людей.
«Мрази…» — мысленно выругался я, стискивая кулаки от бессильной злобы.
— Эйдан, — вырвал меня из раздумий голос Ингвара.
Я вышел из оцепенения и огляделся. Зал стремительно пустел, люди торопились к выходу.
— Два года службы на границе и штраф, — обречённо выдохнул я. — Примерно то, что вы и предсказывали, мастер.
— Таких неоправданно высоких штрафов и длительных ссылок за простую потасовку я что-то не припомню, — покачал головой Ингвар. — Но, наверное, тебе ещё повезло. Всё могло обернуться куда хуже.
— Мастер Ингвар, вы не против, если я буду писать вам? Хотелось бы и дальше заниматься зельеварением в свободное время.
— Конечно пиши, — улыбнулся он. — Отправляй письма прямо в академию или ко мне домой, я оставлю адрес.
— Вы слышали этого наглеца, этого пред-ста-ви-те-ля? — вдруг громко возмутилась Стилда. — Что он о себе возомнил, этот грубиян⁈
— Мастер Стилда, не стоит принимать поведение господина Дама близко к сердцу, — мягко произнесла Алюра. — Выступление в суде — это его работа.
— Похоже, его работа — быть напыщенным балваном!
— Ну что вы, мастер Стилда…
Она резко обернулась ко мне, сменив гнев на милость:
— Эйдан, дорогой, как ты себя чувствуешь?
— Спасибо, мастер Стилда, всё в порядке, — через силу улыбнулся я.
— Знай: я категорически не согласна с этим возмутительным решением! Тебе нужно обжаловать приговор!
— Решения верховного судьи может оспорить лишь король или члены королевской семьи, — заметил Ингвар. — Как вы понимаете, никто из них не станет вмешиваться.
— Девятьсот тридцать золотых! — сокрушалась она. — Это ненормально!
— Мы все с этим согласны, мастер Стилда, — вполголоса сказала Алюра, словно опасаясь, что разговор могут услышать люди, столпившиеся у выхода. — Но таково решение судьи.
— Эйдан, — окликнул меня Цедас.
Друзья собрались рядом, явно желая поговорить.
— Пусть молодые люди пообщаются, — сказал Ингвар и глянул на меня: — Я буду в академии до темноты. Загляни ко мне, дам пару полезных зелий в дорогу.
— Хорошо.
— И ко мне тоже обязательно зайди, — добавила Стилда. — Подберу тебе что-нибудь почитать.
— Конечно, мастер Стилда.
Алюра лишь тепло улыбнулась на прощание и кивнула. Вскоре все наставники ушли, оставив нас одних.
— Ну как ты? — спросил Цедас, хлопнув меня по плечу.
— Терпимо.
— Два года — это очень много.
— Девятьсот монет одним только Бьердам — вот это очень много, — произнесла Тама, встав позади и привычно запустив пальцы в мои волосы.
От моих глаз не ушло, как Азара неодобрительно покосилась на этот жест.
— Неужели нет никакой возможности потом вернуться в академию? — с надеждой спросила Шаян. — Может, удастся восстановиться через пару лет?
— Увы, студентов, исключённых за нарушения правил, назад не берут. Я уже узнавал.
— Жаль…
— Честно говоря, я думал, что всё будет гораздо хуже, — признался Цедас.
— У всё равно меня плохое предчувствие. Такое ощущение, что Ваннер меня даже пощадил. Ещё и о снисхождении зачем-то сказал… Не верю я, что Бьерды удовлетворятся только этим.
— Да брось, не накручивай себя. Ты и так по полной получил! Оценили даже дворяне, которые рядом со мной сидели.
— Время покажет…
— Вот увидишь, два года пролетят незаметно!
Шаян полезла в свою сумку, достала небольшой лист с карандашом и предложила:
— Слушайте, а давайте запишем свои адреса для Эйдана. Рано или поздно учёба закончится, надо знать, куда письма слать. Да и лето на носу.
— Дельная мысль.
— Мы можем поговорить с глазу на глаз? — вдруг спросила Азара.
— У нас появились секретики? — хмыкнула Тама.
— Он знает, о чём, — с непроницаемом лицом сказала Азара.
— Мы сейчас, — произнёс я, поднимаясь со скамьи.
Мы отошли с ней в сторонку, и она сразу перешла к делу:
— Что насчёт моего брата?
— Раз Ваннер не озвучил точной даты, то я должен буду выехать сразу же. Уверен, это пропишут в приговоре.
— То есть клятву ты не сдержишь?
— Сдержу, но сейчас не могу бросить всё и вернуться в Волноломные земли. Тогда меня точно упекут в тюрьму.
— Вот так всегда… — разочарованно протянула Азара.
— От меня ничего не зависит.
— От тебя зависело всё! — резко сказала она. — Мог бы, например, не разбивать Ганнеру лицо.
— Азара, пожалуйста, давай не будем…
— А что я должна сказать? «Так держать, ты молодец»?
— Может быть, твой брат как-нибудь доберётся до границы с Юви? — с надеждой спросил я.
— Ты серьёзно?
— Ну смотри, если плыть через океан в сторону Лаубиена, можно сильно срезать путь, — начал объяснять я. — У эльфов точно найдутся эволиски…
— Эйдан, хватит, — оборвала меня Азара. — Ты не забыл, что мой брат не в состоянии двигаться сам? Один только корабль вымотает его окончательно. Не говоря уже о том, что тебе нельзя покидать пограничье. Представь, сколько ненужного внимания мы привлечём! Нет, я даже предлагать такое не стану.
— Ладно, — со вздохом согласился я. — Признаю, облажался.
— Мягко сказано.
Я осторожно положил руки ей на плечи, старясь подбодрить:
— Я сдержу клятву. Просто дай мне немного времени.
Азара пристально вглядывалась в моё лицо, словно пытаясь прочесть мысли, а затем отвела взгляд и тихо сказала:
— Смотри, не влипни в неприятности.
— Эйдан, может, посидим где-нибудь напоследок? — громко предложил Цедас.
— Я только за.
Заскочив в академию в последний раз, я отправился кутить с друзьями. Кажется, выпил я больше, чем планировал, потому что наутро в голове всплывали лишь смутные обрывки воспоминаний: громкие песни, зажигательные пляски, безудержный смех и горькие минуты разлуки, когда пьяный Цедас чуть ли не рыдал у меня на плече. А ещё вдруг ярко вспыхнул в памяти момент неловкого объятия с Азарой. Я напряжённо пытался припомнить свои прощальные слова, но тщетно.
С трудом выбравшись из постели, первым делом осушил кувшин воды. Закончив с утренними делами, нашёл на улице Борга, тренирующего солдат.
— Борг!
Он обернулся и в ту же секунду побежал ко мне.
— Да, господин Эйдан?
— Что отец велел вам делать после моего отъезда?
— Сказал немедля возвращаться.
— На лошадях?
— Да, господин.
— Из солдат кто-нибудь в столице
