Глава 19
Но это невозможно было терпеть!
- Хватит! – взмолилась я дрожащим голосом. На глаза предательски навернулись слезы. Страх все сильнее терзал тело, но злость брала верх.
- Я вам не вещь, которую можно делить! – выпалила я, а затем метнула гневные глаза в Эзера.
- А вы, профессор, чтобы там себе не на придумывали, знайте! Я скорее умру, чем вам сдамся! И ни одна вязь истинной не изменит этого!
Я собрала остатки своей растерзанной воли и ринулась прочь.
Летела со всех ног, теряя тапки и шмыгая носом, лишь бы поскорей затеряться в толпе. Да так затеряться, чтобы больше не нашли.
Я была настолько зла, что не понимала, куда иду.
Просто шла, гневно проминая маленькими каблучками протоптанную землю и пожухлую траву. Сначала в голове была пустота. Такое ощущение, что я долго слушала оглушительный колокол, а теперь вот бесконечно отхожу от его звона.
В голову полезли мысли, которые я сейчас предпочла бы от себя отогнать, используя самые последние ругательства. И плевать на школу благородных девиц.
Но, увы, с Эзером мне не потягаться даже в собственном сознании. Его слова снова и снова раздавались в ушах, заставляя меня сходить с ума.
Он сказал, что я… истинная. Его истинная.
Твою ж за хвост!
С какого, простите, перепугу?
Когда я умудрилась ей стать? Это все больше похоже на бред сумасшедшего!
Верно. На мне нет вязи. Будь я истинной, она бы появилась, но запястья чисты, как первый снег! Как ни верти, как ни крути – ничего нет!
Правда, метка не всегда появляется сразу. Я слышала, что некоторые ходят к камню истинности, чтобы проверить или проявить ее.
Но я туда ни за что не пойду! Даже под угрозой смерти!
Ибо ведьминское чутье подсказывает, что результат проверки меня не обрадует. Оно прямо так и убеждает: "Эзер прав!".
И не только чутье верит ему.
Орган-предатель, он же сердце, тоже судорожно сжимается от мысли, что нас с драконом нарекли друг другу сами небеса. Этому глупому бесполезному моторчику радостно.
Оно понимает, что метка истинности обещает и безудержную страсть, и блаженство любви, и крылья счастья, и еще кучу всего в наборе. Такого, что о-го-го! Но!
Нельзя забывать, что это все-таки привязка.
А в моем случае – ещё и приговор!
Эзер никогда не отступит от меня. Не отпустит. Потому что драконы свое не отдают. Тем более Рисс.
А я теперь - его, я – Эзера.
И если раньше я могла надеяться, что своим упрямством отобью у него желание возиться со мной, то теперь точно понимаю, что это не сработает.
Это чувства могут остыть, затереться с годами, но не связь истинных. Она практически не рушима. И если дракон решил, что его истинная я… тушите свет.
Как меня угораздило так смачно вляпаться? Почему это произошло именно с моей несчастной тушкой?
Когда, черт подери?
Эзер:
- Ну и кто это у нас?! – Рекил не изменял своей раздражающей форме приветствия. Однако ноги со стола при виде меня моментально убрал и сел, как подобает.
- Я думал, ты уже забыл дорогу в отдел, - продолжал он. – Ну, что за информатор тебя искал?
Информатор. Как же!
- В следующий раз проверяй, от кого получил донос прежде, чем передавать его мне, - распорядился я, усаживаясь за стол. Запылился. Правда, давно тут не появлялся.
- Что? Пустышка? – догадалась Мари. При чем попала в цель дважды. Подобрала идеальное слово, сама о том не подозревая.
- Зельда, - сказал я лишь имя, и у сестры отпали все вопросы.
- Вот же неугомонная, за два года не сдалась, - начала она шипеть себе под нос, разливая чай по кружкам.
- А мне? – возмутился Рекил, когда Мари обделила его вниманием и чаем.
- Сам возьми, - фыркнула она. – И печенек захвати.
Рекил скорчился, но все же пошуршал в коробках. Искомого не было, и горе-напарник ретировался из кабинета в кухню.
- Эзер, – протянула Мари, когда мы остались одни. – Уладил свои дела с Риной?
Одного взгляда хватило, чтобы сестренка все поняла.
- Говорила тебе, нужно было с самого начала ей все рассказать, - принялась она ворчать, а я устало закрыл глаза.
Наверное, надо было. Но как-то не клеилось. Не с порога же заявлять: «Надо поговорить. Я наломал дров. Ты оказалась истинной» и что там еще?
Как вообще можно было оформить все произошедшее в нормальные слова? И как можно было заставить Рину слушать?
Я подумал, что будет правильным, сначала дать ей к себе привыкнуть. Подождать, пока подпустит, а потом уж разъяснить. Но не сработало.
Все безустанного говорят об истинности, но мало, что о ней знают.
