Итак - прорываться через ряды ментов, хватать Василису и валить с ней куда-подальше. Как говориться - не впервой. Только вот в другой мир нельзя - иначе всё прахом - одежда исчезнет, всё исчезнет. Опять голые, опять босые, опять голодные и без средств к существованию.
Мысль о том, что все наши усилия пошли прахом, привела меня в такое неистовство, что я едва не зарычал, как волк. Поправив сумку, стал набирать скорость и в мгновения ока разогнался километров до ста пятидесяти в час. Полицейские, двигающиеся довольно медленно, не успели оглянуться, как я уже был у них за спиной, щедро раздавая удары сонного заклинания.
Радиус действия моего заклинания составлял метров пятьдесят, так что я, оказавшись в цепи преследователей, выбил из неё сразу с десяток человек. Проскочив вперёд, быстро достиг перепуганной Василисы, с ужасом следящей за тем, как смыкается ловушка, и схватив её за руку, крикнул:
- Быстро за мной!
Люди над нами закричали, показывая на меня рукой, а я метнул очередное заклинание в того, кто вёл всю толпу - в поисковика. Благо, что они все летели низко над кустами - метрах в трёх - так что падая с этой высоту имели шансы не свернуть себе шею. Впрочем - такие же шансы, как и свернуть. Ну а что поделать? Лучше они, чем я.
Маг-поисковик слетел с небес, как подстреленный тетерев и с треском грохнулся в колючий куст (Искренне надеюсь, что он себе ничего не сломал и не выбил гляделки! Он ведь просто выполнял свою работу...ловил злодеев. Нас.)
Рванув вдоль реки, я щедро раздавал направо и налево сонные заклинания, и люди сыпались с небес, как горох. Несколько человек упало и в реку - я сморщился - потонут ведь, заразы! Но потом успокоился - снизу были и пешие полицейские, которые тут же побежали вылавливать их из реки.
Глаз выхватывал изображение происходящего, как застывшую картинку - щёлк! Люди. Щёлк! Падают. Щёлк! Бегут.
Время замедлилось, а в голове хрустальная ясность, как будто я отдыхал неделю, вёл здоровый образ жизни, а не бегал по болотам, спасаясь от крокодила и не дремал у костра на берегу реки. Слава ускоренной регенерации! И спасибо вертолёты, что не открыли пальбу из своих пушек, торчащих спереди, как здоровенные жердины...вероятно просто боялись попасть по своим.
Внизу я заметил человека, сосредоточенно выцеливающего нас из пистолета - вот только этого не хватало! Рванул Василису в сторону, пуля свистнула рядом со мной.
Спикировал на мужика и с разгона бросил заклинание. Он свалился, не выпуская пистолет из рук, а я, за долю секунды приняв решение, схватил его в охапку и поднял в воздух - благо тот был худощавый и невысокого роста. У меня от возбуждения так прибавилось сил, что вероятно я бы мог поднять трёх таких мужиков даже не запыхавшись!
Осмотревшись, заметил, что многие менты на земле достали стволы - сейчас нам дадут прикурить! Приказал Василисе лететь за мной - теперь, с мужиком в руках, я выпускать заклинания не мог. Впрочем - и никаких боевых действий против нас не последовало.
Вначале я удивился - ожидал тучу пуль в наши многострадальные зады, а потом ругнул себя - моё подсознание сработало совершенно верно - ведь зачем я подхватил этого мента? Заложник! Они боятся, что попадут в него, а если даже не попадут, и врежут точно по мне - я его выроню. И тогда тому точно придёт большой белый полярный лис.
Я выбрал направление на Грузию, вернее на то, что осталось от неё после катаклизма - расчёт на то, что скроюсь в горах, куда вертолёт подняться не сможет. Среди вулканов. Три вертушки увязалось за мной - кроме них никого из противников в воздухе не осталось - я всех летунов посбивал.
Проносясь над ущельем, я всё больше и больше наращивал скорость. Вертолёты, совсем не последней модели, не могли за нами успеть, так что виляя над лесом скоро вышел из их поля зрения. Если они и смогут нас найти, то только с помощью мага-поисковика - он видел лицо Василисы, моё лицо, знает лицо захваченного мной полицейского, а значит - при желании, найдёт нас. Если я не приму меры. А я приму эти самые меры, пусть даже не сомневаются.
Через полчаса мы уже зависли над голыми камнями одного из водоразделов, возле границы ледников. Дул жуткий ледяной ветер, дышали холодом ледники, и после размышления, нам пришлось спуститься к небольшому действующему вулкану, выбрасывающему горячие газы в атмосферу - одному из тех, который заработал после столкновения Земли с болидом. Ну да - ядовитые газы, да, возможность получить бомбу из расплавленной лавы на макушку - но не замерзать же на голых камнях? Сюда хотя бы вертолёты не прилетят - и высоко, и боятся извержения.
Спустившись на горячие камни, усыпанные вулканическим пеплом, я отпустил захваченного полицейского, глухо стукнувшегося головой о камни и облегчённо брякнулся рядом, глядя на то, как приземляется Василиса. Она тоже растянулась рядом, жадно хватая ртом воздух с запахом серы, и со смешком, хрипло сказала:
- Самое нам тут место - пахнет серой, настоящая преисподняя. Мы же дьявольские отродья, на нас весь мир ополчился!
Почему -то эта фраза нам показалась такой смешной, что мы стали смеяться, пока из глаз не полились слёзы.
Видимо это была истерика, сбрасывалось напряжение всех этих дурацких дней.
Оперативник так вцепился в свой потёртый 'макаров', что я едва расцепил его пальцы. Усмехнулся - вон как он бережёт государственное имущество! Знакомое дело. Потеряешь - потом задолбают объяснениями - как потерял, почему потерял, как посмел потерять, даже если тебе и треснули по башке заклинанием. В личное дело сразу отметка, и на долгие, годы, практически до самой пенсии пятно неблагонадёжного - 'то ли он украл, то ли у него украли, но осадок-то остался!'
Я эту кухню прекрасно знал, и потому не удивился - даже на подсознательном уровне опер пытался сделать правильно, и тогда, когда его мозг ничего не осознавал, будучи спящим, как царевна.
Перед нами лежала, увы, не царевна, а мужчина лет тридцати пяти, чем-то напоминающий Семёныча (Я даже эдак ностальгически вздохнул - где мой райотдел? Где заляпанный руками чайник и поднос с крошками печений? Где моя кружка с отбитым краем - придурок Петька уронил...). Вокруг рта мужчины залегли жёсткие складки, похоже, что он видал виды и жизнь крепко его потрепала. В ментовке быстро избавляешься от эйфорического состояния по поводу того, что ты делаешь нужное людям дело. Если ты шёл в полицию, имея в душе желание помогать людям, бороться с преступностью и ждал, что люди за это ответят тебе благодарностью, то это заблуждение быстро, очень быстро испаряется. У меня оно испарилась примерно через месяц. Оказалось, что главная задача опера - это правильно составить бумаги, чтобы прикрыть себе зад от нападок начальства и прокуратуры, оказалось, что опер должен уметь отбиться от заявления потерпевшего, рассказав в лицах об ужасах расследования (Затаскаем!), что опер должен уметь исхитриться добыть пропитание помимо зарплаты - для себя и для своего отдела, но при этом не попасться службе собственной безопасности. В общем - он должен быть жёстким, хитрым, циничным сукиным сыном. Или...идти в народное хозяйство.
