прижалась губами.
Я смотрела на них, и в сердце расцветала тихая радость.
Не важно, что будет дальше.
Не важно, получится у нас или нет.
Прямо сейчас я счастлива до глубины души, что двое нашли друг друга. Даже если у меня никогда не будет такого же, я не утратила способности радоваться за других.
— Ну вот! — задумчиво проговорил Даниель, разглядывая медальон, свисающий на цепочке с его кулака. — Ещё один готов.
Пока влюблённая парочка была занята друг другом, он подошёл к постаментам и открыл крышку. Яркие лучи вырвались из амулета. Ещё на двух постаментах вспыхнули реликвии Богини, наполненные силой.
Это было похоже на слепящие золотом одеяния, которые медленно вращались в воздухе и парили, источая согревающее сияние.
На одном постаменте появилось нечто, похожее на сеть из тонких золотистых колечек, формой напоминающее лиф платья. Ну, или кольчужный нагрудник.
На другом — набедренная повязка из парчи, сверху собранная тонким золотым поясом.
А богиня у них модницей была!
— Как хорошо! — вздохнул Даниель. — Остался всего один. И у нас ещё целых два дня, чтобы найти…
Он не договорил.
Земля под нашими ногами содрогнулась. С потолка стали падать мелкие камушки. Раст прикрыл собой Алисию. Меня закрыла собой невесть откуда взявшаяся Нанайя. Наверное, по старой привычке подглядывала в сторонке, не желая мешать драконам, пока они прибирали к рукам очередную упрямую девицу.
— Ничего не понимаю! — прокричала в отчаянии дракошка. — Храм разрушается! Всё не должно быть так быстро!
Даниель подошёл ко мне и поднял с пола, где я инстинктивно сжалась в комок. За его спиной распахнулись синие крылья, руки были покрыты чешуей, глаза горели синим магическим огнём. Кажется, он был на полпути, чтобы обернуться в дракона.
Прижал меня к своей груди и укрыл крыльями. Я выдохнула. Так мне ничего не угрожает. Стало намного спокойнее.
Но тут Луковка выдала такое, после чего я уже не знала, на что надеяться.
— Вы не понимаете! — воскликнула она. — Нет у вас никаких двух дней!
Словно в подтверждение её слов обрушилась часть крыши. И кусок стены провалился наружу. Остались невредимы только постаменты с реликвиями, которые продолжали мирно кружиться вокруг своей оси, словно ничего и не происходило.
— Нергал действительно захватил вашу богиню! — продолжила Алисия. — Он лишил её всех амулетов, чтоб она обессилела. От этого разрушения в Храме. И холод! Теперь так будет всегда, такая же леденящая стужа, как у нас в Тамберлоне. Он хочет оставить себе вашу богиню насовсем! Мой отец готовится провести обряд, который свяжет их навеки. Тогда Инанна никогда не выйдет в верхний мир, и ваше королевство лишится ее благословения. Малыши не будут рождаться, драконы Дракилона просто вымрут. А Тамберлон дождется этого момента и захватит эти земли без боя. Я должна была внимательно наблюдать, чтобы тут все шло по плану, и никто не помешал ритуалу.
— Когда твой отец планирует провести его? — мрачно спросил Даниель.
Она прошептала:
— Этой ночью, когда на небе не будет луны. Сегодня новолуние, самая темная ночь.
Сегодня!
Я вдруг буквально физически ощутила, как песчинки времени вытекают из невидимых песочных часов.
Синие крылья сомкнулись вокруг меня туже.
Я подняла глаза и встретилась взглядом с Даниелем.
Его руки крепко обнимали меня. Мои ладони — на его груди. И столько невысказанного между нами.
— Ну же, Ваше величество! — мягко проговорила Нанайя. — На вас последняя надежда. Нам нужен ещё один брак. Скажите ей!
Он продолжал молчать.
Только смотрел мне в глаза, хмурясь. И я видела в них своё отражение.
Как всё это унизительно.
Я вырвалась из его рук.
— Нет, так нельзя! Не заставляйте его! Нанайя, ты же сама знаешь, что брак без любви не считается, он не позволит наполнить амулет богини. А этот дракон… больше не верит в любовь, — мой голос сорвался на шёпот.
А у самой сердце замирает. Вдруг всё-таки…
Синий взгляд не отрывается от моего лица.
Вижу, как дрогнули крылья его носа.
Красиво очерченные губы разомкнулись.
Он хотел что-то сказать…
Пол под нами снова дрогнул, словно стоял на спине просыпающегося зверя. Весь пошёл трещинами.
А в центре колоннады постаментов с амулетами богини вспыхнул яркий свет. Соткался в кокон размером с человеческое тело. Я отвернулась, прикрывая ладонью глаза. А когда сияние поблекло, и я снова могла смотреть…
Посередине полуразрушенного Храма стояла женщина.
И у неё было до боли знакомое лицо.
Я всё бы отдала, чтобы не видеть больше никогда.
Сильвия улыбнулась.
Поправила бретельку дорогого платья-мини оливкового цвета. Перешагнула шпильками каменный обломок. На её локте качнулась сумочка стоимостью с половину моей ипотеки. Длинными когтями девица смахнула с плеча тщательно завитый локон.
— Ну здравствуй, бывший муженёк! Скучал по мне?
Глава 38
Даниель меняется в лице.
Его взгляд — страшный, бешеный.
— Я же пр-риказывал тебе! — рычит он, резко обернувшись к Сильвии. — Больше не появляться мне на глаза, чтоб я смог побороть соблазн свернуть тебе шею!
Она смотрит на него снисходительно. И продолжает улыбаться.
— А я не к тебе вообще-то! Просто поздоровалась. Из вежливости. В память о жарких ночах. Неужели ты забыл? Ай-яй-яй. Вот и верь после этого в обещания вечной любви.
— Что ты знаешь о любви, бессердечная сука?
— Хам к тому же.
Сильвия больше не смотрела на него.
Стала внимательно разглядывать амулеты.
— Ах, чёрт! У неё почти получилось. Не думала, что эта коза тупорылая так далеко сможет продвинуться. Хорошо, что я вовремя почувствовала. Слишком мощное излучение, фонило будь здоров. Амулеты почти проснулись.
Она медленно прошлась вдоль постаментов, пересчитывая.
— Аж шесть штук! Кошмар.
Сильвия резко повернулась ко мне. Её зрачок вытянулся в змеиный. На скулах снова появились чешуйки. Как я могла забыть! Почему не вспомнила раньше? Я ведь видела их в самый первый раз, когда она швырнула меня сюда.
Они были серого цвета.
— Но ты меня удивила, конечно! — прошипела Сильвия. — Я-то специально выбрала самую ужасную кандидатуру в свахи. Нашла побитую жизнью дамочку, которой ужасно не везло в любви. Самую циничную и разочарованную. Ты должна была лопаться от зависти и ни одной влюблённой пары не соединить! Ты должна была надёжно запороть мне всё дело!
Всплывает в голове тот роковой день.
Госпожа и господин Тюфяковы. Развод. Обычный мой день в юридической конторе. У меня раскалывается голова от их споров из-за дурацкой собачонки мальтипу. Я почему-то вспоминаю всю свою бедовую, неудачливую жизнь, и как мне не везло на мужиков. С моих губ сами собой срываются слова:
«Зачем вообще жениться,
