Впрочем, сильно заскучать не успела. Через полчаса, когда проехали мимо нескольких сел, появился повод проявить любопытство: автомобиль неожиданно свернул с трассы на грунтовку. При этом точно такой же, как наш, продолжал двигаться дальше по магистрали. Иллюзия?
— Та машина — обманка, растает посреди дороги через пару километров, — не дожидаясь вопросов, объяснил шофер. — Наша же, настоящая, временно невидима.
— Зачем подобные сложности, Вась?
Остановив машину у большого дома, он просигналил и только потом пояснил:
— Обычные меры безопасности.
Ворота открылись, со двора выехал серебристый «мицубиси».
— Пересаживайтесь в него, — велел молодой человек.
Начиная догадываться, зачем конкретно все это, послушалась. Водитель серебристого авто, крепкий мужчина в возрасте, передал свои ключи Васе, а его забрал себе. Все это молча.
Когда поехали обратно, в сторону трассы, обернувшись, увидела, как черный джип, на котором покинули владения Вольского, заводят во двор.
— Думаешь, замена автомобиля поможет уйти от преследователей?
— Не думаю, знаю точно. Магические следилки еще никто не отменял, Миа.
Через полчаса мы сменили «мицубиси» на белый «ауди», в этот раз заехав на крытую парковку.
— А когда вез меня к Вольским, ты так не делал, — удивилась я. — Почему?
— Я тебя забирал с автобусной остановки, не заезжая в город, — напомнил водитель.
— Точно.
Меня туда подбросил Ник Никович и не хотел уезжать, оставляя одну, пока не появился Вася. Сейчас могу с уверенностью сказать, что куратор до последнего сомневался, отправлять меня к так называемому отшельнику или нет. Вероятно, помня, что он работает на ВОК, опасался, что обо мне могут узнать. И все же рискнул, за что я его не осуждаю: прятать лучше всего на видном месте, там, где не будут искать. К примеру, в доме сотрудника Контроля, фактически под носом организации.
До города оставалось каких-то двадцать минут, когда я предупредила:
— Вась, на следующем перекрестке повернешь влево.
— Зачем?
— Мы едем не в областной зоопарк, а в частный, мецената Владимирского.
Жующая пирожок Даша поперхнулась:
«Миа, куда мы?!»
Постучав хитрунью по спинке, повторила:
— В зоопарк Владимирского. — Жалость сейчас неуместна, и все же смотреть на расстроенного ребенка было тяжело. — Думаю, там ты будешь в большей безопасности, чем в городском.
Юная интриганка, откашлявшись, откусила новый кусочек выпечки и стала энергично жевать. Молча. Она приняла проигрыш достойно. Теперь верю, что умеет держать свой дар в рамках и мы бы не пострадали во время ее истерики.
Что ж, поддаваясь на провокацию и выполняя ее просьбу, нарушив приказ Вольского никуда не выходить, я быстро исправила совершенный промах. Очень надеюсь, что исправила и он не приведет к череде новых ошибок.
Даша повеселела после черепахи. Огромная, как автомобильное колесо, та лежала в длинной загородке, в которую разрешалось заходить детям. Малышня радовалась возможности и загладила Тортилу до такого состояния, что она не высовывала нос из панциря.
Зоопарк Владимирского поражал размахом и тем, что часть животных свободно разгуливала но дорожкам. Гордые собой павлины, наглые мартышки, задорные козлята подходили к людям, требуя чего-нибудь вкусненького. Полосатая свинья с выводком поросят возлежала в затененной деревом луже совсем недалеко от выхода, и мне стало интересно, что будет делать охрана, если хрюши решат посмотреть, что делается в большом мире. Наверное, животным жилось тут хорошо, раз никто не боялся, что они сбегут.
В самом начале парка хрустально пел фонтан. В его чаше плавала здоровенная форель, может, поэтому никто из посетителей и не бросал в воду монетки на счастье, как это обычно происходит возле водоемов.
Пока шли к конюшням, повстречали трех не боящихся людей белок. Одна и вовсе бесстрашная — спрыгнула с ветки на плечо Васи, напугав его до икоты. Угощением для животных мы запаслись заранее, и рыжая игрунья, получив дань в виде орешков, вернулась на свой наблюдательный пост. А парень еще несколько минут задерживал дыхание, пытаясь перестать икать.
У конюшен выяснилось, что лошади чуют оборотней, и мне пришлось оставить малышку с водителем. С полчаса, отойдя на приличное расстояние, я издали наблюдала, как Даша каталась на белом пони. Она счастливо смеялась и, похоже, забыла о цели, побудившей ее требовать поездку в зоопарк.
Потом мы кормили кроликов-гигантов, юрких хорьков и еще какую-то пушистую мелочь. Носухе морковь не понравилась, и она решила попробовать на вкус Дашины пальцы. Лишь благодаря реакции вера я вовремя отдернула малышку от клетки.
— Солнышко, от клеток хищников держись подальше, ладно? — попросила я ее, когда свернули на дорожку с указателем «Тигры. Медведи. Волки».
«Я их боюсь, Миа, близко не подойду», — успокоила она меня, вертя во все стороны головой.
Расслабилась я всего на несколько минут, потому что при виде пары волков, серо-стального и серого с рыжими подпалинами, глаза у Дарьи азартно загорелись. Однако звери для нее оказались неопасны: не успела я подойти к ограждению, закрывавшему подход к клетке, как они заволновались, заскулили, преданно ловя мой взгляд. Больше для серых хищников никого не существовало. Такое ощущение, что хозяйка вернулась домой после долгого отсутствия, и собаки выскочили ее встречать. Волки разве что хвостами не виляли… Вот только меня подобная реакция не радовала. Мне не нравились волки и пугали клетки.
Чувствуя, как неловко мне находиться рядом с вольером, Даша предложила поглядеть на медведей.
Бурый спал и на призывы зрителей не реагировал, тогда как его сосед гризли охотно подходил к прутьям и там замирал, словно позируя фотографам. Оба медведя казались безобидными, словно плюшевые мишки, но стоило присмотреться к когтям и клыкастым пастям, как впечатление менялось на противоположное.
«А теперь идем к тигрикам!» — радостно предложила Даша.
Вольеры уссурийских тигров были особенно просторны и солнечны, и чтобы спрятаться от жары, гигантские кошки скрывались в деревянных домиках, изредка выходя попить воды. Простояв возле полосатых красавцев с четверть часа, перешли к дальней клетке. Табличка возвещала, что здесь самка, двухлетка по имени Фрося. Эта тигрица устраивать себе сиесту не хотела и взволнованно металась по вольеру.
— Фрося, поешь, — просил ее работник зоопарка. — Смотри, какая вкуснятина.
Хищница не обращала на сочные куски мяса (настолько соблазнительно ароматные, что у меня заурчало в животе) никакого внимания и бегала, недовольно фырча.
