Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 112
– Верю.
– Это очень по-человечески… За свою поездку ты получишь пятнадцать золотых флоринов.
– Двадцать? – пискнул студиозус.
– Нет, пятнадцать.
– Ладно, но это грабеж средь бела дня!
– А я разбойник и злодей, разве ты не слышал?
Зирвент вытаращился на него.
– Хватит говорильню устраивать. Слушай то, что должен запомнить.
Воля студиозуса к сопротивлению была сломлена. «В любом случае с Наэваррой этот номер не прошел бы, – подумал Страшила. – Вридаль из тех, кто добивается своего».
Огр взял кружку с пивом и допил остатки.
Эльф и вагант сидели рядом за столом, склонив головы друг к другу. Один говорил, другой слушал, напрягая память, закаленную в нелегких академических баталиях. Страшила поднялся, хрустнул пальцами и совершил небольшой вояж по грязному залу пустой харчевни. Передвигаться приходилось, склонив голову, чтобы не брякнуться о потолок. Как бы невзначай огр выглянул через открытую дверь во двор. За забором можно было увидеть дорогу и дальние холмы, поросшие островками деревьев.
Ни души. Ни пешего. Ни конного. В тишине стрекотали, спрятавшись в нагретой солнцем траве, кузнечики. Лошади, стоящие под навесом, изредка постукивали копытами и фыркали.
– Я никогда этого не запомню, – простонал Зирвент, хватаясь за голову. – Боги, никогда!
– Хозяин, подойди, добрый человек.
Губошлеп вышел в зал, покосился на огра и потрусил к столу. Его отвращение как рукой сняло.
– У меня к тебе деловое предложение, о милейший, – сказал эльф.
Подбодренный стопкой крепкого самогона, Зирвент отправился в путь. Со стороны он выглядел типичным местным жителем. Дешевые грязные сапоги, штаны, перетянутые широким поясом, короткий плащ, рубаха и шляпа с ободранными полями. Лошадь хозяин харчевни выдал ему на вид паршивей некуда, но выяснилось, что бегает она резво. Зирвенту же хотелось нестись со скоростью ветра – прибыть на место и выполнить приказ Наэварры… ну и, конечно, получить свои кровные. Именно обещанная награда решила внутреннюю дилемму студиозуса в пользу эльфа.
«Я крестьянин, я простой крестьянин», – твердил про себя вагант, сутулясь и выглядывая из-под полей шляпы. Лошадь шла умеренно быстрым шагом. Пусти он ее в галоп, у потенциальных шпионов это могло бы вызвать подозрение. В Лиссон надо прибыть чистым, без «хвоста». Таково условие Наэварры.
«Купец по прозвищу Хорь… Наверное, один из этих, заговорщиков, фрилаков… Он должен сделать все, о чем его просит Вридаль… А если не сделает, а… если чего-нибудь сделает со мной?»
Ориентируясь по указателям, студиозус свернул после развилки направо, к северу. Теперь до Лиссона всего четыре с половиной мили. Впереди грохотала телега, груженная пустыми бочками. Ею правил прикладывающийся к плетеной бутыли гном. Он приветствовал Зирвента хриплым, отнюдь не музыкальным воплем, и тот подумал: «Ни на грош куртуазии… Ну, ладно, это гном, ему нет никакого дела до утонченности и высоких идеалов… Но… То, что сегодня было на Площади… Куда я попал, в какое королевство, скажите? Дверью ошибся, что ли?»
Зирвент осмотрелся. Подозрительных личностей поблизости не было. В первый раз он здорово струхнул, когда понял, что за ним следят. Кто знает, чем бы все обернулось, не приди ему в голову светлая мысль перебороть обиду и вернуться в харчевню. Раскаленные клещи, кнут, «железная дева» – какие подарки приготовил ему виконт Шардэ?.. Студиозус представил себя дающим показания на полу вонючего каземата.
«Какие показания? Что я знаю? Ничего! – подумал Зирвент, заставляя лошаденку бежать быстрее. – Не знаю и знать не хочу… Решено – как только все это закончится, я хватаю деньги и сматываюсь в Амаланту. Или в Сальдегору. Меня ждет университет. Вот где я устроюсь, надолго, может быть, даже до самого конца, пока не получу диплом и патент бакалавра. Пожалуй, хватит бродяжничать. Рано или поздно это кончится плохо, я окажусь в канаве с ножом в спине или на дне реки с камнем, привязанным к ногам».
От таких мыслей волосы шевелились на голове. Ваганту казалось, что изнутри его обмазали чем-то липким, жгучим и отвратительным.
Вопреки тому, что он сказал Наэварре, студиозус верил в судьбу. Особенно в то, что искушать ее до бесконечности вредно для здоровья. У Зирвента было много приятелей в своей среде, а также в среде разного рода деятелей из области музыки и театра. Собираясь по случаю тут и там, бродяги-ваганты, жонглеры, менестрели и артисты рассказывали друг другу разные истории. Бывало, и жуткие. Такие, в частности, где говорилось о решительных королях и их наместниках, желающих навести порядок в своих владениях раз и навсегда. Было бы желание, а заговор всегда найдется, как сказал один жонглер. Охота на ведьм собирала богатые урожаи, и всегда во всех королевствах шла она по одному сценарию. В первых эшелонах, как правило, отправлялись на плаху не только сами смутьяны и мятежники, но и нежелательные элементы, «крысиные хвосты», как прозвали Зирвента и ему подобных бродяг. Попадали друзья Зирвента под горячую руку в Даймории, Мароозе, Тенаскевале и Брилезии, повисали за шею в Хатании, горели на площадях в Сперфе и Длаветрине. В половине случаев никакого реального заговора не существовало, а вот в Лорансале очень даже существует. Глядя в синие глаза Наэварры, Зирвент понял, что дело не просто в разбойничьих налетах, прикрываемых высокими словами. Дело гораздо серьезней.
«А потому мне нечего тут делать… Но Амаланта – тоже Лорансаль, владения Гуннфина Албарского, вассала и наместника Родерлика! О беда! Однако если я поступлю в Амалантский Университет, разве не сумею я затеряться в его сумрачных аудиториях и библиотеках? Не сумею слиться со своими, чтобы исчезнуть из поля зрения шпионов?»
Зирвент проехал мимо указателя, на котором крупными рунами было написано: «Три мили до Лиссона».
«Давай, лошадка, давай, – мысленно подогнал животину вагант. – Нам надо быстрее. – Он обернулся. Позади никого. Наверное, ему все-таки удалось обмануть лазутчиков. – Я участвую в темных эльфийских делишках. Вот страшная правда, господа! И за это меня по головке не погладят, а пятнадцать флоринов не спасут шею от веревки… Здесь не просто профилактические меры по наведению порядка – ищейки виконта рыщут всюду и вынюхивают, вынюхивают!»
Навстречу Зирвенту неслись во весь опор два всадника. Плащи их развевались за спинами, будто крылья диковинных птиц. Вагант застыл в седле ни жив ни мертв. Кровь в самом прямом смысле остановилась в его жилах, в голове стало мутно и почти темно.
«Только не обморок! Если это конец, я должен встретить его лицом к лицу, как подобает мужчине. Или с песней на устах, как гибли мои братья на виселицах и кострах!»
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 112
