не согласится?
— Куда она денется, — ухмыльнулась Клима. — Ристя все-таки не Костэн Лэй.
— Это напоминает древние сделки по торговле рабами, — отметил Юра. — Ты фактически даришь Ристинку Амадиму, словно дорогой светильник или мешок яблок.
— Человек дороже яблока, — бесстрастно возразила Клима. — И интереснее светильника. Что насчет сроков? За какое время берешься уболтать Верховного?
— Погоди, я еще не сказал, что согласился! Какая выгода Холмам от твоего подарка?
— О, вот и ты начал мыслить в рамках работорговли. Это радует. А выгода самая прямая. Верховный получит жену — неглупую, но честную, безупречно воспитанную, уважающую обычаи Холмов и понимающую Принамкский край. Кроме того, — в черных глазах блеснули искры, — в роду Ристи совершенно точно не было ни ведов, ни колдунов, ни обд. Значит, их с Амадимом дети избегут участи Костэна Лэя.
— Ты уже и о детях подумала.
— Как иначе? Я знаю, на что иду, пристраивая ее.
— Я не дам тебе ответа сейчас. Мне нужно посоветоваться с начальством.
— Советуйся. Но уверяю тебя, на этот раз я действительно хочу укрепить добрые отношения между нами, а не подстроить вам ответную пакость.
— С чего такая доброта?
— Доброта? Вот еще. Я найду другой способ вам напакостить, Ристя для этого просто-напросто не годится. Как насчет весны, Юра? Скажем, начало, нет, середина мая вполне подойдет.
— Я еще ничего тебе не ответил!
— Ты не возражаешь, и этого достаточно. Предложение лучше сделать в декабре, чтобы у Ристи для приличия было время подумать. Помолвку Амадим пусть объявляет… м-м-м… в начале марта, а май отведем для свадебных торжеств.
— Ты даже Ристинку еще не уговорила!
— Это дело почти решенное, — отмахнулась Клима и цепко глянула ему в глаза. — По рукам, Юра!
* * *
Тенька прижал ладонь ко рту и надолго, со вкусом, закашлялся. Он чихал и кашлял с тех пор, как они с Герой побывали на разведке, но лечиться ему было некогда, и колдун заверял всех, что «оно само как-нибудь пройдет».
Последнее время Клима только и делала, что таскала его по всевозможным совещаниям. Тенька находил это занятие пустой тратой времени, но с дорогой обдой и в прежние времена было бесполезно спорить, а теперь и подавно.
Сегодня Клима собрала в актовом зале не военных или торговцев, а наставников Института.
— Способы обучения в этих стенах хороши, но далеко не совершенны. Уже в последние годы Институт все хуже справлялся со своей задачей, а теперь, при моем правлении, это и вовсе никуда не годится. В первую очередь нужно будет переписать все программы, касающиеся истории и идеологического воспитания. Надеюсь, не надо объяснять, почему.
Кругом закивали. Все наставники давали клятву обде.
— Далее, — продолжила Клима. — Я поделюсь моими соображениями, — она пролистала несколько бумаг, отыскивая нужную. — Политическое отделение следует упразднить. Позднее я планирую открыть нечто подобное при Гарлейском дворце, чтобы будущие разведчики и управленцы находились в центре политической жизни страны все время, а не на приемах пару раз в год. Часть наставников переедет в Гарлей, прочие останутся здесь. Врачей трогать не буду, летное отделение меня устраивает, за исключением истории и идеологии, о которых я уже говорила. Следует добавить новые отделения. Во-первых, историческое. История Принамкского края слишком часто предавалась забвению, и слишком мало людей, которые помнят хоть что-то. Я хочу это изменить. Воспитанники исторического отделения станут архивариусами, исследователями и наставниками истории. Во-вторых, Институт нуждается в отделении изящных искусств. Страну надо восстанавливать после войны, в разрушенных городах пригодятся образованные архитекторы и художники. Вот сидят судари из Западногорска и Локита, они приехали, чтобы положить начало новым отделениям. И последнее, — она повернула голову и поглядела прямо на Теньку. — Страна нуждается в сильных, образованных колдунах. И поэтому третьим новшеством будет отделение прикладного колдовства. Прикладного, — она повысила голос, — это значит, воспитанники не погрязнут в теоретических бреднях на тему пронзания слоев реальности, а в совершенстве изучат естественные свойства, астрономию, математику и ритмику, чтобы своими деяниями приносить практическую пользу обществу, — Клима отложила бумагу и приглашающе взмахнула рукой: — Я разрешаю открыть обсуждение.
Обсуждение получилось бурным и затянулось надолго. Даже кашляющий Тенька внес свою лепту, когда узнал, что главой отделения прикладного колдовства Клима вздумала назначить его.
— Кха! Ты об тучу стукнулась, дорогая обда! Какой из меня наставник, да еще и главный? Пригласи лучше Эдамора Карея, у него опыт есть.
— У тебя тоже, — парировала Клима. — Эдамор Карей сейчас нужнее как воин и управленец, а из тебя ни то, ни другое не получится. Поэтому занимайся колдовством и учи других.
— А как же взрывчатка? — напомнил Тенька.
— Я не заставляю тебя возглавлять отделение прямо сейчас, — обда пожала плечами. — Тем более, его пока не существует. Сейчас речь идет о планах после войны. Что тебе не нравится? Будешь заниматься своей драгоценной наукой и рассказывать об открытиях другим. Не этого ли ты всегда хотел?
— Хотел, — согласился Тенька. — Но это было до знакомства с Айлашей!
— Вы же поссорились.
— Да мы помирились сто лет назад! Я собирался после войны переехать в ее мир. Там столько интересненького!
— И не мечтай, — отрезала Клима. — Ты мой подданный, и я тебя из Принамкского края никуда не отпущу.
Тенька почесал в затылке и задумчиво кашлянул.
— Значит, придется думать, как уговорить Айлашу переехать сюда…
Совещание затянулось до вечера, после Клима отправилась в комнату к Ристинке, а Тенька помчался на чердак, где в недрах водяного зеркала его уже дожидалась самая прекрасная и необычная на свете девушка.
* * *
— Клима? — удивилась Ристя, открыв дверь и увидев, кто на пороге. — Высшие силы, что на тебе надето!
— В чем дело? — удивилась обда, оглядывая свой наряд.
— Платье! — с нарочитой торжественностью воскликнула сударыня посол. — Чистое! Без заплат! И даже по моде. Не могу не поздравить с таким достижением.
Клима приветливо улыбнулась и прошла в комнату.
— Теперь я могу себе это позволить. Не одной же тебе мотать казну на наряды. Как долетела, Ристя? Дорога не сильно утомила?
— Тебе от меня что-то нужно, — уверенно сказала Ристинка. — Ты никогда просто так не интересуешься моим благополучием.
— О, да, у меня вполне определенный интерес. Твоя обда ужасно вымоталась на совещании, поэтому теперь она желает сесть в кресло, выпить ромашки и попутно выслушать отчет о визите на Холмы.
Ристя со вздохом указала на широкую тахту у теплой жаровенки. Рядом примостился столик с чайником отвара и тарелкой ужина. Ужин Ристя забрала себе, а чайник и чашки пододвинула обде.
Клима налила себе обжигающе горячий темно-золотистый напиток и села ближе к теплу.
— Как тебе жилось на
