давно покинули страну, так что особенно надеяться не на что. Склад вам официально передадут, а вот на большее я бы особо не рассчитывал.
— Это уже немало. С нарушениями владельцев разбираться, уж простите, совершенно не наша забота, это по вашей части и королевского суда.
Безопасник помрачнел, но кивнул — так оно и было — и тем не менее заметил:
— Я веду к тому, что вам сейчас нет никакого смысла и дальше здесь оставаться.
На нём тут же скрестились подозрительные взгляды.
— Я никуда отсюда не уеду, — отрезала Летиция. Она была намерена найти мужа, в каком бы состоянии — лича, низшей нежити или духа он не пребывал.
— Мы остались, чтобы разбираться с аномалией, — поддержал её Дэмиан, — склад имеет к ней отношение, но косвенное. А с ней проблемы уже давно. Только в этом году там были студенты на практике в марте, несколько наших коллег в апреле, ещё студенты уже в июне, магистр с аспирантами в июле, а теперь уже которую неделю работаем мы. И всё равно в аномалии неспокойно. Так что мы остаёмся, все возражения можете направлять архимагу ир Юрну.
Упоминать схрон, его поиски и необходимость его обезопасить некромант не стал, хотя вот этот аргумент было из тех, с которыми спорить невозможно. Но если этого не сообщил занимающимся расследованием архимаг, то не боевому некроманту о том сообщать. Щит от чтения у него имеется и надо думать неплохой, как и у остальных, так что из мыслей менталист это едва ли узнает.
Впрочем, хватило и сказанного. Безопасник поморщился, но спорить не стал. Аномалия находилась в ведении архимага некромантии, база — МАН, остающиеся здесь некроманты отделу безопасности, строго говоря, тоже подчинены не были.
МАН
Дематериализовалась Иль уже вечером, когда не только довела Ника до станции, но и вместе с ним дождалась рейсовую карету. Дорога по лесу прошла без особых приключений. Ни нежити, ни нечисти, ни даже грибников, хотя, казалось бы, грибов там было вдоволь. Ягод вот было меньше: черничники уже были в основном обобраны, брусники было мало, не такой лес, чтобы той росло там много, а малина осыпалась. Ник сколько-то на поесть себе нашёл, а вот менталистке оставалось на ягоды только смотреть — вот они и минусы менталок. С другой стороны не менталкой она бы никогда не согласилась «срезать» через лес.
— Ягод хочу, — пожаловалась она Тесле, к которой заглянула с ещё одной баночкой повидла, купленным с утра печеньем и рассказом о случившемся.
— Можем сходить, — заметила на это теоретик. — Около двенадцатого полигона неплохой малинник, а у десятого есть и черника.
— Думаешь, их там не выбрали?
— Кто? Студенты на каникулах, преподаватели в отпусках, а кто не в отпуске, тот занят вступительными.
— А просто жители? Тут же столица под боком.
— Проще съездить на нормальные малинники или черничники. Здесь они не особо большие. Да и это территория МАН, говорю же, рядом полигоны. Завтра суббота, летом у нас она не рабочая, так что можем сходить, если ты не занята с Ником.
— Да вроде бы он сказал, что завтра у него большая часть дня в дороге, между тем городом, куда он прилетит, и тем, куда ему нужно, только наземные кареты.
Предсказуемо Тесла заинтересовалась, куда это едет Ник, а, выяснив, заметила:
— Сомневаюсь, что они ему понравятся. Там прорва отчётов, и ладно бы только по фону, ещё и по закупкам. У нас новый аспирант на кафедре как раз из тех, кто работал у них. Говорит, что воспользовался поступлением как поводом оттуда удрать. И это, заметь, теоретик! Но пусть попробует, в НИИ Теории магии и своя аспирантура есть, правда, в головном. Может, решит, что ему там интереснее… — Спохватилась: — Так что насчёт ягод?
— Давай сходим. Мне только нужно что-то, куда можно собирать, у меня, по-моему, ничего подходящего нет.
— Это не проблема, — заверила теоретик.
Утром, уже когда выходили из общежития, наткнулись на Джул.
— Не слишком ли рано для полигонов? — оценила их внешний вид баньши.
— Мы за ягодами, — улыбнулась Иль.
— А-а. Ну тогда самое то.
— Если хочешь, пошли с нами, — предложила Тесла.
— Мне нельзя за пределы МАН.
— А это в пределах.
Глаза баньши загорелись.
— Я сейчас! Не уходите!
Как оказалось, за прошедшее время у Джул появился не только чайник и плед, но и одежда, подходящая для прогулок по лесу.
— Миледи ир Вэй сумела достать мои вещи, остававшиеся в общежитии нашей академии, — пояснила Джул, когда Иль не удержалась и всё же задала этот вопрос. — Что было очень кстати, потому что остаться без всего и со считанными тилями довольно неприятно, как выяснилось. А так и документы, и деньги, и одежда, и все остальное нажитое, включая конспекты, ко мне вернулось.
— Она не говорила, долго ты будешь вот так, на полузаконном положении? — осторожно поинтересовалась теоретик, когда они ушли достаточно далеко от корпусов.
— Нет. Её саму эта ситуация раздражает — она планировала взять меня к себе в аспирантуру в этом году, но из-за отдела безопасности я даже документы подать не могу — завернут. Я вообще не очень верю, что они решаться на то, чтобы признать моё существование — всё же я напоминание об их промахе, причём двойном. К тому же это создаст прецедент для других баньши, да и не только баньши.
— В Леонии же вашим разрешено учиться. Та магистр из Рердона даже защитилась.
— Там немного иная ситуация, — обтекаемо заметила Джул. — Население Леонии нас тоже не любит и тому есть причины. Инициативы исходят от королевской власти — мир с Лесами им выгоднее, чем нейтралитет, а тем более вражда. А Тилия напрямую с обжитыми территориями Лесов почти не граничит, только с болотами, и политика у вас более осторожная на счёт нечисти.
— Думаю, миледи ир Вэй продавит то, что ей нужно. Может, не сразу и не так быстро как вам бы хотелось, но продавит. Отдел безопасности всё же подчиняется Совету архимагов.
— Я на это надеюсь. Но поверить сложно.
Менталистка и некромантка посмотрели на неё с сочувствием, но развивать тему не стали.
Некоторое время спустя Джул поинтересовалась:
— Я не встречала работ на эту тему, но, может быть, вы в курсе, есть
