хоть волосок, она просто так это не оставит.
— Племянник не племянник, а честь отдал княгине, значит, враг, — проворчал главарь. — Все, хватит разглагольствовать…
Но не успел он договорить, громкий свист Ноштгенфаума прервал разговор.
— Я соврал, — пятый рыцарь ухмыльнулся. — Я пришел не один.
Тотчас на крыши, чердаки и в подворотни высыпала толпа вооруженных бойцов. Кто-то в доспехах стражей, а кто-то в кожаных килтах и легкой броне.
— Эй, — главарь хмыкнул. — Раз так, вы не оставляете мне выбора.
Он вскинул руку вперед, примерился мушкетом и выстрелил. В следующий миг все пришло в движение. Метнувшись вперед, Натаниэль заслонил собой Эфайно и Грию. Словил пулю животом.
— Угх-х-х… — прохрипел он. Чудом не повалился на землю. Эф эго придержал.
— Ты? — удивился рыцарь.
— Отходим? — предложил Лармин. — Нужно добраться за стену.
На секунду растерявшись, Грия быстро взяла себя в руки и скомандовала:
— Нужно добраться до стены и поднять тревогу!
— Есть, — подчинились рыцари.
— Ваша светлость? — С этими словами в ближайший переулок подкатила повозка, запряженная сразу двумя гнедыми. — Прошу!
Отвечать княгиня не стала. Под звуки боя, выстрелы и громкие стоны она устремилась туда в окружении преданных рыцарей. Эфайно и Ношт вели, придерживая за плечи, Натаниэля. Еще двое заняли боковые позиции, обнажив мечи.
— Гони! — крикнул Эф, едва княгиня и ее сопровождающие быстро забрались в телегу. А повернувшись к Натаниэлю, не преминул упрекнуть. — Всего этого могло бы не быть, если бы ты дал нам знать, что с тобой Нат.
— Я не мог, — раненый рыцарь сел в телеге, кривясь от боли. — Она грозила, что убьет моего брата, Джонатана.
— Но что изменилось с тех пор? — Грия изумленно открыла глаза. Ведь она не знала об этом. Разве в роду дел Экруа остались еще наследники?
— Джонатан, оказывается, сбежал. И тетя точно не знает, где он. Наша кузина, беглянка из Логреду, нашла похожего под описание человека, организовала его прибытие в Донлер. Вот только что-то пошло не так. Вот я и решился…
— На что? На предательство? — выдохнул Эф раздраженно.
— Нет, я хотел предупредить. — Кочка под колесом заставила телегу сильно накрениться. А Нат выдохнул от боли. — Угх-х-х!
— И все-таки, — допытался Эф, немного смягчаясь, — зачем ты это сделал?
— Мой долг защищать мою госпожу, — выдавил из себя Натаниэль, — я клялся твоему отцу, Грия.
— Но ты предал меня… — ответила ему она. — Ты предал остальных рыцарей. Где сейчас, по-твоему, старший наследник Ноштгенфаумов?
— О-о-он, исчез, — честно признался Нат. — В Паноптикуме есть точка пространственного разрыва, как ее называют магословы.
— И что это значит?
— Это значит, — проворчал Брюстер, — что мой брат сейчас в другой реальности. Как бы переместился в другой мир.
— Это точно?
— Не знаю, но трактаты об этом гласят, — процедил сквозь зубы Натаниэль. — Меня туда чудом тоже не спихнули. Тетя отменила эксперимент в последний момент и забрала меня.
— Так ты нас не предавал? — Грия очень хотела услышать правду. Всю правду.
— Нет, я… все-таки должен был явиться, едва мне удалось усыпить бдительность тети. Но…
— Что?
— Но я ненавижу Донлер, я ненавижу ваш род. Ведь это вы истребили моих родных, ведь из-за вас мои мама и папа мертвы! — выдохнул Нат. — А Джонатан неизвестно где!
Грия вздохнула.
