Коридор закончился, и Шог вошёл в полутёмное помещение. Справа от входа, склонившись над столом, стоял Хозяин Золин – длинный, удивительно спокойный и уравновешенный человек. Стол был для него низковат, тонкая ткань мантии обтягивала его смешно торчащие лопатки – в комнате было довольно жарко.
– Жалко, что с Селорном так получилось, да и с Камнем тоже, – сказал Шог, поднося ящик к столу и, не найдя достаточно свободного места, брякнул тяжёлую коробку на пол. И чего вы церемонитесь с этой кошкой?
– Да, с Камнем плохо получилось… а что до Селорна, – усмехнулся человек, – то он мне никогда не нравился – ничего толком так и не сделал. Кто же знал, что предательство своей богини может превратить его в такое жалкое существо?
– А зачем ты её отпустил? – задал Шог вопрос, который интересовал его уже много дней подряд. – Неужели не мог поймать?
– Три раза уже мог, – снова усмехнулся Хозяин, всё также не поворачивая головы, – да только это бесполезное дело – схватишь её, а она ускользнёт в смерть.
– А если её оглушить? – простодушно осведомился Шог, переминаясь с лапы на лапу. – Или отравить?
– Ничего не выйдет, – уверенно заявил Хозяин, беря со стола полотенце и вытирая заляпанные чем-то белым руки. – Она погибнет. Это в ней заложено, хотя она вряд ли сама об этом знает. Но мы потратили много времени, изучая их – очень много. И узнали достаточно. Для того чтобы пленить её, нам и потребовалось всё это, – отозвался Хозяин, обводя широким жестом комнату. Взгляд Шога скользнул по сложному оборудованию, по длинным полкам и занавесям, скрывающим проходы в соседние помещения, по пустым канделябрам, по инструментам, бутылям и многому другому, прячущемуся во мраке у стен.
Между ними мелькали тени, то ли мечущиеся в страхе, то ли кружащие в каком-то танце со сложным, ломаным рисунком. Чернильными пятнами перетекали они с места на место по потолку, прямо над головой Шога. Это ему почему-то особенно не понравилось, он с недовольным видом покосился на тени и подошёл поближе к высокому канделябру, пламя свечей которого отбрасывало на потолок круг света, куда не могла прорваться ни одна тень. Немного успокоившись, он проследил за взглядом Хозяина и увидел полупрозрачную стеклянную конструкцию. Внутри этого мутного, неровного стеклянного мешка, похожего на творение рук пьяного стеклодува, клубился серый туман. Он перетекал от стенки к стенке. Он был живым – в таких вещах Шог разбирался хорошо.
– Призрак готов, мы с Шилором постарались на славу – великолепное сочетание, а ведь вскоре он… она станет ещё совершеннее, – любовно произнёс Золин, дотрагиваясь рукой до стекла. Туман потёк к нему, стал собираться, концентрироваться у того места, где пальцы Хозяина коснулись мутной поверхности. На мгновение призрачная тварь, заключённая в стеклянную клетку, обрела чёткие очертания: большая серая кошка ласково прильнула к стенке клетки и тут же вновь распалась на мельчайшие капли тумана, стоило Золину убрать руку. Шог стоял остолбенев, его словно приморозило к полу леденящим взглядом созданной Хозяином твари – голодным, злым и полным боли. Ластясь к Золину, призрак смотрел на Шога. Страшно смотрел.
– А другая серая кошка, – продолжал как ни в чём не бывало Хозяин, отворачиваясь от клетки, – превратилась в очаровательную пепельноволосую алайку, в чудесный сосуд для нашей небывалой смеси… – он бросил взгляд на ширму, где в последний раз Шог видел бесчувственную Нелу, привезённую из Бездны.
