Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 175
в его собственность если не навсегда, то, по крайней мере, до завтра. За дверцей обнаружились пара полешек и крохотный пучок растопки.
– Ты этой дряни в жизни не разожжешь, – буркнул Баррус.
– Терпение. Со временем разожжем, – отвечал Время.
Сталь огнива скрежетнула о кремень, обдав растопку фонтанчиком летучих искр.
– Понимаешь, – доверительно продолжила домовладелица, выбрав в собеседницы девочку, – мы-то на самом деле не знаем о нем ничего, кроме того, что за комнату он платит исправно.
Время легонько подул на растопку.
– Мне он показался человеком вполне порядочным.
К дымоходу змейкой потянулась тоненькая струйка дыма.
У девочки зуб на зуб не попадал: ее плащ насквозь промок от ворота до подола.
– Как очаг разгорится, – сказала она сыну, – одолжи лучинку, растопи и наш.
– Я не дурачок, матушка, – огрызнулся Баррус.
Домовладелица расхохоталась.
– Может, и не дурачок, но притворяешься дурачком отменно! Гляди, парень, без дерзостей мне тут, не то живо всех троих за порог выставлю, ясно? Так вот, милая, я что собиралась сказать: постоялец наш за комнату платит помесячно. Но бывает, мы не видим его месяцами. Появляется только в тот день, когда срок уплаты подходит.
– В ту самую пору, когда многие исчезают с глаз без следа, – с едкой усмешкой заметил Время.
Домовладелица вновь залилась смехом.
– Еще бы, уж мне ли об этом не знать! И все же нет-нет да задумаешься: куда он исчезает, чем занимается?
В кучке растопки замерцал крохотный огонек. Опаленная им, древесина слегка потемнела, однако пламя тут же съежилось и угасло.
– А ужинает он с вами? – спросил Время, подув и помахав ладонью на покрасневшие угольки.
– Да, бывает и так, – понимающе кивнула домовладелица. – Нынче на ужин баранина, как я уже говорила.
– Бьюсь об заклад, она уже подгорела, – проворчал Баррус.
– Не волнуйся, парень, у меня не подгорит. Вот погляжу, не нужно ли вам еще чего-либо, а уж после на кухню спущусь. Не с руки мне лишний-то раз по лестнице сюда лазать.
Действительно: невысокого роста, с годами хозяйка изрядно раздалась вширь.
– Одеял нам побольше нужно, – резко ответил Баррус. – И дров тоже.
– Одеял больше нет. Жестко – плащ на кровать подстелешь, как и мы сами. А если тебе, парень, еще дрова требуются, сам сбегай да принеси – я сюда ни лучинки больше не потащу. Ступай со мной, покажу, где их взять.
Девочка протянула озябшие ладони к крохотному огоньку, разгоравшемуся в очаге.
– Что скажешь? – спросила она.
– Полагаю, сейчас и полешко займется – то, что поменьше, – отвечал Время. – Хотя растопки, конечно, маловато, это да…
– Я о ее постояльце, Батюшка Время. Ты ведь все знаешь.
Старый мудрец покачал головой.
– Я обо всем узнаю́ рано или поздно, – поправил он девочку, – а знать всего на свете, увы, не могу. Малый, снимающий комнату, пользующийся ею только от случая к случаю? Это богач, человек состоятельный, которому зачем-то нужна еще одна крыша над головой, кроме обычной… а остальное мы, думаю, узнаем за ужином.
Так оно и вышло. За ужином, кроме путников, собрались двое степенных лудильщиков, снимавшие комнату на двоих, невзрачный незнакомец, помогший им подыскать приют, и домовладелец с домовладелицей. Для начала невзрачный исподволь, словно бы невзначай задав лудильщикам два-три вопроса, убедился, что столицы ни тот ни другой со дня их последней встречи не покидали, и принялся расспрашивать Время о его странствиях.
– Мы шли сюда через горы, – ответил Время, взяв из глубокой голубой миски, поданной домовладельцем, пару картофелин. – Мальчик в пути только окреп да возмужал, а вот дочь дорога едва не погубила.
– Погода в горах нынче скверная, – вставил домовладелец.
Супруга смерила его долгим многозначительным взглядом.
– Люди так говорят, – пояснил он. – Сам-то я в жизни там не бывал.
Девочка замерла, не сводя глаз с донца пустой щербатой тарелки перед собой.
– Здесь нам гораздо хуже пришлось, – заверил его Время, протягивая девочке миску с картофелинами, однако девочка лишь отмахнулась, и миской завладел Баррус. – Конечно, холод внизу не таков, как в горах, но под дождем мерзнешь куда сильнее.
Дряхлая старуха в донце тарелки облизнула растрескавшиеся губы; колеблющееся отражение казалось таким же мутным, как и ее остекленевший взгляд.
– Ну да, еще бы, а из-за войны вся жизнь в десять раз хуже кажется…
Глиняный черпачок утопил мутное отражение старухи в жирной бараньей подливе.
– Как горько об этом слышать, – пробормотал невзрачный и продолжил беседу.
Казалось, расспрашивая Время, он изо всех сил стремится разузнать все, что сможет, об обеих воюющих армиях.
– Когда же наконец мир настанет? – со вздохом спросила девочка.
– Когда мы победим! – громогласно объявил домовладелец.
Оба лудильщика, спеша снискать его благосклонность, забарабанили ложками по исцарапанной столешнице.
Невзрачный ничуть не повысил голоса, однако поднявшийся гвалт перекрыл без труда.
– Наш император посулил щедро наградить всякого, кто посоветует, как достичь мира.
– Тогда ваш император – человек недюжинной мудрости, – откликнулся Время.
Тут девочке показалось, что в его голосе слышится нечто новое, будто какое-то тайное знание прибавляет веса этим не совсем ей понятным словам.
– И эта новость особенно приятна для нас, – продолжал Время, – так как мы шли сюда специально затем, чтоб увидеть его.
Услышав это, домовладелица засияла от радости.
– Ну, если вы явились в столицу специально за этим, – сказала она, – вам, надо думать, придется задержаться у нас надолго. Мы сами нечасто его видим. Хотите, уступлю вам те же комнаты на неделю по цене пяти дней?
– Весьма щедрое предложение, – отвечал Время, попробовав на зуб ломоть черного хлеба, прежде чем положить его на тарелку и сдобрить полным черпачком густой серой подливы. – Кажется, ты поминала о чем-то в таком же роде, пока мы растапливали очаг.
– Насчет найма комнат?
– Насчет императора. Будто он не показывается на глаза месяцами.
– Не припомню такого, – удивилась домовладелица.
– Значит, я все перепутал, – вздохнул Время и перевел взгляд с нее на ее постояльца. – Наверное, речь шла о тебе.
– Вполне возможно, – кивнул невзрачный, отодвигая тарелку. – Не стану злоупотреблять временем и терпением всей честной компании, но если ты после ужина поднимешься ко мне, быть может, я смогу посоветовать, как повидать императора поскорее, хотя на публике он появляется не так уж часто.
– Я уже сыт, – сказал Время, сдернув с коленей салфетку и положив ее на стол возле ножа, – и ты, вижу, тоже закончил ужинать.
– Однако твоя несчастная дочь почти ничего не съела.
– Да, это верно, – кивнул Время, – но, думаю, завтра ее аппетит изрядно улучшится.
Домовладелец придержал его за плечо.
– А хлебный пудинг? Хлебный пудинг жены славится на весь город!
Казалось, лудильщики вот-вот разразятся радостным
Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 175
