мне даже было наплевать, что он был ранен и при смерти. Да чхать я хотел на его состояние, если он тут тянет свои лапы к моей жене! Моей!
Я еле сдерживал себя, по мышцам пробегала судорога от желания обвить хвостом этого сердечного и сжать до хруста! Чтоб даже дар Селены был бессилен всё восстановить.
Но жена одним только звучанием голоса успокоила непонятно откуда появившееся чудовище. Это её удивлённое про закрытый круг и мужей! И всё, теплой волной окатило от напоминания, что у нашей жены есть мы. И тут же стыдом, что Селене сейчас нужна помощь, что увидеть близкого родственника или друга вот так, при таких обстоятельствах... Ворчал я уже больше для отвода глаз, но сам думал, как помочь жене.
- Селена, может его лучше... Ну, в лагерь?- предложил Дайгир, пряча виноватый взгляд, видно и у него мысли были не лучше моих.
- Там и удобнее, и чище, и можно сразу оставить его спать в нормальных условиях, а не тут, на земле, среди мертвых. - Подхватил слова барса я.
- Но лагерь... - растерялась от нашего напора Селена.
- Ничего страшного, - сжал я хрупкие плечики. - Донесём.
Дайгир молча кивнул, и улыбнулся. Жена посмотрела на меня, потом на Дайгира, на этого, Альда, и снова подняла взгляд на нас с барсом. И столько в этом взгляде было благодарности и тепла, что я готов был нести этого полумертвого дроу хоть до грозового перевала! Карел отдал нам свой плащ, на который мы переложили раненного. Благо нести можно было, не боясь, так как кровотечений уже не было. Он по-прежнему был тяжело раненым, но уже не смертельно.
Селена задержалась, очерчивая охранный круг и планируя вернуться сюда ночью. А мы, впервые делали что-то именно для неё. Не заботясь о жене, не охраняя её. А именно для неё, и напрямую её не касающееся. Помогали ей, вытащить кого-то близкого и важного для неё.
Мы оба, и я, и Дайгир, просто пытались ей показать, что мы на одной стороне. Следующие два часа прошли в напряжённой суматохе. Мы грели воду, помогали держать этого бедолагу, или удерживали его голову в нужном положении, пока Селена вытаскивала этот мерзкий амулет из-под его кожи. Меня передёрнуло от воспоминаний, от фантомного ощущения ледяной руки внутри черепа.
Но отвлекаясь от своего очередного пациента буквально на секунду, Селена окидывала нас с барсом таким взглядом... Таким, уверенным что-ли. А то, появился тут! Сердце, видите ли, его! Сердце-то может быть и твое, а жена моя. Ну, наша, с барсом.
И сколько ещё таких воздыхателей где-то бродит. Рейды, зачистки, практики и всякие посольства. Сколько всяких разных самцов видели, какая она, сколько хотели приграбастать это сокровище к рукам.
Некстати вспомнилось, сколько родственников у жены среди нагов. И что Селена рассказывала, как в детстве любила бывать в кланах. Представляю, а как в кланах любили её приезды! Поди, вились рядом неотрывно стараясь приучить к себе, втереться в доверие. Знаю я эти змеиные уловки! Готов спорить, ещё и показательно скрывали какие-нибудь царапины, мол, ерунда, на тренировке получил. А Селена, конечно же, лечила, а эти недобитые ещё ж и по принципу, что она теперь за них ответственность взяла.
Эх, что-то меня понесло совсем не туда! Я сейчас додумаю, что весь мир спит и видит, как занять мое место рядом с женой. Но ради этого взгляда с тёплыми и мягкими искорками радости, я готов вновь и вновь доказывать собственной жене, что её выбор не был ошибкой. И как же мне нравится, как это звучит! Жена! А "моя жена" вообще душу греет! Даже шевельнулось какая-то благодарность к этому дроу.
В тот момент, когда Селена отодвигалась от спящего мужчины с довольной улыбкой человека, выполнившего свою работу на отлично, она протянула нам свои руки. Не обняла, не поцеловала, а именно протянула руки. Благодаря за помощь, и показывая доверие к нам. Ещё один маленький шажок навстречу друг другу.
А перед тем как уйти в темноту, окружавшую лагерь, потому что близилось время для проведения ритуала, Селена вдруг внимательно посмотрела на нас по очереди.
- Может... Может, вы со мной?
И я не сдержался. Как тогда в лесу на поляне после отбора. Хвост обвил её тело, пальцы запутались в волосах, а прикосновения к её губам вышибали последние проблески разума.
- Если что, то вас позвали на не самый приятный некромантский обряд, - услышал я Карела,- а не на подтверждение брачной связи. А то, змей, кажется, не так понял.
- Всё я правильно понял, - отвечал я Карелу, но смотрел в любимые темные глаза, - мы же семья?
И моя звездочка, улыбаясь, уверенно кивнула мне в ответ.
Глава 27.
Селена Лангран.
Пик ночи, когда Луна достигает вершины своего магического совершенства, уже приближался. А я заканчивала все приготовления к ритуалу. Дайгир и Рейгар, пошедшие со мной, не подпустили меня к телам погибшим. С меня стребовали подробности того, что и как мне нужно, и в точности выполнили. Сами.
Я, в очередной раз за сегодня, почувствовала просто захлестывающую меня с головой волну благодарности к мужьям. Я прекрасно поняла, что появление друга из детства моих мужей не обрадовало. И то, какими глазами они на него смотрели, заставляло опасаться за его жизнь. Но они оба перешагнули через это неприятие, усмирили свою ревность и сделали всё, чтобы мне помочь. И эта мысль наполняла теплом и надеждой.
Я ещё раз обошла, проверяя и общий внешний ритуальный круг, и каждый индивидуальный, вокруг каждого тела. Рейгар и Дайгир единственное, что сделали сами, спросив, не помешает ли это мне, это вырезали подчиняющие амулеты. Змей просто ненавидел эту дрянь, я помнила, что сам он от подобного избавился, но хоть это и была просто потеря времени, я поняла, что для Рея этот вопрос очень важен, а потому не противилась.
Земля внутри двойного круга пентаграммы была пропитана кровью погибших, я, занявшая место в центре, в самом сердце ритуальной схемы, сразу почувствовала отклик. Наполняя линии пентаграммы своей силой, я не напрягалась, не чувствовала сопротивления. Даже целительский дар не кололся, хотя обычно я чувствовала неприятие между гранями наследственной силы.
Видимо из-за того, что я не вырывала душу из посмертного покоя, а наоборот, провожала сквозь грань. Над знаками, вписанными в линии пентаграммы, взвилось зелёное призрачное пламя. Оно наливалось силой, разгоралось, меняя цвет. В тот момент, когда пламя стало искрящимся синим, мир вокруг затянулся дымкой тумана.
