будучи в плотной амуниции.
— Да, именно так! — гордо произнес Фомас. Однако распространяться на эту тему не стал. — Иди сюда. И я ее отпущу, — он кивнул в сторону своей жертвы. — И без сюрпризов.
Рыцари напряженно сжимали оружие в руках, однако бездействовали, ожидая реакции своей госпожи. Позади Грии встали Эфайно, Ношт и даже Натаниэль выпрямился перед лицом угрозы.
— Отпустите Возгена. Он тут совершенно не при чем, — поставила условие Грия. — И моя мама не жаждет власти. Тем более, что она не может претендовать на правление после моей смерти.
Фомас скривил лицо.
— Мне кажется, ты не понимаешь, в какой ситуации оказалась. Ты все равно умрешь! Так почему же ставишь нам условия с такой невозмутимостью?
— Делай, как она сказала, — позади послышался голос Натаниэля.
— Господин? — Фомас удивленно посмотрел на него. — И вы здесь? Так хватайте же ее скорее!
— Отпусти Оту и Возгена, а я приведу Грию к тебе.
Оттолкнув от себя Эфа и Брюстера, он схватил княгиню за шею, склонился вперед и прошептал еле слышно:
— Доверьтесь мне.
— Ладно! — согласился вдруг Фомас. — Идите сюда.
Отодвинув кинжал от горла заложницы, он поманил им со словами:
— Давайте живее. Скоро уже утро случится. И я хочу первым расправиться с этой букашкой.
— Одного не пойму, — Грия тянула время на пути к своей смерти. — Как ты попал в замок, если меня не было. Тебя должны были оставить за воротами.
— Я прошел внутрь тем же ходом, что и Фалькас, — архикнижник хохотнул. — Что? Думаешь, мы не знали, что наш продажный работник делился информацией? Ха! Он делал тебе медвежью услугу. Заманил в ловушку. А заодно подсказал, как же проникнуть внутрь, минуя кордоны охраны.
— Так все это оружие ты принес с собой, — княгиня кивнула. Натаниэль твердо шагал за ее спиной. Будто и не был ранен вовсе. Грия прикусила губу от досады.
«Так он снова обвел ее вокруг пальца? А как же все эти откровения про любовь и ненависть? Блеф? Обман?»
— Ненависть перевесила? — спросила она ни у кого. Однако Нат ее понял.
— Нет, — ответил он.
До архикнижника оставались считаные шаги, когда Грия потребовала:
— Вот она я. А теперь отпусти Возгена и Оту!
Немного посомневавшись, Фомас вначале пожал плечами, а уже в следующий момент оттолкнул от себя маму Грии.
Секунда, и Возген, как и прежняя заложница, встали рядом с рыцарями Донлера, напряженно дожидаясь развития событий.
— Делай что должно, — устало приказала княгиня непонятно кому. Но
Натаниэль ее понял. Вначале толкнул в плечо, продвигая вперед. А когда Фомас замахнулся, чтобы ударить свою жертву ножом прямо в шею, подставил спину для удара.
Кровь хлынула из его рта, окропив плечо Грии.
— Нет! — выкрикнула хозяйка замка. — Нет? Зачем?!
Обессиленное тело рыцаря навалилось на княгиню, и она не удержалась, повалилась вперед, хватаясь рукой за бортик статуи Нахиль.
В один лишь миг правительница Донлера и ее защитник исчезли на месте.
Статуя Нахиль беззвучно растворилась в воздухе, а на медленно алеющем небосводе показался верхний край солнца.
— Что ж, Брюстер Ноштгенфаум Донлерский, брат Грии Донлерской по отцу, — первым после долгого ошеломления пришел в себя первый княжеский советник Возген, — примите мою клятву верности как первого советника Донлера. Приказывайте.
В тишине утра послышались лишь два слова:
— Убить их.
Эпилог
Год спустя
Раскаты грома звучали далеко в горах герцогства Вайлштейнов, знаменуя начало Сезона дождей, который мог длиться месяцами напролет.
Правитель этих мест сидел на троне и устало взирал на докладчика, читающего по свитку:
— Беглянка из Логреду, патронесса Соломонии, Онтре Виторисс дел Экруа схвачена и повешена на площади Донлера вместе с бывшей владелицей Ордена ночных бабочек. Приказ Брюстера Ноштгенфаума Донлерского приведен в исполнение.
— Ирмин? — глухо уточнил Эфайно.
Казалось, ни один мускул его лица не дрогнул.
— Исчез.
— Найти, — приказал герцог. — Чего бы это ни стоило. Найти и привести ко мне! Живым или мертвым!
— Есть!
Стражники и доносчик охотно отдали честь своему господину.
Некогда красивые черты лица Эфа ожесточились, взгляд стал злым, а множество морщин от непролитых слез по утраченной любви залегли в уголках глаз. Огонь в факелах, висящих на стенах, медленно танцевал, отбрасывая на стены каменного тронного зала причудливые тени. Пальцы Эфайно выстукивали одному ему понятный мотив по драгоценному подлокотнику, как вдруг в коридоре послышался шум и крики.
Дверь быстро распахнулась, и всем присутствующим предстал взмыленный слуга, спешащий о чем-то доложить. Преодолев половину расстояния, мужчина в черной бархатной ливрее ошалело выкрикнул:
— Грия… Грия… там! Там… она…
— Неудачная шутка, — зло ответил ему Эфайно. — За это мне следует отсечь тебе голову.
— Но милорд, она здесь! И не одна! — выдохнул слуга, падая на колени. — Сжальтесь, прошу! Я лишь хотел опередить и сообщить вам!
В этот самый миг в зал тихонько вошла низенькая девушка в белоснежном атласном плаще, в руках она бережно держала маленький сверток из желтого льна, прижимая его к груди. Светлые кучерявые волосы обрамляли ее миленькое личико, а за ее спиной покачивалась тугая коса длиной до самого пояса.
Эфайно не поверил своим глазам.
— Быть это не может, — прошептал он одними губами.
Встал и быстрыми шагами поспешил навстречу своему видению.
— Я сплю?
Он удивленно обернулся и посмотрел по сторонам, спрашивая у остальных, а не бредит ли. Вот только ошеломленная реакция стражников и слуг позволяет понять, что это не так.
— Грия?! — не веря своему счастью, Эфайно поспешил преодолеть разделяющее их расстояние, чтобы поскорее обнять любимую. Поскорее убедиться, что она материальна.
Вот только ее недовольные слова быстро его остановили:
— Полегче, Эф. Если Лакош проснется, сам будешь его убаюкивать!
Многозначительная улыбка озарило лицо девушки.
— Как ты сказала? Лакош?
Герцог сделал еще шаг на пути к своему счастью, в которое еще нужно попытаться поверить.
— Да…
Два шага. И Грия встала рядом с герцогом, подняла взгляд вверх и просияла самой ослепительной из своих улыбок.
— Он очень похож на тебя, любимый.
Ответом ей последовали лишь бережные объятья, такие, чтобы малыш по-прежнему удобно покоился на руках своей мамы, и простые слова:
— Я очень скучал.
— Я тоже…
* * *
Я лежал на кровати в просторной комнате без окон, точнее без остекления, и задумчиво смотрел в даль, к горизонту, наблюдая начало нового дня. Вот уже год прошел с тех пор, как мы переместились в этот мир. А вместе с нами вернулась назад, на положенное ей место статуя Нахиль, у подножия которой были найдены Грия и раненый рыцарь, истекающий кровью.
Позднее я узнал, что это был мой брат
