справиться с нарастающим беспокойством.
Взгляд лихорадочно метался в поисках хоть малейшего просвета среди плотно переплетённых ветвей. Напряжение болезненно сжимало грудь — я отчаянно желала найти выход из этого места.
И вдруг — вот она, дорога! Не раздумывая, я ринулась вперёд, проскользнула в едва заметный проход и, стиснув зубы, зашагала так быстро, как могла. Через некоторое время перешла на бег, стараясь не обращать внимания на сбившееся дыхание.
— А-а! — вскрикнула я от неожиданной боли в ноге. Потеряв равновесие, беспомощно взмахнула руками и покатилась по склону оврага. Длинные ветви захлестали по лицу, острые сучки до крови царапали кожу и разрывали тонкую ткань платья. Ухватиться было не за что.
Бах! Я с силой ударилась о землю всем телом. Остатки воздуха вышибло из груди, и мир перед глазами поплыл. Почувствовала, как темнота накрыла меня, и потеряла сознание.
Очнулась я в комнате, которая словно материализовалась из детской сказки — низкие потолки, деревянные стены с причудливыми узорами, и запах… мяты и старого пергамента.
Попыталась приподняться, но острая боль пронзила тело, и я со стоном откинулась на спину.
С трудом оглядела тускло освещённую комнату, в которой находились лишь кровать, стол и пара кресел.
— Эй, ты цела? — ворон сидел на спинке кровати, его перья мерцали в полумраке.
— Цела? — я попыталась приподняться, но рука дрогнула. — Я упала в овраг, поранилась, и вы спрашиваете, цела ли я?! Конечно, нет.
Ссадина на ноге пульсировала, отдаваясь глухой болью.
— Как я теперь отсюда выберусь?
Кот вскочил на подоконник, его силуэт чётко вырисовывался на фоне заката.
— Во-первых, успокойся, — сказал он строго. — Рана заживёт. Во-вторых… — он обменялся взглядом с вороном, — …нам нужны травы.
Он повернулся к ворону и приказал:
— Нам нужен зверобой, тысячелистник. Знаешь, где они растут?
Ворон кивнул и выпорхнул в окно, оставив за собой шлейф серебристой пыли.
— А теперь скажи, — я ухватила кота за хвост, заставив его вздрогнуть. — Как я здесь оказалась? И что за проклятие вы упомянули?
Кот вырвался, но вместо злости в его глазах читалась… грусть.
— Этот дом, — начал он, подбирая слова, — находит тех, кому некуда идти. Принимает. Но взамен забирает что-то…
— Что ты имеешь в виду? — спросила я, стараясь скрыть растущее беспокойство.
Кот наклонился ближе и прошептал:
— Ты вошла в дом, проклятие легло и на тебя. Теперь и ты часть его истории. Думаешь, мы не хотели уйти? Поверь, каждый из нас много раз пытался покинуть это место, но каждый раз какая-то неведомая сила возвращает нас обратно.
— Что же теперь делать? — с отчаянием спросила я.
Кот махнул хвостом и спрыгнул на пол.
— Ну, во-первых, не терять надежды. Во-вторых, ждать возвращения ворона. А в-третьих… попробовать снять проклятие.
За окном, в сгущающихся сумерках, лес затих — будто затаился, ожидая, чем закончится этот день.
Глава 8
— О каком проклятии идёт речь? — Спросила я, хотя внутри всё сжалось от дурного предчувствия.
— Вот! — Прервал наш разговор громкий крик ворона. — Это должно помочь!
Он держал в когтях большие листья неизвестного растения. Кот быстро схватил их когтистой лапой, ловко разложил на столе и разрезал на узкие полоски. Я с изумлением наблюдала, как кот, словно опытный лекарь, расправлялся с растительными ингредиентами. Взяв нарезанную зелень, он приложил её к моей ране и аккуратно перевязал матерчатыми бинтами.
— Потерпи, — промурлыкал кот, заметив, как я сморщилась от боли. — Скоро станет легче. Нужно будет несколько раз менять повязку.
— Благодарю, — пролепетала я.
После пережитых волнений во мне пробудился голод.
«Пожалуй, стоит отправиться на поиски еды», — подумала я, намереваясь подняться, но под строгими взглядами кота и ворона вернулась в кровать.
— Я есть хочу, — обиженно протянула я.
— Ты не должна вставать, пока рана не заживёт, — с лёгким укором произнёс рыжий.
Я вздохнула, а в животе заурчала неугомонная симфония. Я не просто хотела есть; я чувствовала себя беспомощной и зависимой от этих странных созданий. Но в то же время понимала, что они действительно пытаются мне помочь.
— Я не могу сидеть здесь вечно, — сказала я.
Ворон покачал головой.
— Сейчас принесу тебе поесть, — произнёс он, хлопая крыльями.
— Любава, знаешь, чем славится наше поместье? — Неожиданно спросил кот, едва ворон скрылся из виду. — Слышала ли ты, что по ночам здесь бродят настоящие привидения?
— Правда? — Усмехнулась я. — Хотелось бы хоть глазком взглянуть… Но беда в том, что я в призраков не верю…
Кот посмотрел на меня с загадочной улыбкой.
— Жаль. — Рассмеялся он. — Байки о привидениях — это единственное развлечение, которое мы можем предложить нашим гостям.
— И много людей приезжает к вам в гости? — Поинтересовалась я.
— Увы, уже давно никого не было… — Вздохнул кот.
Мне показалось, что он вдруг загрустил. Через четверть часа вернулся ворон, толкая перед собой столик на колёсиках.
Я ошарашенно уставилась на него, присела на край кровати и потянулась к старинному чайнику, из носика которого поднимался ароматный пар. Мне не терпелось попробовать угощение.
— Нашёл немного еды в кладовой, — сказал он, указывая на блюдо. — Это должно утолить твой голод.
Я налила в кружку ароматный напиток, добавила кипятка и сделала первый глоток, едва не замурлыкав от удовольствия — чай был крепким, травяным, именно таким, как я любила.
Я с благодарностью посмотрела на ворона, хотя при этом ощущала неловкость.
— Угощайся. — Он пододвинул ко мне клювом вазочку с вареньем. — Извини, на кухне, кроме моркови и капусты, мало что было. Но каждую неделю сюда приезжает старый Дороган и за умеренную плату привозит всё необходимое. Ты можешь заказать ему, что нужно.
— Благодарю, — повторила я, ошеломлённо глядя на стол, где помимо чая можно было угоститься румяными сухарями, аппетитными баранками, малиновым вареньем, янтарным мёдом и свежими ягодами земляники.
Вскоре я почувствовала, как силы возвращаются ко мне.
— А разве нельзя поехать в деревню с ним? — Спросила я, а ворон печально покачал головой.
— Это невозможно. Обитатели дома всегда возвращаются. Неважно, поедешь ты на телеге, верхом на лошади или пойдёшь пешком. В деревне ещё остались жилые дома, несколько лавок и кузница, поэтому старик Дороган приезжает сюда, — ворон махнул крылом в сторону темнеющего окна. — Ты ешь, не стесняйся.
Кот, устроившись рядом, пристально наблюдал за мной.
— Да уж, без друга в жизни туго, — назидательным тоном сказал он. — Мы тебе поможем, а ты глядишь — нам.
Я устало откинулась на подушку, стараясь смириться с происходящим. Мысль о том, что я, возможно, сплю или нахожусь между сном и явью, продолжала крутиться в моей голове. Однако проснуться или выбраться из этого странного
