— Слушай ее во всем, и, кто знает, может быть сбудутся твои самые сокровенные мечты! Нам пора, прощайте, добрые женщины, и да пребудут мир и спокойствие в этом доме!
Когда гости покинули гостеприимный дом, Елисавета, вся, словно лучась от счастья, заключила Диту в объятия.
— Не представляю, как я могла жить без тебя. Ты не только вселила в меня надежду, но и помогла обрести здоровье плоти. Оставь свои дела, и присядь рядом. Я хочу тебе кое в чем признаться. Знаешь, твое присутствие в нашем доме благостно сказалось не только на мне, но и на муже моем. У нас теперь, — густо краснея и переходя на шепот, сообщила Елисавета, — почти каждую ночь бывает близость. Захария будто помолодел лет на двадцать.
— Вот что, Елисавета, я вижу твое желание о беременности не простая прихоть. Если так, доверься мне, и позволь мне осмотреть тебя.
— Я доверяюсь тебе, милая Гелома, делай все, что считаешь необходимым.
— Тогда соверши молитву Господу с просьбой о ниспослании тебе долгожданной беременности, выпей вот это снадобье, и приляг на свое ложе.
Дита достала склянку со снадобьем и протянула ее Елисавете. Та, как невиданную драгоценность, приняла ее из рук Диты.
— Иди, молись, а когда будешь готова, позови меня.
Елисавета, прижав к груди бесценный дар, удалилась в спальню. Дита осталась дожидаться призыва. Невероятное волнение охватило ее, и она стала ходить из угла в угол, пытаясь успокоиться. Прошло не менее получаса, пока Елисавета истово молила Господа услышать ее. Наконец Дита услышала призыв и немедленно откликнулась на него. Когда она вошла в спальню Елисаветы, та лежала на ложе с затуманенным взглядом. Рядом лежала пустая склянка.
— Все хорошо, — тихо сказала Дита, — сейчас ты должна уснуть, и ничего не бойся.
Она дождалась, когда Елисавета сомкнула глаза и уснула крепким сном. Тогда Дита молнией метнулась в свою комнату, и, спустя несколько мгновений, вернулась, держа в руках свой чемоданчик. Действуя лихорадочно, но, в тоже время, быстро и четко, Дита задрала как можно выше, подол платья Елисаветы, и, молниеносно облепила ее живот многочисленными датчиками. Потом совершив некоторые манипуляции на сенсорной клавиатуре, и активировав голографический экран, она начала детально рассматривать внутренние органы мирно спящей женщины.
— Я была права, — подумала Дита, — сегодня, именно сегодня. Другого, столь благоприятного шанса может и не быть.
Затем, сосредоточившись, Дита развела как можно шире ноги Елисаветы, и, зафиксировав их в полусогнутом положении, достала из чемоданчика некое приспособление с гибким тонким зондом, который ввела в женщину, при этом постоянно вглядываясь в голографическую картинку.
— Ну, вот и все на сегодня, — удовлетворенно прошептала Дита, — все в порядке. Осталось только добыть семенную жидкость Захарии.
Она раскрыла одну из криокапсул, и впрыснула туда содержимое зонда. Затем быстро отключила прибор, и, убрав все датчики с тела женщины, отнесла чемоданчик в свою коморку. Дита, мельком взглянув на дисплей коммуникатора, на котором высвечивалось текущее время, набрала код Цилии. Когда девушка ответила, Дита сказала ей лишь два коротких слова «сегодня ночью». Цилия ответила:
— Я готова.
Убрав коммуникатор, Дита присела на край ложа, и стала дожидаться пробуждения Елисаветы, которая проспав еще минут двадцать или около того, потянулась, глубоко вздохнула, и, наконец, открыла глаза.
— Прости, Гелома, — тихо сказала она, — я, кажется, заснула, и ты не смогла осмотреть меня. Можешь это сделать сейчас.
— Все в порядке, дорогая, — так же тихо ответила Дита, — я осмотрела тебя, пока ты спала.
— И что ты можешь мне сообщить? Услышал Бог мои молитвы?
— Пока я ничего не могу сказать тебе с полной уверенностью, но если ты согласишься выполнить одно условие, возможно завтра или послезавтра, я смогу тебя обрадовать.
— Какое условие? Говори! Я готова выполнить любое условие!
— Тогда слушай! Сегодня ночью у тебя обязательно должна быть близость с мужем. Как только он изольется в тебя, немедленно, под любым предлогом, приходи ко мне, и постарайся сохранить в себе все, что он изольет в тебя. Поняла?
— Да, Гелома, я все поняла, и сделаю все, как ты велишь.
— Постарайся быть в близости с Захарией как можно дольше, чтобы излившись, он выбился из сил, и уснул крепким сном.
— Я постараюсь, Гелома, хотя он и так обычно сразу засыпает.
— Вот и прекрасно! Если ты все выполнишь, я надеюсь, вскоре ты сможешь обрадовать своего мужа своею беременностью. Все, вставай, день в разгаре, а мы еще ничего не сделали. Нужно готовить еду к возвращению Захарии из храма.
Глубокой ночью, когда весь город спал, крылатая тень стремительно пронеслась над ним, и опустилась на землю на окраине. Убедившись, что вокруг никого нет, сложив крылья, она прильнула к двери дома священника Захарии, и, затаив дыхание, осталась стоять неподвижно в ожидании, когда откроется дверь.
Дита сидя в своей комнате с нетерпением ожидала Елисавету. Томительно долго тянулись минуты ожидания. Наконец послышались шаги. Дверь в комнату отворилась, и на пороге появилась Елисавета, с крепко прижатой у себя между ногами ладонью правой руки.
— Быстро, иди ложись. — Шепотом скомандовала Дита.
— Я все сделала, как ты просила, не пролив ни единой капли.
— Умница! Вот, на выпей это, — протянув склянку со снадобьем, прошептала Дита.
Елисавета, ни на мгновение не задумываясь, проглотила все содержимое склянки.
— Ляг поудобнее, — шепнула Дита, наблюдая за состоянием Елисаветы.
Женщина выполнила распоряжение, и широко зевнув, сомкнула глаза. Спустя минуту она уже спала глубоким сном. Дита быстро извлекла из-под кровати чемоданчик и криокапсулу. Повторив все то, что она делала днем, Дита влила содержимое зонда во вторую криокапсулу. Затем она, стараясь ступать как можно тише, выскользнула из комнаты и бесшумно отворила входную дверь.
— Цилия, ты здесь? — Шепотом позвала она девушку.
Вместо ответа, Цилия прошмыгнула в открытую дверь.
— Давай, быстро, иди за мной. — Прошептала Дита. На все про все у нас не более двух часов. Захария просыпается очень рано, а к этому моменту все должно быть готово, и ты должна покинуть дом.
Плотно затворив дверь в комнатку, где мирно спала Елисавета, Дита быстро установила яркие светильники, а Цилия, тем временем раскрыла принесенный с собой чемоданчик, и стала колдовать с настройками.
— Где капсулы? — спросила она.
Иза подала Цилии одну из капсул.
