на три четверти состоял из сотен кораблей, соединенных вокруг его центра настилами и мостами. Мы отчаянно рубили швартовы, высвобождая как можно больше судов. И уже рассредоточивались, когда нахлынули самые страшные волны.
– Сколько кораблей вы потеряли? – спросила Инэвера.
Исан воздел руки:
– Кто знает? Какие-то стояли у причалов, их можно было наполнить беженцами и быстро отвести; другие сотни лет не выходили в плавание. На уцелевшие набросились водные демоны.
– Все остальные порты вы спалили, – сказала Делия. – А демоны уничтожили ночью блокаду и, видимо, заняли монастырь. Податься нам больше некуда.
Глава 31
Харденс-Гроув
334◦П.◦В.
– Пал последний полустанок, – объявила мать Джоун.
«Последний», – подумал Раген.
Значит, остальных уже нет, а от двора это скрывают. Новости с юга не поступали с минуты возвращения Рагена. Все вестники, которые отправлялись в зону погибших полустанков, исчезали без следа.
В зале заседаний стоял гомон, все переговаривались между собой. Когда никто так и не взял слова, Раген вышел вперед и отвесил поклон. Юкор вздохнул, но махнул рукой:
– Говори.
– Его светлость внимает Утреннему новографу! – Джоун ударила посохом, и шум стих.
– Есть ли выжившие? – осведомился Раген.
– Никого. – Юкор плотно сжал губы.
Полустанки были удобным подспорьем для расширения его влияния на всей территории южнее Рубежной реки. Энджирс не принадлежал ему лишь номинально, а красийцы отступали под огнем стрелкового оружия. Столь близкая к воплощению мечта стать королем Тесы таяла на глазах.
Раген тщательно подбирал слова:
– Возможно, ваша светлость, пора подумать об эвакуации Харденс-Гроува.
– Это преждевременно. – Граф Брайн вышел в проход и встал рядом с Рагеном. – Дорога на юг перекрыта, а Харденс-Гроув – крупнейший поставщик продовольствия в Милн. Посевы едва проклюнулись, и что же нам – бросить их?
– Неужели урожай важнее жизни гроувчан? – Раген знал, что для многих придворных, которые вложились в Гроув, урожай таки важнее, но, как он и предположил, никто не посмел выразить вслух столь бессердечную мысль. – До новолуния остались считаные дни. Если подземникам понадобится стянуться под городские стены, они не оставят Гроув в стороне. Мы должны эвакуироваться.
– Вздор, – сказал Брайн. – Гроув пережил тысячу новолуний. Там сильные метки.
– Не такие сильные, как на полустанках его светлости, – возразил Раген. – У Горных Копий не было ни женщин, ни детей, они не защищали посевы, однако не выстояли. На что надеяться гроувчанам?
– На что надеяться нам всем, если мы откажемся от заготовки продовольствия на зиму? – спросил Брайн. – И кто их примет? В Гроуве живет более пятисот душ, новограф. Ты заберешь их в Утреннее графство?
Треша скрестила руки, и Раген понял, что не в его власти пообещать подобное, но Элисса выступила вперед и ущипнула мать.
Графиня Треша секунду смотрела на дочь, затем таким же сумрачным взглядом окинула зал:
– Если другие графства слишком прижимисты, чтобы принять часть беженцев, то Утреннее графство позаботится обо всех, и пусть рассудит Создатель.
– Утренняя графиня щедра, – сказал Юкор. – Но Золотой граф прав: это преждевременно. Мы не сдадим Гроув без боя.
Брайн тоже удовлетворенно скрестил руки, и Раген скрипнул зубами:
– Ваша светлость, слова графа Брайна звучат разумно, но я сомневаюсь, что тот, кто не видел воочию, на что способны подземники в новолуние, в состоянии оценить их опасность.
