оторвал Алорэ от нашептывания зверям инструкций, как и куда следует возвращаться. Пожалуй, он единственный подумал, что лошади останутся в одиночестве; Эйэ и вовсе называл их расходным материалом.
– Дело не в этом. Таэль прав.
– Ого! – призыватель присвистнул. С перевертышем их точки зрения резко отличались, и на одной стороне шпион с Рэ оказывались очень и очень редко. Если оказывались вовсе.
– О чем ты? – устало выдохнул главарь отряда, – Рэ, я не уверен, что ты осознаешь ситуацию в полной мере.
– Я все осознаю, – каждый раз, когда женщина сердилась, ее лицо немного менялось, порой это чувствовалось, но чаще, как в этот раз, нет. А может, в этот раз ее звериное нутро виднелось только в глазах?
Саму себя Рэйара в такие моменты не видела, зато ее братья, перебивая друг друга, рассказывали, что начиная с Приустья в моменты сильных эмоций, и уже не только по ночам, буквально на мгновения лицо полукровки покрывалось шерстью, нос чуть удлинялся, уши вытягивались и заострялись. Поначалу свэты думали, что им только кажется, но со временем стало понятно – Рэ и правда, теряя самообладание, переживает внешние изменения.
– Тебе надо научиться себя полностью контролировать, – раздраженно произнес Эйэ, – Так ты выдашь себя в городе с потрохами в первый же день, если тебя кто-то толкнет или обзовет. Сменишь облик и тогда мы не сможем тебе помочь. Ты помнишь историю про зверолюдов?
– Помню. Я стараюсь, но не всегда выходит.
– Уже намного лучше получается! – незамедлительно поддержал полукровку Наэм, – Только немного шерсти и нос почернел, зато никаких меняющихся зубов и ушей. Скоро совсем научишься держать себя в руках.
– В чем прав Таэль? – вернулся к теме разговора Эйэ, – Не думал, что ты произнесешь когда-нибудь эти слова в одном предложении.
– Я тоже. Таэль говорил, что нам надо сначала разобраться в себе и объясниться. Мы так и не поговорили о том, что случилось в Приустье и с тех пор отдаляемся друг от друга. Так нельзя. Мы плохо будем работать вместе, если совсем перестанем разговаривать и продолжим сердиться. Как мы выясним что-то? Как мы сможем поддерживать друг друга, искать Орден Посоха и сражаться с врагами, если мы вот такие?
– Какие такие? Нервные? Это пройдем, Рэ, когда мы достигнем цели и у нас появится время, чтобы хорошенько передохнуть. Кристаллы забирают у меня силы, я не хочу растягивать удовольствие. Идем. Обсудим проблемы уже во Вратах.
– Нет, – Рэйара упрямо помотала головой еще раз и топнула для убедительности, – Я уже слышала про потом и больше не верю. Как дети мы, только дуемся и ждем пока кто-то нас помирит.
Заклинатель тихо выругался и, оставив свои важные камни на площадке, двинулся в сторону сестры. Перевертыш догадалась, что именно он хочет сделать, и до того, как свэт попытался схватить ее за руку, поспешно плюхнулась на пятую точку. С этим она, конечно, погорячилась, все-таки под слоем травы оказался не мягкий песочек и даже не просто земля, а что-то еще более твердое и, судя по всему, каменистое. Рэ сдавленно пискнула. Подобные ушибы у полукровки зарастали в считанные минуты, но вот воспоминания оставались надолго. Впрочем, в данный момент дело того стоило.
Рука предводителя поймала только воздух. Мужчина недобро смотрел на капризную сестру и совершил две попытки оторвать ее от земли. Тщетно. Свэты никогда не обладали хорошей физической силой, Жуж тренировался и подпитывался отварами и ягодами, называющимися у дкадиарцев дзервенками, а вот Эйэ ничего тяжелее книг не поднимал уже довольно давно. Фехтовальщик из него был хороший, стрелок средненький, если не сказать хуже, а транспортировщик и подъемщик перевертышей – совершенно никакой. Учитывая, что весила полукровка не в своих чистокровных родителей, а скорее в представителей стаи, шансов вожак не имел.
Рэ не мешала себя поймать, не противилась, когда ее тянули, но не поддавалась на уговоры и упорно продолжала восседать на траве и колючих камнях. Сравнения с ребенком и глупыми глиэмезами также не сработали. В качестве ответной поддержки полукровки, а может, чтобы позлить предводителя или высказать свою точку зрения и попротестовать, Таэль уселся напротив Рэ, широко и приветливо улыбаясь. Такое отношение призывателя к себе Рэйара видела если не впервые, то уж точно совсем нечасто. К слову, мужчина оказался умнее и сначала положил сложенный в несколько раз запасной теплый плащ.
– И ты туда же? Ладно, от Таэля я подобных фокусов ожидал, но от тебя, Рэ… – Эйэ нахмурился. Когда он сводил брови и смотрел так, как сейчас, исподлобья, перевертышу вожак начинал казаться еще привлекательнее. Она почувствовала, как губы растягиваются в глуповатую улыбочку. Вовремя спохватиться не удалось, Нэ заметил, как изменилось выражение лица сестры и его это совсем не порадовало.
– Не нравится, что твоя любимая сестричка поддерживает меня, а не послушно и слепо следует за тобой? Бывает же такое! – ехидно заметил Таэль, и полукровка тут же пожалела, что стала выступать на одной стороне с призывателем. Стоило только начать верить в его благие намерения и то, что он не так плох, как может показаться на первый взгляд, как мужчина тут же доказывал обратное.
Возмутиться и рыкнуть на вредного союзника Рэйаре помешал Алорэ. Лекарь подошел к компании и, поспешно наколдовав большую подушку из