– Время пришло, – тихо и торжественно проговорил Золин, – отправляйся к наместнику д'ал, передай ему, чтобы начинал готовить храм к церемонии. Скажи ему, – Хозяин хихикнул, – скажи, что Богиня грядёт…
* * *
– Впрочем, этого и следовало ожидать, – глубокомысленно заявил Анар, открывая глаза после нескольких секунд благостного неведения относительно того, куда их выбросил портал. Выпав из него, Анар не рассчитал, свалился с ведущей к нему лестницы и пребольно ударился головой. Сначала ему показалось, что он вернулся в первые, самые лучшие дни их путешествия по руалским подземельям. Но разомкнув веки и увидев, обо что он шарахнулся, застонал и закрыл их снова. Над его головой, занимая своей каменной громадой почти всё поле зрения, на фоне ярких чужих звёзд высилась статуя Аласаис. Истинно-руалская здоровенная грозная баба…
– Что, лучше бы не открывал? – ехидно осведомилась Аниаллу. Она сидела скрестив ноги на постаменте между гигантскими ступнями Аласаис. С лестницы она, естественно, не упала и посему уже успела в полной мере насладиться пейзажем – квадратным унылым двором какого-то строения, окружённом галереей, опирающейся на такие же квадратные массивные колонны.
– Лучше бы, – прошипел Анар, поднимаясь и потирая ушибленное место. Сев и с кислым видом оглядев окрестности, он откинулся на постамент: – Хотя, чего мы ждали? Ведь Оно могло перекрыть не только ворота, но и коридор, ведущий к порталу… да и куда он мог вести? Через что могли наши норные кошки покинуть своё подземное логово?
– Странно, что нас не встречают, – пробормотала Аниаллу, зябко поёжившись под ледяными взорами звёзд. – Что делать будем? – вопрошающе посмотрела она на Анара, но если он и знал ответ на этот вопрос, то ей не дано было его услышать. Внезапно, растекшийся по постаменту алай резко вскочил на ноги и уже на четырёх лапах рванул к дальней стене здания.
Подлетев к ней, он вспрыгнул на галерею и помчался по ней. Недоумевающая Аниаллу, наблюдавшая всю эту картину, только сейчас сумела разглядеть небольшое пятнышко тепла, парящее в воздухе, за которым и гнался Анар.
Золотой кот всё ближе… и вот на повороте галереи он настиг свою жертву. Зажав её в зубах, он быстро огляделся по сторонам и спрыгнул вниз. Горделивой походкой алай подошёл к Алу и бросил к её ногам добычу – крылатое существо, отливающее изумрудным блеском. Положил и молча смотрел на неё.
– Ты мне это брось, – с трудом сдерживая смех, заявила девушка, – то, что ты в птички заделался – это я ещё могу понять, наследственность штука серьёзная, но строить из себя верного пса, принесшего добычу хозяйке – это уж слишком! Ан… ты что делаешь?! – уже с неподдельным возмущением воскликнула Алу, но Анар и не думал слушать её наставления. С самым невинным видом он уплетал добычу, рыча от удовольствия.
– Присоединяйся! Это вкусно, – прозвучал в голове Аниаллу его голос. Алай приглашающе шлёпнул по её сапогу лапой, не отрываясь от пиршества.
– Да что ж это ты делаешь? – снова вскричала девушка. – Оно же разумное!
– Угу, – хмыкнул Анар, – а я голодное! Ты точно не будешь?
Аниаллу не ответила и отвернулась, несмотря на то что с удовольствием отведала бы свежепойманного мясца. Она озиралась по сторонам, вслушиваясь в звуки ночи, но кроме хруста и чмоканья, производимого невоспитанным хищником, ничего не слышала. Наконец и этот шум стих, и рядом с девушкой вырос силуэт Анара, принявшего двуногий облик.
– Оно было не совсем разумное, – извиняющимся тоном заговорил он со спиной Аниаллу, – не умнее собаки, но способно донести хозяевам о нашем визите.
– Какая гадость – есть собаку! – фыркнула девушка, глядя на сытого, довольно облизывающегося алая. – Мы же всё-таки не тагарцы какие-нибудь! Ну ладно, хватит смеяться, – уже серьёзно продолжила она, – надо решать, что делать дальше.
– На галереях пусто, – доложил Анар, – внутрь дома ведут какие-то проёмы, но в них темно и тихо, как и здесь.
– Тогда стоит пойти туда: спрятаться в здании будет заведомо легче, чем здесь, – предложила Аниаллу, – тем более, у портала нас и будут искать. Когда наконец спохватятся… – добавила она. Девушке, впрочем, как и Анару, казалось очень подозрительным и странным, что их не схватили на выходе из портала. Но раздумывать было некогда, да и дельных мыслей в головы алаям не приходило, а вот уходить с открытого места, залитого ярким сиянием ночных светил, было нужно.
