Присутствие этих эльфиек почему-то тревожило Аталису; её так и тянуло обернуться и посмотреть на них, особенно на ту, что постарше, с которой они то и дело встречались глазами в зеркалах. Отбросив маску безразличия, общепринятую среди высокородных девиц, она глядела на неё с откровенной враждебностью и смятением. Младшая из эльфиек выглядела совсем ещё девочкой, и на её личике не читалось ничего, кроме веселого любопытства.
«Какого рогатого они пялятся на меня?» – рассердилась Аталиса. Заметив, что остальные девицы из свиты уже поглядывают в их сторону, и в любой момент готовы присоединиться к неотвязной паре, она поискала глазами старшего своей охраны. Необычайно смуглый и высокий для эльфа – служанки болтали, что он дроу, хотя наёмников не брали на такие должности – воин вроде бы должен быть на виду, но нет. Она заметила его только тогда, когда он оказался рядом.
– Тайлен[5] эс-Рид, разве мне положен штат фрейлин? – громко поинтересовалась девушка.
– Нет, – ответил эльф, насторожённо глядя на неё холодными светло-фиолетовыми глазами.
– Замечательно! – Она окинула взглядом примолкших девиц, и приступила к боевым действиям. – Уважаемые сентау, вам не кажется, что довольно бестактно навязывать своё общество высокородной эн-Огран, которой вы даже не представлены? – На лице девушки появилось ледяное выражение. – Думаю, мы с вами поняли друг друга и мне не придётся прибегать к помощи охраны, чтобы избавиться от вашего присутствия.
Резко развернувшись, она стремительно двинулась к выходу из зоологического музея, который основательно подпортил ей хорошее настроение. Одна из преследовательниц – та, что помладше – бросилась было за ней, но другая её удержала.
– Стой, Ульрика! Не слишком разумно настраивать против себя будущую принцессу.
– С ума сошла?! Думаешь, Лесной король когда-нибудь женится на этом големе? – воскликнула младшая во всеуслышание, и девицы из свиты Аталисы, получившие неожиданный щелчок по носу, все как одна, навострили ушки в предвкушении скандала.
– Уверена, что да, – с грустью ответила старшая.
– Чаэль!.. Но почему? – вытаращила глаза младшая.
– Ульрика, не будь глупее, чем ты есть. Конечно же, он женится. Ведь ему кажется, что это Атуэль, – негромко сказала старшая.
Дружба – редкий подарок в мире фейри, а леди Чаэль эс-Сарли была не только лучшей подругой Атуэль, но и связана с ней узами крови. Потому они были близки, как родные сёстры. Когда с Атуэль случилось несчастье, горе Чаэль было не менее велико, чем горе Лесного короля.
После слов эльфийки на какое-то мгновение Аталиса застыла, но не обернулась, и снова двинулась к выходу.
– Постойте! – Леди Чаэль догнала её и попыталась схватить за плечо, но тайлен эс-Рид с предостерегающим выражением на лице загородил собой девушку. – Скажите, зачем? Ведь тело Атуэль не платье, которое можно надеть на себя! Неужели вы не понимаете, что это издевательство над её памятью и памятью тех, кому она была дорога?!.. Стойте, не уходите! Что бы вы о себе ни думали, знайте, Раэтиэль никогда не полюбит вас! Это сейчас ему не важно, кто скрывается внутри, но однажды он очнётся и поймёт, что это всего лишь наваждение и, что вы не Атуэль!
В голове Аталисы воцарилась пустота – эльфийка сказала то же самое, что ей говорил собственный внутренний голос. Собравшись с духом, она повернулась и подняла глаза на старшую из сестёр эс-Сарли.
– А вы думаете, меня кто-то спрашивал?
На лице леди Чаэль появилось непримиримое выражение.
– Лично я никогда не согласилась бы на такой безнравственный поступок! И Атуэль тоже, – с гордостью сообщила она, как вдруг замолчала, а затем с потрясённым видом прижала руку к губам.
– Небесный отец! Так слухи не лгут! Вы действительно смертная рабыня! – воскликнула она, глядя на девушку во все глаза.
– Вижу, вас это огорчает сильней всего, – усмехнулась Аталиса, услышав в голосе эльфийки оттенок презрения. – Уважаемая сентау, а вы не задавались вопросом, чем рабы хуже вас?.. Вижу, что нет. А по моему личному мнению, рабы абсолютно ничем не хуже вас. И вообще, мудрецы утверждают, что свобода это состояние духа. Если данный постулат верен, значит, я всегда была, есть и буду свободна. И ещё одно, не ждите, я не сгорю от стыда лишь потому, что одолжила шкурку вашей драгоценной Атуэль, – заявила она, смерив эльфийку надменным взглядом.
Подхватив пышную юбку, Аталиса легко развернулась и плавной походкой заскользила к арочному выходу.
Озадаченная леди Чаэль до тех пор глядела ей вслед, пока воздушную фигурку девушки полностью не скрыли колонны и пышная зелень Этернолиллорна. Во время разговора с самозванкой ею руководили волнение и гнев, но теперь они улеглись, и она была способна мыслить здраво.
Леди Чаэль ничего не понимала. Она поклялась бы всем святым, что это её дорогая подруга и никто другой, – ведь они с детства были неразлучны. Конечно, это была Атуэль, забывшая своё прошлое, но это ничего не меняло. Дело было даже не в мимике и жестах, которые можно скопировать, а в чём-то неуловимом, что нельзя передать словами, но благодаря чему близкие люди сразу же замечают подмену, какой бы искусной она ни была.
* * *
После перепалки со старшей из преследовавших её эльфиек, Аталиса основательно упала духом. За время нахождения во дворце Оберона ей доводилось выслушивать и более изощрённые гадости, но почему-то слова именно этой эльфийки ударили её больней всего – возможно, оттого что она была искренна и явно переживала за бывшую невесту Раэтиэля.
Поскольку эн-Огран находился в кратковременном отъезде (эльфийский владыка всё же уговорил его заняться государственными делами), а она нуждалась в чьём-нибудь искреннем участии, то ей взбрело в голову найти рабыню, которая приветливо отнеслась к ней на балу, устроенном в честь возращения Лесного короля. К тому же после утомительных церемоний эльфийского двора, очень похожих на хождение по тонкому льду, девушке хотелось отвести душу в нормальном человеческом общении. Вдобавок она обратила внимание на то, что у рабыни точно такие же глаза, что у ведьмы, которая мучила её во сне.
Восприняв последнее обстоятельство как указующий перст судьбы, Аталиса со всей решимостью направилась к гарему, где находились человеческие невольницы. Естественно, она отправилась туда не одна, а в сопровождении неотвязной охраны, которая скользила следом за ней и буравила ей спину сердитыми взглядами, но пока хранила молчание.
Конечно, девушку не пустили бы на запретную территорию, но по пути ей очень удачно подвернулась эльфийская венценосная чета, и она получила официальное разрешение на посещение гарема. Правда, Оберон удивлённо приподнял брови, услышав столь необычную просьбу, но не стал возражать, а молчаливое неодобрение Титании девушка проигнорировала.
