«Рождение» Бога Рус застал в Эолгуле, по пути в «Закатный ветерок». Ехал на Воронке, всеми фибрами души ощущая — вот-вот…
Сила пятен прибыла как-то разом. При этом не создала бурю, а заняла свою нишу, словно давно хранимую специально для неё. В ней чувствовался Разум и Воля — появился еще один геянский Бог.
Рус вздохнул с облегчением… а буквально через полстатера вздохнул еще раз — чувство опасности над душой Гелинии бесследно пропало.
«Слава богу!» — облегченно подумал он, не обратив внимания на двоякость обычного земного выражения в данном контексте. Послал Воронка галопом. Надо домой, необходимо встретиться с Эледриасом. Не понимал, как именно это случится, но четко слышал его «зов». О Дохлом, кстати, тоже не забывал, но эта проблема так себе, яйца выеденного не стоит. Благодаря памяти Кагана, он слишком хорошо его знал.
Войдя в кабинет, Рус почти не удивился, увидев сидящего в единственном удобном кресле эльфа. Нет, скорее помесь эльфа с человеком, а не альгана или кагана. Цвет его кожи был смуглым, как у коренных месхитинцев, а черты лица — альганско-каганско-человеческие. Один глаз зеленый, второй желтый, нос эльфийский. А вот овал лица уже человеческий, а не красиво удлиненный. Вокруг широких, совсем не альганских губ — ни намека на щетину. Длинные русые волосы были собраны в хвост, открывая типично эльфийские удлиненные уши. Рост в сидячем положении определялся трудно, но Русу Бог показался все же ниже каганов и телосложение имел более массивное, хотя и не до конца человеческое: руки сохраняли обманчивую эльфийскую хрупкость. О красоте судить не брался, но отметил совсем как Шарапов: «Бабам такие нравятся». И еще обратил внимание на длинный зеленый плащ, который свободно возлежал на теле без единой складочки и шевелился, словно живая трава… возможно, это она и была.
— Здравствуй, Рус, — поприветствовал его Эледриас звонким мелодичным голосом, в котором слышались эльфийские «колокольчики». Заговорил, кстати, по-русски.
— И тебе не хворать, — нагло ответил «пасынок», невольно усмехаясь: «Второй бог за сутки! Причем как бы у меня в гостях. Перебор получается, не к добру это…».
— Хамишь? — сказал «Защитник и Освободитель», лучезарно улыбаясь, — а так ждал, так ждал! Ты садись… брат, — это слово прозвучало очень даже иронично.
К Русу поехал стул и он, не выпендриваясь, сел. Заметил совсем бледненькое Слово, подогнавшее сей предмет мебели. Можно сказать «словечко».
— А ты выглядишь не совсем младенцем, — пошутил бывший «псевдобог».
— А ты спешил перерезать мне пуповину? — поддержал шутку бог настоящий и сбросил улыбку, — я, как ты понимаешь, не на обмен остротами пришел.
— Взаимно, — посерьезнел и его визави, — а зачем?
— Затем, что ты хотел меня видеть, — серьезно ответил Эледриас.
— И всё? — хитро переспросил Рус, почувствовав некую недосказанность, — И прямо первый визит ко мне. Да, спасибо за Гелинию.
— Не стоит, должность обязывает. Сразу поясняю: та демонская сущность ушла в планы небытия, артефактов больше можно не опасаться. А с чего ты взял, что ты — первый?
— Так времени прошло… — по ходу речи замедлялся, соображая, что для богов это понятие пустячное.
Эледриас закатился от души, звеня колокольными переливами. Ненадолго, всего на несколько мгновений. Отсмеявшись, ответил снисходительно:
— Ты же сам был Богом и прекрасно знаешь, что значит для нас время. Зря ты не слушаешь Гею, она глупость не посоветует.
— Да ну! — заупрямился Рус, — Я играл бога — это две больших разницы, а потом я не уверен в механизме, а если я…
— То есть она, по-твоему — дура? — перебил Эледриас и его бывшего «коллегу» физически вдавило в стул одним только божественным раздражением; без всякого Слова, без колебания Силы. — Да будет тебе известно, мой юный друг. Да, юный. Я не родился, как любят выражаться у вас на Земле «с нуля», я пришел из схожих миров…
— Но Гея… — прохрипел Рус через непонятное давление, понимая, что может от него избавиться, но не делая этого. Скромничал.
— Местные Боги, не все, «родились» здесь. Но те же Гидрос и Гелион уже имеют не по одному миру, а моя Сила, согласись, подревней самой Геи будет. Как и Силы Эребуса, Эоса… Всех перечислять не стану, мы не на лекции. Время, брат мой, — Бог, акцентировав ироничное обращение «брат», «успокоился» и давление пропало, — понятие относительное. То, что ты в школе проходил, можешь засунуть куда подальше, а в случае с твоей «вселенной» все так просто, что проще не бывает. Вспомни… — и посмотрел Русу в глаза.
«Да я же всегда это знал! — подосадовал он в ответ на мгновенно всплывшие знания, — просто не хотел вспомнить…»
«Дурак, ты был настоящим Богом, — услышал он в голове язвительное замечание Эледриаса, — ты сам ограничивал себя, спрятался за игру. Тебя признал целый мир. Пусть только одной своей вырванной частью. Она жаждала Хозяев, которые бросили её, и нашла тебя. А ты! Я и пришел к тебе за тем, чтобы понять…», — и в это время Рус отвел взгляд. Голос в голове затих.
— Знаешь, — его «брат» продолжил как ни в чем не бывало, подкидывая рукой невесть откуда взявшееся яблоко. Говорил уже вслух и по-прежнему по-русски, — я в это же время нахожусь во всех пятнах, встречаюсь с верящими в меня. Раздаю им свитки «Законов». Кроме самого Кальвариона, — сказал и с хрустом откусил сочный плод. Густой сок вяло потек по подбородку. Бог, с наслаждением жуя, вытер его травяным рукавом, который впитал его вроде как тоже с наслаждением.
— Почему? — автоматически спросил Рус, наблюдая за яблоком, соком, травой и обдумывая поразившие его слова. Одно дело — «псевдо», над чем всегда иронизировал, совсем другое — «настоящий»… Эледриас сказал правду, он это прекрасно понял.
— В том городе из моих верующих только одна Грация, она же единственная посвященная. Ты не переживай, — Бог продолжал вкусно есть яблоко. Ел так смачно, что Рус невольно сглотнул слюну. На «не переживай» — не обратил внимания, — явлюсь, когда придет время.
— У меня пять миров, кроме этого, — продолжил, «испарив» огрызок и тщательно вытерев рот, — в них семь Разумных рас почитают меня, но с людьми так плотно столкнулся впервые. Хотя они есть везде, где позволяют подходящие условия, но я как-то обходился без их веры.
— А интересное вы племя! — лукаво воскликнул Бог, — Есть в вашей душе что-то настоящее. Настолько противоречивое, что… взять хотя бы тебя. Нет, ты — не показатель.
— Это почему же? — возмутился Рус и заткнулся, сам поняв сказанную глупость. Эледриас неожиданно деликатно не обратил внимания на его реплику.
