её мысли. Он не только свободно двигался под давлением, от которого она сама не могла подняться. Он сражался. Уклонялся. И даже атаковал… Анализировал слабые места противника. И… Победил…
Думая об этом, девушка снова медленно прищурилась. И её внимательный взгляд снова остановился на стройной фигуре юноши. На его спокойных движениях. На том, как естественно он чувствовал себя среди этих древних руин. Неужели его сила действительно настолько необычна? Настолько чужда привычным законам культивации? Если его энергия на природном уровне способна игнорировать или подавлять подобное духовное давление… Если он видит скрытые печати и пространственные ловушки… Если он способен точечными ударами разрушать древние артефакты, вроде подобного стража… Тогда этот парень представлял из себя не просто талантливого ученика. Он был чем-то гораздо большим.
В её сознании тут же, хотя и невольно, возникла пугающая мысль. Такой человек был способен стать смертельной угрозой даже для тех, кто превосходит его на многие уровни. Не на одну или две звезды. А на целые ступени развития. Ведь большинство могущественных культиваторов привыкли смотреть на молодых учеников как на безобидных детей. Недооценивать их. Не воспринимать всерьёз.
И именно это делало Мин-сока особенно опасным. Его внешность. Возраст. Спокойные манеры. Всё это усыпляло бдительность. А затем следовал один точный удар. И противник погибал, так и не успев понять, что произошло.
От одной только этой мысли по спине девушки пробежал весьма неприятный холодок. Но одновременно в её душе вспыхнул новый, куда более прагматичный интерес. Такой человек точно нужен её семье. Не просто как талантливый ученик. Не просто как союзник. А как настоящий козырь, способный изменить баланс сил. Идеальный разведчик… Идеальный охотник… Идеальный… убийца для противников, которые считали себя недосягаемыми. Даже для культиваторов уровня Святого.
Она невольно сжала пальцы. Но почти сразу заставила себя расслабиться. Нет. Нельзя думать о нём как об инструменте. Хотя бы не сейчас. Этот путь уже однажды едва не привёл её к ошибке.
Она снова посмотрела на Мин-сока. На того самого юношу, который в этот момент спокойно вытряхивал из старого пространственного мешочка несколько тускло мерцающих камней духа и внимательно рассматривал найденную внутри нефритовую табличку. И впервые за долгое время внучка Великого старейшины Линь честно призналась самой себе в том, что она не понимала главного… Кто именно сейчас идёт рядом с ней. И именно это незнание одновременно пугало её… и притягивало всё сильнее…
………
Максим не спешил отходить от разрушенного постамента. Пока остальные приходили в себя после пережитого ужаса, он медленно, шаг за шагом обходил древний обелиск по кругу, внимательно всматриваясь в каждую линию, в каждую трещину, в каждый едва заметный узор на поверхности камня. Со стороны всё это выглядело так, будто паренёк просто изучает старую каменную кладку. Но на самом деле его внимательный взгляд проникал гораздо глубже. Туда, куда не могли заглянуть обычные глаза. Ведь сейчас перед его внутренним зрением всё окружающее пространство было пронизано тончайшими фиолетовыми нитями энергии, что были сплетены в весьма необычную и достаточно сложную паутину. Одни нити были тонкими и едва заметными. Другие — толстыми, словно канаты. Третьи пульсировали, как кровеносные сосуды. И именно благодаря этому зрению он смог понять истинное назначение этого места.
Постамент не был просто подставкой для статуи. Он являлся сердцем огромной питающей системы. Своеобразной энергетической станцией. Древним механизмом, который поддерживал этого самого каменного стража-голема в рабочем состоянии, возможно, на протяжении тысячелетий.
Да. Если смотреть обычным зрением, то постамент представлял собой массивную каменную платформу. По её поверхности шли многочисленные борозды. Руны. Канавки. Казалось, будто это просто декоративная резьба. Но для Максима это была идеально продуманная энергетическая схема. Каждая линия выполняла свою собственную функцию. Одни собирали энергию. Другие фильтровали её. Третьи направляли в центральный накопитель. Четвёртые поддерживали в рабочем состоянии управляющий контур голема.
Под каменной поверхностью постамента располагался сложнейший массив энергетических связей. Он напоминал корневую систему гигантского дерева. От центра расходились сотни энергетических каналов. Они уходили под землю, соединялись с окружающими колоннами, со статуей и даже с самой площадкой.
Но самым интересным было не это. Максим заметил, что печать была настроена не только на сбор энергии окружающего мира. Она использовала жизненную силу погибших в этом месте существ. И особенно охотно поглощала энергию Инь, выделяющуюся в момент смерти таких несчастных.
Именно поэтому вокруг постамента лежало так много иссушенных останков. Кости были почти белыми. Лёгкими. Сухими. Словно из этих тел вытянули не только кровь и плоть, но и саму жизненную сущность. Система работала предельно рационально. Когда раненый человек, или даже какое-то существо, проливали кровь на поверхность этой площадки, она тут же попадала в микроскопические борозды. Эти борозды были настолько тонкими, что обычный человек даже не заметил бы их. Но кровь мгновенно впитывалась в структуру печати.
После этого активировался внутренний контур. Кровь выступала своеобразным ключом. Она несла в себе жизненную силу, волю, остатки души. Тут же активирующаяся печать отделяла эту энергию от материальной оболочки и направляла в накопитель под обелиском.
Особенно эффективно это происходило, если жертва уже была серьёзно ранена. Тогда жизненная энергия теряла устойчивость, и её было гораздо проще вытянуть. Если же существо погибало прямо на печати, то весь этот процесс становился ещё более эффективным. Так как практически вся энергия переходила в систему. И именно поэтому останки вокруг выглядели настолько опустошёнными.
Однако на полностью здоровых существ печать почти не воздействовала. Их жизненная сила оставалась слишком стабильной. Слишком прочно связанной с телом. И чтобы начать вытягивание, системе требовался триггер. Кровь… Рана… Нарушение целостности тела…
Задумавшись, Максим задумчиво провёл пальцами по одной из линий, и тихо усмехнулся.
— Умно… — пробормотал он. — Очень умно.
Постамент медленно накапливал энергию столетиями. Часть поступала из окружающей среды. Часть — из погибших. Часть — из силы Инь, естественным образом скапливавшейся в этом мире. А затем всё это концентрировалось в ядре, скрытом глубоко под центральным обелиском.
Когда кто-то приближался к статуе, система пробуждала голема. И начинала непрерывно подпитывать его. Восстанавливая повреждения. Поддерживая защитные барьеры. Усиливая удары. И если бы голем оставался на постаменте, то его можно было бы считать почти неуязвимым. Пока накопитель содержал энергию, страж мог восстанавливаться снова и снова.
Но Максим увидел слабость. Даже две. Первая находилась в основании этакого «позвоночника» этой древней статуи. Там сходились несколько ключевых каналов, обеспечивавших связь между накопителем и телом голема. Место, которое условно можно было назвать «копчиком». Парень практически сразу понял, что если ему удастся разрушить
