Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 116
– Ну, как знаете.
И, не тратя лишних слов, Диймар запрыгнул на шею Резаку. Тот снялся с места не так быстро, как в прошлый раз, с удивлением оглядываясь на своих новых друзей, не захотевших лететь на нем.
– И что теперь? – спросила Карина.
– Теперь пошлепали на выход, – отозвался Митька. – Мерзко тут.
Но обернуться волками и пробежаться по горам не удалось. На границе омертвения их ждали. Ангелия только холодно кивнула внуку. Зато Эррен налетела на Карину, едва не сбила с ног.
– Что ты, мрак побери, делаешь? – заорала она, вцепляясь племяннице в плечи и тряся ее, как грушу. – Карина, у тебя голова есть? Куда тебя понесло?
– Я… Мы… – Ох, черт, времени прошло чуть больше часа, что ж теткам в кафе не сиделось-то? – Эррен, мы думали, вы часа два проболтаете, а мы туда-обратно быстренько…
И тетка в сердцах отвесила ей оплеуху.
– Два часа? Ты что, думала, что мы за два часа о вас не вспомним ни разу? Да будь вы даже чужими детьми, мы бы и то за вас, дубин, беспокоились. А вы наши! Да мы практически следом за этим белым бандитом летели. Ну, погоди, заср… пакость ты мелкая! Я придумаю, как тебя наказать.
– Можешь меня на бал не пускать. – Шестым чувством подростка Карина ощутила, что гроза миновала.
Тетушка усмехнулась.
– А ежа голым задом попугать не надо, нет? – ехидно осведомилась она. – Думаешь от уроков танцев увильнуть? Не выйдет. Я что-нибудь посерьезнее придумаю. За мной шагом марш! Городскую стражу на ноги поставили из-за вас.
Карина потащилась за теткой, старательно изображая раскаяние и, вопреки здравому смыслу, чувствуя, как внутри разливается тепло. Да, Эррен отвесила ей по башке, и пребольно. Но она беспокоилась о племяннице, думала о ней. Да фиг с ней, пусть наказывает сколько угодно.
Три дня спустя после приключений в омертвении Эррен перевезла Карину в свои комнаты в Академии четырехмерников. Всего пара длинных коридоров отделяла их от здания ратуши и большого зала. Который, кстати, сейчас вовсю украшали ко Дню пилигримовых яблок. От мысли о бале и толпе веселящихся школьников хотелось тихо удавиться, но возражений тетка не принимала.
Зато Ангелия и Митька остались на праздник и разместились в гостинице. Ребята успели обсудить все (или почти все!), что с ними произошло за три недели разлуки.
Сама не зная почему, Карина переживала из-за того, что за все это время так ни разу и не увидела Диймара Шепота. Ужасно хотелось напрямую спросить: «На кой же черт ты потащил нас в омертвение? Чего хотел добиться? И что ты собирался делать, если бы я оказалась без Митьки?» И послушать, как он будет выворачиваться и отпираться. Противно немного. И совершенно непонятно, зачем ей это надо.
Вообще, все мысли и ощущения, связанные с Диймаром, были странными. А уж о волне эмоций, накрывших ее в омертвении, по-прежнему думать не хотелось.
Но она все же думала, сидя на громоздком гибриде стола и тумбы в комнате, где ее поселила Эррен.
Наверное, она задремала. Во всяком случае, на секунду прикрыла глаза. А когда открыла, на каминных часах было уже почти восемь, до бала оставался несчастный час, а главная фея И-ин носилась по комнате из угла в угол, с пола на потолок и верещала, как ненормальная. Юшка и Ешка забились в какой-то угол. Увидев, что Карина проснулась, фея кинулась к ней, едва не врезалась хозяйке в лоб и уже на человеческом языке обрушила на нее такой бурный монолог, что девочка испугалась – неужели в ратуше Третьего города луны что-то стряслось? Но оказалось, все по-прежнему, ничего серьезнее Дня пилигримовых яблок не произошло, и…
Будь он неладен, бал этот.
– Да не пойду я, – буркнула Карина. – Чего я там забыла?
Но фея, трепеща крылышками, зависла прямо перед Карининым лицом так близко, что при попытке сфокусировать на ней взгляд глаза съехались к переносице. И-ин уперла руки в боки и состроила такую грозную гримасу на своем крошечном личике, что в другой момент Карина бы уже рассмеялась.
– Если тебе повезет с партнером, никто даже не заметит, что ты не умеешь танцевать, – изрекла фея тоном пророчицы.
Вообще-то худо-бедно танцевать Карина уже умела. Услышав про бал, она в отчаянии помчалась на кухню и вцепилась в Великого мастера. Тот поупирался немного, но потом показал девочке несколько шагов и поворотов. Нехитрая, в общем, наука. А еще он связался с Эррен, торчавшей в Академии. И к Карининым ежедневным четырехмерным штудиям с профессором Латонки добавились ежевечерние занятия танцами с мастером Леонером Маровым.
Надо сказать, что за неделю невозможно сделать из бревна танцовщицу. Но из спортивной понятливой девчонки удалось вытесать нечто, что имело шанс не опозориться на балу.
И-ин, правда, с этим была не согласна и подкалывала Карину при каждом удобном случае. Вот как сейчас, например.
– И что прикажешь? – буркнула в ответ девочка. – Я же никого там не знаю. Ну, кроме Митьки и этого урода Диймара. Но я не хочу с ним танцевать, я бы ему лучше по морде врезала.
И-ин снова скорчила гримаску, пробуравила Карину насквозь своими синими глазищами (или глазенками?) и присвистнула:
– Можно и врезать, только другим способом. Ты будешь там самой красивой, веселой, в окружении кавалеров, пусть даже почти незнакомых. Поверь, это средство посильнее, чем какое-то банальное «по морде»…
– Так уж и веселой?
– Да, именно! Осознание того, что ты самая красивая, – уже половина веселья.
– Ну-ну… нашла красавицу…
Она, конечно же, хотела, чтобы это прозвучало безразлично, но фея – на то она и фея! – тут же уловила, что хозяйка дала слабину. И вспышкой молнии метнулась к своей коробке.
– Стой, я не… – Но от увиденного у Карины перехватило дыхание, возражения застряли в горле.
Из сундука на пол выпорхнула… выскользнула… волной плеснула ослепительно-зеленая, яркая и нежная, шелковисто мерцающая ткань. На секунду девочке даже показалось, что в холодноватой комнате с каменными стенами запахло тропиками и цветами.
– Не слышу, чего ты там «не», моя юная госпожа? – ехидненько пропищала И-ин в самое ухо обалдевшей «юной госпоже».
– Я все равно не хочу на бал, – пробурчала Карина, приходя в себя.
– Тогда шелк придется вернуть торговцу, – безапелляционно заявила И-ин. – По контракту мне запрещено поощрять бесполезные траты юной леди. А материал для бального платья, из которого не пошито бальное платье, как раз является бесполезной и бессмысленной тратой.
Вот ведь зараза.
– Оставь его для другого платья, на тот раз, когда я буду в настроении.
– Торговаться – моя забота, а уж никак не юной леди из благородного дома, – ехидно пресекла Каринину попытку фея.
Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 116
