складывались в какие-то символы, но совершенно незнакомые. Чуть дальше стоят еще четыре кровати, но все они пусты.
Непонятно, откуда идет поток воздуха — в прозрачной стене нет отверстий. Ри подняла взгляд и нашла источник ветра — висящий под потолком длинный узкий предмет. Куда она вообще попала?
Девушка пошевелила руками в веревочках и попыталась встать. Ящики издали длинный мелодичный сигнал. Почти сразу же в дальней стене возникло отверстие, и в помещение вошел человек. Не совсем похож на людей их мира, но уж точно не фирхаши. Явно значительно выше нее, глаза миндалевидные, волосы короткие и темные, ну и — само собой — никаких крыльев.
Мужчина стремительно подошел к ней и требовательно что-то произнес. Ри не сразу поняла его. Фирхаши умели понимать любой язык любого мира, как и говорить на нем, но на настройку требовалось время. Поэтому мужчина сначала повторил свои слова, а потом просто решительно уложил ее обратно на кровать.
— Вы не понимаете меня? Ваши соплеменники понимают, — наконец разобрала девушка.
— Теперь понимаю, — прищурилась Ри. Голос вернулся, такой же звонкий, как и был. — Вы кто? Где я?
— Я врач. Меня зовут Кирилл. Находитесь вы в больнице.
— Врач? Больница? — недоуменно переспросила она.
— Здесь лечат больных, — пояснил мужчина. — Я уже понял, что в вашем мире нет больниц, и вы имеете лекарские способности. У наших жителей нет таких возможностей. Поэтому они приходят к врачам.
— В вашем мире, — медленно повторила Ри. — И как же я здесь очутилась?
— Мы пока не знаем точно, что произошло, но уже пару дней наблюдаются искажения пространства и огромное количество дыр-порталов. Видимо, вас затянуло в такую же. Вы фирхаши, верно?
Ри кивнула.
— Здесь есть другие?
— Трое.
— Пустите меня к ним! — потребовала девушка.
— Пока вам не стоит активно двигаться. Я попрошу их зайти.
— Зачем вы меня связали?
Кирилл улыбнулся. От его глаз сеткой разбежались морщинки, похожие на лучи солнца, а на щеках появились задорные ямочки.
— Эти аппараты следят за вашим состоянием. Им нужен контакт с вашей кожей, поэтому без проводов не обойтись.
Объясняя, врач показывал на предметы, про которые говорил. Ри пожала плечами.
— Я хорошо себя чувствую.
— Да, вам лучше, я вижу.
— Отпустите меня домой.
Улыбка исчезла с его лица, и Кирилл покачал головой.
— Пока наши исследователи не понимают, каким путем проходит переброс между мирами.
— Я не смогу вернуться?
Кажется, его удивило отсутствие чувств в ее голосе.
— Пока нет.
— Когда вы меня отпустите?
— Сначала вам нужно полностью прийти в себя. И разве вам есть куда идти?
— Разберусь, — бросила Ри.
Кирилл задумчиво оглядел ее.
— Другие фирхаши согласились принять нашу помощь.
— Мне не нужна помощь от людей, — отрезала девушка.
— Чем же не угодили вам люди? — нахмурился врач.
— Если я правильно понимаю, что случилось, то люди уничтожили наш мир.
* * *
Других фирхаши к ней так и не пустили, хотя уже прошла ночь и наступило утро. Наверное, утро. Если здесь сутки имеют такие же части. Кирилл больше не приходил, а еду приносили странные серебристые существа. Ри поняла только то, что они не живые, хотя могли общаться и даже демонстрировать чувства. Но девушка не ощущала от них живой энергетики. Утром один из них отсоединил веревочки — провода, так назвал их Кирилл.
Ри с удовольствием потянулась и подошла к прозрачной стене. От увиденного у нее невольно развернулись и затрепетали крылья.
Она стояла на головокружительной высоте. Казалось, что до тяжелых голубоватых облаков можно было легко дотянуться рукой. Девушка прижалась к стеклу и опустила взгляд. Где-то далеко внизу волновалось почему-то зеленое море. Сбоку возвышались еще две подобные башни и судя по тому, что их вершины терялись где-то в облаках, ее помещение находилось как минимум всего лишь в середине. Если, конечно, ее башня такая же. Они до лун, что ли, дома строят?
Вдруг захотелось сделать шаг вперед и почувствовать под крыльями потоки воздуха. Но, во-первых, стена была цельная, а во-вторых, неизвестно, как поведут себя ее крылья в чужом мире. Может, здесь вообще невозможно летать? Хотя стоит ли жить, если она осталась совсем одна, да еще и угодила к тем, кто убил ее родных? По крайней мере, этот Кирилл очень похож внешне на Экспериментаторов.
Ри запоздало удивилась своему спокойствию. Раздирающая сердце боль, которая охватила ее с момента получения страшной информации от соседки, куда-то пропала. Скорее всего, люди оказывают на нее какое-то воздействие. Зачем они вообще спасли ее? Оставили бы умирать, тогда она уже встретилась бы со своей семьей. Какое людям может быть дело до фирхаши⁈
И ведь она точно знает, что произошло в ее мире. Откуда? Когда ее затягивали таинственные зеркала, она ничего подобного даже не подозревала. А сейчас в подробностях может рассказать об артефакте Экспериментаторов, взрыв которого разрушил их уютный безопасный мир.
Девушка закрыла глаза. Ей даже нечего предложить энергиям мечты. Вернуться домой? У нее больше нет дома. Возвратить к жизни ее семью и других фирхаши невозможно, на это магия мечтаний никогда не срабатывала. Отмотать время назад? Всей энергии их мира не хватит на это действие.
— У тебя и не получится исполнить мечту, — услышала она и оглянулась.
Сзади стояли трое фирхаши. Мужчина, женщина и девочка-подросток. Ри помнила их лица, но не знала имен. Все-таки Кирилл не забыл о своем обещании, как она думала.
— Мы лишились нашей магии.
— Все, что у нас осталось — это умение летать.
— И нам нет дороги домой. По крайней мере, пока.
Ри молчала. Четыре осколка родного мира, затерянные неизвестно где…
— Этот мир находится впереди нашего по линии времени. Люди ищут возможность отправить нас назад, но пока безуспешно.
— Зачем им что-то делать ради нас? — равнодушно поинтересовалась Ри.
— Их родичей тоже затянуло в эти порталы. Возможно, они находятся в нашем мире.
— Тогда, может, и найдут дорогу, — девушка снова отвернулась к прозрачной стене. — Только есть ли разница, где нам дальше находиться?
— Ты не хочешь домой? — удивилась женщина.
— Наверное, люди повлияли на меня магией, потому что сейчас мне все равно.
— У них нет магии.
— Значит, своими штуковинами, — Ри кивнула на стоящие рядом с кроватями аппараты. — Я потеряла всю семью, но ничего не чувствую. Разве это нормально?
— Иногда боль доходит до сознания не сразу, — тихо заметил мужчина.
— Может, и так, — вздохнула Ри, а девочка вдруг подошла к ней и крепко обняла.
— Мы возьмем тебя к себе, — прошептала она Ри. — Мои родители не будут против. Мы же фирхаши, мы — одна семья.
— А