– Решено. – Юкор ударил наручью по металлическому подлокотнику трона, и по залу пошел звон. – Оборону Харденс-Гроува возглавит Утренний новограф.
Раген перевел взгляд с Юкора на Брайна. Ловушка захлопнулась. Он угодил в нее, как и задумывалось ими с самого начала.
– Ваша светлость, я не солдат.
– Ты Утренний новограф, – сказала мать Джоун. – Ты связан присягой и обязан воздеть копье по зову трона.
– Наверно, граф прикидывает, не послать ли вместо себя престарелую тещу, – заметил Брайн, и двор откликнулся смехом.
Раген чопорно поклонился:
– Сколько Горных Копий будет под моим началом?
– Можешь взять двести, – сказал Юкор.
– Ваша светлость…
– Если мало, набери в своем графстве рекрутов. А лучше – приспособь самих гроувчан.
– В самом деле, – подхватил Брайн. – Привлеки крестьян, как поступил твой приемный сын с энджирцами. Говорят, он защитил Лесорубову Лощину, имея меньше сотни человек.
Раген сделал глубокий вдох, радуясь, что этих слов не услышал Йон.
– Как ваша светлость прикажет.
Когда они вышли из герцогского дворца, Йон ждал у кареты.
– Я поеду с тобой, – сказала Элисса, едва экипаж тронулся.
– Провалиться мне в Недра, если поедешь, – ответил Раген.
– Я тебе нужна.
– Куда ехать-то? – спросил Йон.
Раген не ответил. Он не сводил глаз с Элиссы:
– В Милне ты нужна больше. Это только начало. Демоны осадят город, кто-то должен остаться и подготовиться.
– Эй! – позвал Йон. – Кто-нибудь скажет, в чем дело?!
– Все полустанки уничтожены, – ответила Элисса. – До новолуния три дня, а Юкор отправил Рагена держать Харденс-Гроув.
– Держать? – переспросил Йон. – Такое место в новолуние не удержишь. Надо выводить народ.
Элисса сверкнула глазами на Рагена:
– Нет, будь я проклята, ты не умрешь там.
Раген тяжко вздохнул:
– Лисса, что мне ответить? Я не Создатель. Настанет день, когда меня что-нибудь да убьет. Или тебя. Нельзя из-за этого жить по кривде. Я нужен гроувчанам немедленно, а ты нужна Утреннему графству. Закон разрешает нам набрать милицию. Йон с его лесорубами могут остаться и обучать…
– Хрена с два! – перебил его Йон. – Без нас ты в Харденс-Гроув не поедешь.
– Это не твоя война, Йон, – сказал Раген.
– Моя. Общая. Слова самого Избавителя. Езжай хоть в Недра – пока я жив, с тобой поедут лесорубы.
Рагену хотелось спорить дальше, но он знал: собеседника не согнуть. Да и чего греха таить – ему будет легче от мысли, что, когда завяжется схватка, рядом окажется Йон Лесоруб.
– Этого мало, – сказала Элисса. – Тебе не удержать Харденс-Гроув с двумя сотнями Горных Копий и лесорубами, которых не наберется и двадцать.
– Я уже вызвал подкрепление, – ответил Раген; карета тем временем въехала на двор их особняка.
Во главе пятидесяти вестников и еще сотни воинов из охраны каравана стоял цеховой мастер Малькум, в тесных доспехах, которых не надевал двадцать лет. Все панцири были надраены, в руках – длинные копья с наконечниками из меченой стали.
Дерек возглавлял две дюжины метчиков. Те, привычные больше к тихим мастерским, нежели к дорогам и открытым ночам, держали копья неуклюже, но Раген понимал, что при хорошей работе они поспособствуют обороне больше, чем воины.
Ждали и лейтенант Ворон с сержантом Геймсом.
– Дружище, ты уверен, что потянешь? – спросил Раген. – Ведь еле выжил!
– Мы живы благодаря тебе, – ответил Ворон. – Юкор предложил Горным
