напугав Ганна резким выпадом в его сторону.
– Ганн, в первую очередь нужно подготовить огнестрельное оружие и кевларовую броню, – начала перечислять Анна, – а так же во что бы то ни стало нужен двигатель. Было бы очень эффектно прилететь в Цитадель на дирижабле.
Демьен незримо находился все это время рядом, наблюдая за Анной и ее слугами. Его восхищение сменялось одно за другим, а в голове родилась куча идей, как и что можно усовершенствовать и адаптировать для этого мира.
– Не сомневаюсь, Аннет, – согласился Ганн, – но у нас нет ископаемого топлива, этой нефти, причем совсем, нужно искать альтернативные способы.
Они подошли к первому цеху, где создавалось огнестрельное оружие, старший цеха продемонстрировал автомат Калашникова, с восхищением выпустив весь магазин в деревянную мишень. Все находившиеся заворожённо глядели, как за секунды под пламенные удары разлетается цельное дерево. Отложив оружие на полку, старший хотел показать ещё что-то, но, спустя секунду, автомат плавно подлетел в воздухе.
– Эффектно прилететь в Цитадель не получится, Цитадель уничтожает любую угрозу, как с земли, так и с воздуха,– Раздался голос из пустоты. Все насторожились: Ганн занял боевую стойку, Ада в секунду обернулась в зверя.
Демьен вышел из маскировки.
– Успокойтесь, я с вами не буду сражаться, – уверил их Демьен, – лучше расскажите, откуда эти вещи? Я такого никогда не видел, а повидал я многое на этом свете, – не успел он закончить, как Ада обрушилась на него с ужасным ревом, она подскочила к нему и вонзила когти прямо в живот, поднимая над собой. Мелькнуло ядовито зелёное свечение, и Ада упала, как каменная статуя, она была парализована.
– Я же сказал, что не желаю вреда, – повторил парень, – расслабьтесь, а за нее не беспокойтесь, оклемается через часок другой.
– Ты кто такой, и что тут забыл?– спросила Анна.
– Я странник из Цитадели, – начал рассказывать Демьен, – меня прислали уничтожить безумного зверя, но, по всей видимости, безумного уже в ней нет. А вот эти изобретения действительно стоят внимания.
– Я Анна, это Ганн – мой помощник, а та, что рухнула, как статуя – Ада. Все, что ты видишь, я даровала этому миру, так сказать, – с усмешкой произнесла Анна.
– Как это понимать, даровала?
– Я готовлю эти технологии, чтобы привлечь к сотрудничеству Цитадель, так что твое появление очень кстати. И это просто игрушки по сравнению с тем, чего мы можем добиться общими усилиями.
– Хотелось бы выслушать вас в деталях, – сказал Демьен.
– Детали будут, но в Цитадели. Ты же младшее звено, а мой доклад для старших, – уколола взглядом Анна. Но Демьена это не сильно задело, его взгляд жадно осматривал все вокруг, он находился совершенно в другом мире.
– Продолжим экскурсию, а в конце поговорим.
– Тогда пошли, Ганн, будь любезен, отнеси Аду в комнату, пусть отдохнет.
– Как скажите, Аннет.
– Только будь ласков с ней, она же девушка.
– Не могу обещать этого, Аннет,– с улыбкой произнес он.
– Тогда я не могу обещать, что она с тобой ничего не сделает, – со смехом произнесла она.
– Она парализована, – пояснил Демьен, – но прекрасно вас слышит, и по стуку сердца могу сказать, что она в ярости. Позвольте, я отнесу её, а потом продолжим.
– Я не против, будем считать это твоими извинениями.
Демьена проводили до спальни Ады, где тот аккуратно положил ее на кровать, он уже давно считал себя эмоционально отрешенным от всех живущих, но с ней он чувствовал себя иначе, он чувствовал себя живым. Но почему? Этого он понять не мог. Кто она? Если способна на такие вещи, или же это все в его голове?
Он спускался обратно не спеша, погруженный в эти раздумья, как его окликнул голос Анны.
– Время для финальной части презентации.
– Ах да, идем, – с задумчивой нерешительностью произнес он.
Группа героев вместе с рабочими в сопровождении старшего по цеху вошли в помещение. Было темно и ничего не видно.
– Зажигайте, – попросила Анна.
Как тут же вся комната залилась в дневном свете. Демьен подумал, что это довольно просто: открыли окна и впустили дневной свет, но, оглядев комнату, которая была совершенно пуста. Понял, что свет исходит ровно из середины потолка от маленького шарообразного светила.
– Это магия? Причем не самая эффективная, могу заметить.
– Отчего же?
– На создание и поддержание этого светила тратится много магической энергии, а взамен всего лишь освещается комната.
Анна посмотрела на старшего инженера, который залился радостной гримасой, услышав странника.
– Расскажи ему, – обратилась к инженеру Анна.
– Слушаюсь, госпожа. Это не магическое творение, господин Странник, это чистая наука. Электрическая энергия собирается на тоненькой проволоке, накапливает ее докрасна в той круглой колбе и освещает помещение.
– Что за чушь, она не выдержит такой температуры и расплавится за доли секунды! – возмутился странник.
– Вы правы, господин странник, – согласился с огнём в глазах с ним инженер, – но, если создать в колбе вакуум, то гореть она не сможет, и ей останется только светить.
– Вакуум? Никогда не слышал о таком явлении, – нахмурился Демьен.
– Горение происходит, как вы знаете, при контакте огня с кислородом. Ваакум – это состояние, в котором нет кислорода.
– Я хочу осветить таким путем весь город, – дополнила Анна, – там, откуда я родом, давно этим пользуются.
– Приручить молнии, это интересно, весьма интересно, – заинтересовался Демьен. – А что потом?
– А когда мы отправимся в Цитадель?
– Я ещё не сказал своего решения.
– Твои глаза его говорят, и так же будут гореть глаза главы цитадели, – радостно заявила Анна.
– Вы правы на мой счёт, но мудрейшего удивить будет немного сложнее, ещё сложнее убедить.
– Лучшее я принесла на последок.
Анна предложила отправиться с помощью пространственной магии, но Демьен рассказал, что Цитадель окружена векторами отклонения, и эта магия там не работает, и напротив может отправить в гибельные места. По этой причине Анна собрала укреплённую колонну, и новоиспеченную стражу, вооруженную по последнему слову техники. Сборы прошли быстро, и колонна из четырёх основных колесниц отправилась в путь.
– Как хорошо, что мы снабдили амортизацией колесницы, ехать стало одно удовольствие!
– Я так понимаю, это те пружины под колесами?– спросил Демьен.
– Глаз у вас наметан, ничего не скажешь, великий учёный, – сказал Ганн.
Демьену не нравилась лесть, и ему не нравится Ганн, в нем что-то не так, он знал, что под маской порядочности кроется та ещё скотина. Он не мешал ему, и убивать его не было необходимости, но чувство тревоги не покидало Демьена всю дорогу.
– Почему с нами не едет Ада? – вдруг вспомнил о ней парень.
– Она не любит тесных помещений, и
