неслись первые, самые страшные звуки бойни — хруст ломающихся костей, визг металла, режущего плоть, и яростный, нечеловеческий рёв. И среди всего этого Талли медленно выпрямилась во весь рост. Она сделала глубокий, дрожащий вдох. Мелкая дрожь в пальцах начала уступать место странному спокойствию. Сердце всё ещё колотилось, но дыхание выравнивалось.
— Талли, ты справишься. Ты больше не боишься, — проговорила она про себя.
Паника, сжимавшая грудь наконец отступила, уступая место трезвому, почти безэмоциональному рассудку.
«Где искать? Где она может быть в такой час? Не в своей комнате — отец проверил. Не в главных залах — там уже давно лазарет и командный пункт…»
И тогда ответ пришёл сам собой.
— Конечно! Как же я сразу не догадалась…
Девушка сорвалась с места. Лёгкие тут же загорелись от колючего воздуха, захватываемого на бегу. Она мчалась по коридору, и звук её шагов сливался с общим гулом. Несколько раз она едва не врезалась в бегущих навстречу воинов. Те отскакивали в сторону с проклятьями, кто-то хрипло кричал вслед, чтобы убралась с дороги, но она не оборачивалась, захлёстываемая одной мыслью. Она слетела вниз по лестнице, пронеслась через холл, где лучники на ходу натягивали кольчуги. Наконечники стрел, отлитые из тусклого, почти чёрного асмарского металла, поглощающего свет, опасно поблёскивали. На полном ходу она выхватила со стойки кинжал и сжала знакомую рукоять с облегчающей уверенностью.
Выбежав на площадь, она ощутила, как земля под ногами отдаёт чуть слышной, но зловещей вибрацией. Будто где-то внизу бьётся огромное сердце. Она судорожно прочёсывала глазами пространство: статуи, колонны… И вдруг её взгляд зацепился за что-то в глубокой тени у подножия дальней колонны. Сначала мозг отказался верить, но сердце ударило раз, другой, прежде чем с ужасом узнало в этом маленьком, неподвижном силуэте подругу.
— Мелисса!
Она бросилась вперёд, не чувствуя под собой ног, и рухнула на колени рядом. Мелисса лежала на боку, лицо мертвенно-бледное, веки плотно сомкнуты. Дыхание было настолько редким, что почти не улавливалось. Талли схватила её за плечи, с отчаянием вглядываясь в знакомые черты.
— Мелисса! Слышишь меня? — её голос сорвался на высокой, почти истеричной ноте. — Это я, Талли! Проснись! Пожалуйста, открой глаза!
В ответ Мелисса лишь слабо застонала.
Над ними что-то низко загрохотало. Талли подняла взгляд. Небо над крепостью было чёрным. Внутри этой массы вспыхивали багровые прожилки, словно раскалённые трещины в самой реальности. Звери Хаоса шли. Снова. И из этой тьмы, с оглушительным визгом, вырвались гигантские птицы, сотканные из тьмы. Они кружили над городом, их крики резали слух. Одна из них спикировала вниз. Мгновение, и её когти впились в тело мальчишки-подмастерья, бежавшего с охапкой дров. Он даже не успел вскрикнуть. Тварь взмыла вверх с добычей и исчезла в багровой мгле, оставив после себя лишь несколько тёмных капель на снегу.
— Нет! — закричала женщина в окне неподалёку.
Её плач перешёл в пронзительный вопль. Она рухнула на колени, раскинув руки к чёрному небу. По площади покатилась волна паники. Горожане метались в поисках спасения, которого не было. Одни ломились в подземелья, другие бежали к