— Твои родители подняли смуту с целью убить меня, мою маму и моего отца. Тебе не кажется, что цена, которую они заплатили взамен желания заполучить власть, не слишком велика?
— Я думал над этим, — честно ответил рыцарь. — Но ненависть во мне ищет выхода и не может найти. И я не знаю, чего во мне больше. Любви и преданности к моей госпоже, или ненависть к ее роду.
— Не сейчас, — Эфайно кивнул в сторону приближающейся стены. — Княгиня. Самое время поднять тревогу, чтобы помочь людям…
Откинув капюшон, Грия Донлерская громким голосом отдала приказ караульным:
— Открыть ворота! Я, Грия Донлерская-Ромди, приказываю поднять стражу и окружить плавильню Хорминга, арестовать всех, оказывающих сопротивление!
— Есть! — стражники, стоящие на стенах, отдали честь, едва узнали свою правительницу.
Один из них поспешил пройти к рулевому колесу, чтобы запустить механизм — открыть ворота, опускающиеся мостом над окружающим стену рвом.
Прибытие в замок заняло еще какое-то время. Множество огней, зажженных по тревоге, встречало хозяйку Донлера, заставляя изрядно нервничать.
— Что там происходит? — озвучила она свои мысли, глядя на скопление рыцарей возле статуи Нахиль прямо на центральной площади.
— Мне кажется, — начал было Эф.
Однако Натаниэль его перебил:
— Покушение, — выдохнул он. — Сегодня должно было быть совершено на тебя покушение. Делегация из Арамора должна была ночью пленить тебя и убить. Я хотел предупредить. Знал, что Эфайно придет на встречу.
— Вот только пришел я, — проворчал Брюстер.
К тому моменту рыцари и Грия уже выбрались из телеги. Извозчик стегнул лошадей и поспешил вернуться обратно к «своим». А Натаниэль еле-еле стоял на ногах.
— Держись, — подбодрила его княгиня. — Сейчас я прикажу разбудить личного лекаря.
— Я не стою ваших хлопот, — Нат попытался улыбнуться. Эф и Ношт держали его под руки, помогая идти.
А Грия упрямо отправилась вперед, чтобы отдать приказ. Вот только стоило ей приблизиться к столпотворению, как она была вынуждена застыть на месте.
— Где?! — крикнул безумным голосом Фомас. — Где Грия Донлерская?!
В правой руке он держал клинок, который приставлял к горлу Оты.
— Приведите ее ко мне! — кричал шантажист.
А за его спиной выстроилась делегация из Арамора, вооруженная не хуже людей Бизрэ.
«Так это все-таки не дворяне, а убийцы? — пришла к выводу княгиня, запоздало осмыслив риск, которому подвергла родных. — Разве их не должны были как следует досмотреть? Как они пронесли все это оружие в крепость?»
— Ну! — терпение Фомаса было явно на исходе. Рука его дрогнула, и на коже рамадийки выступил красный кровавый след от пореза.
— Я здесь, — громко ответила Грия.
Какого же было ее изумление увидеть схваченного людьми из Арамора первого советника Возгена.
«Он единственный, кроме Ноштгенфаумов, знает о Брюстере, — думала так княгиня. — Ему просто нельзя умирать!»
— О! — заметив хозяйку замка, архикнижник заметно повеселел.
— Сачем ты яфилась, точенька? — изумилась мать.
Но Фомас заставил её заткнуться:
— Молчать!
Кинжал сильнее вдавился в кожу. Кровавая струйка стекла по шее матери княгини.
— Хватит, — зло выдавила из себя Грия. — Если ты сделаешь что-то большее, я за себя не отвечаю.
— Ха! — усмехнулся кто-то стоящий рядом с ним. — Ты, кажется, не знаешь! Скоро весь Донлер падет. К утру в замке не останется ни одного живого рыцаря!
— Вы так в этом уверены? — княгиня сделала вид, будто не испугалась. На самом же деле страх пробирал до костей не хуже холода, который она отчего-то испытывала,
