он будет вынужден молчать, то у него появится время подумать о своем поведении. В конце концов, мы вынуждены смиряться с ним, и мне уже порядком надоело то, что он несет. Я не причинил ему никакого вреда, мое заклинание не опасно для жизни, и…
– Что случилось с Жужем?! – теперь на ноги вскочила уже перевертыш. Таэля, пытающегося содрать нечто напоминающее смесь смолы и меда со рта, она обошла. Он помычал на женщину, – В чем я могу быть виновата? Что с ним случилось?
– Эйэ еще не пришел… – напомнил Наэм.
– Плевать! Эйэ ничем не поможет ни мне, ни Жужу, если только он не отправился его спасать. Он не умеет воскрешать мертвых. Не умеет же? – мужчины кивнули в ответ на вопрос девушки, правда, с некоторым опозданием. Заклинатель во время путешествий не переставал поражать их, и каждый в глубине души задумался, в самом ли деле способности свэта не затрагивают требуемую область, – Значит, есть он здесь или нет, не имеет значения. Его присутствие не поможет мне. Фэ, Нэ, я устала гадать. Каждый раз я придумываю новый вариант произошедшего, и он страшнее предыдущего. Что произошло с вами? Почему мне никто не рассказывает? Почему вы не пришли навестить меня, когда я проснулась? Почему вы не позволяете мне погоревать о гибели моего брата вместе с вами?
– Ты не должен говорить сейчас. Эйэ наказал дать ему время обдумать, – напомнил заклинатель деревьев.
– Рэ в самом деле имеет право знать, – покачал головой Фэйэн, – В Мрачном Лесу что-то поселилось, что-то темное и опасное. Эйэ поведал нам, когда мы вернулись, что ты видела нечто подобное в Вечном лесу. Он рассказал нам и про саргов, и подозрения про отрекшихся, но в тот момент мы не знали, что и думать. Мы были в середине пути, когда поняли, что нам пора бежать из леса так скоро, как только это возможно. Тьма преследовала нас, древнее и могущественное зло, то, которое мы никогда бы не сумели одолеть, даже будь рядом с нами ты и Эйэ, шло за нами по пятам. Оно не нападало на нас, а ведь легко могло убить в один миг. Вместо этого оно высасывало наши силы, лишало сна, насылало кошмары и, хоть мы и приближались к выходу из леса, крепло с каждым часом, а может – с каждым нашим шагом.
– Прекрати, ей не нужно этого знать, – Наэм послал коня вперед, тщетно надеясь, что если будет ехать между телегой и Фэйэном, то исправит ситуацию, – Расскажи ей только про смерть Жужа и довольно.
– Ар-р-р! – прорычала на приблизившегося к повозке заклинателя деревьев перевертыш и тот опустил голову.
– Мы совсем ослабели, когда добрались до окраины, – продолжил Фэ, игнорируя слова брата, – Там нам перегородили путь существа, которых разглядеть нам так и не удалось. Их темные плащи полностью скрывали их, а под капюшонами… Мне показалось, что там только пустота. Я плохо помню, что именно мы делали, нам было совсем не до долгих размышлений. Чары существ были сильны. Мы не могли пробиться через них к выходу. Я помню, что на меня Мрачный Лес имел огромное влияние, пожалуй, большее, чем на остальных – я чувствовал, что схожу с ума, видения преследовали меня, лишь понимание, что всего того, что предстало перед глазами, быть не может, спасало положение. Все, что я узнал за эти годы, было покрыто туманом, я не мог выудить из памяти ничего. Вспомнить даже самые простенькие заклинания, и то было настоящим подвигом. Наэм не мог подчинить себе деревья, лишь некоторые, самые тонкие ветки кое-как слушались его, а Алорэ и вовсе походил на мумифицированного целителя – лес выпивал его жизнь. Ал, хоть мы и просили его не делать этого, поддерживал нас, от этого становилось только хуже…
– Мы понимали, что если не выберемся в ближайшие часы, то у нас больше не останется сил даже на то, чтобы просто идти вперед, – подхватил Наэм, смирившись. Фэ все равно не слушал его и убеждать его помолчать, тем более, когда заклинатель уже начал говорить, было бессмысленной тратой времени, – Больше всего в тот момент мне хотелось лечь, закрыть глаза и более не шевелиться. Я понимал, что этого делать нельзя, но не знаю, сумел бы я противиться своему желанию, если бы не Алорэ. Ал кричал на нас, он не позволял нам сдаваться и разделял наши страдания, принимая на себя большую часть. Он бы и сам поведал тебе о том, что ему пришлось пережить, но он до сих пор слишком слаб.
– И что делали эти существа? Они просто мешали вам пройти? – Рэ переводиа взгляд с одного говорящего, на другого, – А обогнуть их?
– Мы не могли, – Фэ вздохнул, – Мы с трудом шли по прямой, а они использовали заклинания, чтобы остановить нас и сделать наш путь еще сложнее. Мы не могли сопротивляться чарам, ни я, ни Нэ, ни Ал. Среди нас был только один, кто не поддавался влиянию Мрачного Леса до самого конца, поднимал нас и вел вперед – Жуэйль. Кажется, часть пути он и вовсе тащил нас на себе – не помню, как ему это удавалось. Когда он понял, что он единственный, кто способен сражаться и сдерживать натиск врагов, он отправил нас вперед, а сам остался, чтобы задержать их. Он закружил в смертельном танце наших противников, почти всех разом. Лишь после я понял, что он взмолился Богам, попросил их о помощи и использовал то, что успел освоить за свою жизнь. В тот момент для нас это было чем-то непонятным. Мы не могли думать.
Мужчина замолчал и отвернулся. Рэйара подалась вперед, к самому краю телеги и перевела взгляд с ученика Эйэ на Наэма. Заклинатель деревьев понял, что женщина просит продолжать:
– Жуж приказал нам бежать прочь из леса, в ту сторону, где было солнце, и мы послушались его. Мы не бежали, а шли, но так быстро, как только могли, Ал помогал нам иногда ускоряться. Страх гнал нас вперед. Только когда мы выбрались на какое-то поле, то поняли, что Жуж не бежал за нами следом. Только оказавшись под лучами солнца, вдали от деревьев Мрачного леса, на свободе, мы немного пришли в себя. Фэ отправил Око, чтобы узнать, где наш брат и куда нам бежать за ним, но оно… Но он увидел…
– Я увидел смерть Жужа, – прошептал ученик заклинателя, – Око показало мне, как
