острое лезвие косы вертелось так быстро, что превратилось в бумеранг.
Но ни один удар не достиг цели.
Уклоняясь от очередного залпа цепей, Богдан несколько раз отпрыгнул далеко назад уже с высунутыми из карманов руками и, тормозя подошвами кедов о пыльный асфальт, неизбежно упёрся спиной в стену одного из складов. Огни в глазах Марка вспыхнули ещё ярче. Пацану больше некуда бежать, он наконец-то пронзит его своими цепями!
Но двадцать цепей, раскалённых до сумасшедшей температуры от едва ли не сверхзвуковой скорости… просто замерли в метре от Богдана. В самый последний момент они впились наконечниками в… невидимую стену?.. Какого чёрта?! Он был уверен, что прямо сейчас наконец одержит победу!
Марк замер и едва не повалился набок от тяжести косы. Он метался взглядом от одной застывшей цепи к другой: шипами они, контролируемые неведомой силой, образовали вокруг обелиска смертельный купол.
Его же оружие перестало ему подчиняться? Как такое возможно? Неужто… это снова проделки чёрной волчицы? В прошлый раз она точно также заставила его собственные цепи лететь прямо ему в лоб! Но где она? Скрывается за одним из складов?! На крыше?
Богдан едва сдержался, чтобы вновь громко не рассмеяться, глядя, как Марк судорожно вертит головой по сторонам. Он вздохнул и сказал достаточно громко, чтобы Марк услышал:
— Не беспокойся, мы пришли без Светы. Уже забыл, что все золотые обелиски обладают огромной силой, а не только чёрные волки? — Богдан перестал скрывать свои истинные эмоции за ухмылкой. Он распахнул глаза, широко скалясь в азартной, даже безумной улыбке, и прокричал. — Смотри внимательно!
Яркий белый свет вдруг ослепил Марка, от ступора он не успел прикрыть глаза. Но когда проморгался, пожалел, что всё-таки не ослеп.
Богдан вскинул руку, призвав оружие, и, когда махнул им, стремительный воздушный вихрь серебряной вспышкой отбросил все цепи, а те взрывной волной разлетелись в разные стороны, рассеянные мощной энергией, с которой столкнулись.
С широким оскалом глядя на Марка сверху вниз, Богдан держал в правой руке серебряный серп с лезвием в форме округлого полумесяца!
Не дав адепту опомниться, он в одно мгновение преодолел расстояние больше десяти метров, оказавшись рядом, а серебряное лезвие сверкнуло яркой вспышкой в сантиметрах от лица Марка. Тот едва не попрощался с жизнью, но чудом успел парировать удар косой.
Так всё это время пацан притворялся, что не хочет атаковать? Уже не важно. Теперь они оба вооружены. А значит, скорость битвы возрастёт ещё в сотню раз!
Яркие вспышки огненных цепей сменились скрежетом двух яростных клинков друг о друга. Пространство складов за секунду разрезали тысячи ярких полос, что оставляли за собой молниеносно рубящие и рассекающие воздух коса и серп. Огонь и серебро сцепились в смертельной схватке, а за размытыми силуэтами уже не мог поспеть человеческий взгляд.
Два пятна метались между складами, поднимая облака пыли и волны осколков асфальта, застилающие обзор. Среди поднятой песчано-каменной бури теперь тут и там мелькали огненная и ярко-белая вспышки, каждую долю секунды меняя позиции по несколько раз, подобно молниям в грозовых тучах.
Марк и без того едва мог вовремя разглядеть несущийся на него серебряный клинок, но теперь уже точно ходил по лезвию ножа: дыхание начало сбиваться. Чтобы хоть как-то выровнять и без того шаткое положение, нужно вновь увеличить дистанцию.
Он несколькими длинными прыжками переместился на более освещённый участок, где вход в центральный склад окружали несколько тусклых фонарей.
Немного переведя дух, Марк уже собирался вновь кинуться в атаку, пока Богдан не спеша топал к нему и играючи подбрасывал серп в воздух, как жонглёр цветастые мячики. Но сильнейшее чувство дежавю заставило адепта притормозить. Марк машинально коснулся свободной рукой щеки, когда почувствовал, как что-то тёплое стекает к подбородку, и подставил ладонь под свет. Пальцы его левой руки запачкали небольшие красные пятна. Он успел пораниться? Почему это снова школьник?!
Богдан вновь хмыкнул, увидев, как Марк вперил в него полный ярости и пылающий огнём взгляд. Он ещё недостаточно наигрался, поэтому решил возобновить диалог. Хотя какой же это диалог, если его противник потерял дар речи от бушующих в его душе эмоций, и говорил один только Богдан? Он продолжил свой монолог:
— Эта царапина не единственная. Взгляни-ка повнимательнее.
Марк не горел желанием подчиняться противнику, но машинально стал осматривать себя на наличие других ранений. Пацан оказался прав: по бокам и на руках обнаружилось ещё как минимум шесть таких же мелких порезов. И это не считая тех, что не попадали в его поле зрения! Серп в форме полумесяца резал так быстро и легко, что Марк даже не заметил, как пропустил столько атак. Теперь он окончательно уверовал в то, что оборотень просто игрался с ним. С таким же успехом он мог уже на несколько частей разрезать его тело, не церемонясь!
Богдан довольно улыбнулся. Наконец-то Марка охватили страх и осознание своего положения. Жаль его разочаровывать, но адепт сражался честно и имел право перед смертью хотя бы узнать, от чего та его настигла:
— Теперь посмотри на запястья.
Марк начал догадываться, что парень просто отвлекает его, чтобы нанести неожиданный удар, и хотел вновь кинуться на него, но вдруг почувствовал неприятную пульсацию на запястьях. Он думал списать это на учащённый пульс, но когда резко вскинул левую руку, так и застыл. На его запястье светился белым рисунок нескольких лун в фазе роста — от совсем маленькой полоски до полукруга. Марк насчитал пять таких рисунков. Но пульсировали оба. Он проверил второе: такие же рисунки убывающей луны, в этот раз четыре.
Этот школьник ещё и заклинания на него накладывает?! Марк чувствовал себя ущемлённым. Всё, что он умел — бросаться цепями и, тратя чуть больше усилий, призывать косу. Он мог бы применить ещё кое-что, но тогда, даже если победит, будет возвращаться домой ползком, потратив абсолютно все силы. А что ещё он был способен делать в сражении с таким противником? Он сам виноват, что недооценил его. Теперь придётся расплачиваться.
Богдан был крайне удовлетворён эмоциями, изображенными на лице Марка, и довольно ухмыльнулся. Он почти шепотом договорил:
— Эти метки — отчёт до твоей смерти. Сейчас их девять, не хватает одной. Девять раз я задел тебя серпом, но, как думаешь, что случится, если я попаду по тебе ещё хоть один раз? — Марк застыл, забыв как дышать. — Ещё один удар… — Богдан с широко распахнутыми глазами наставил на него серебряный серп. — И мой клинок пронзит твоё сердце!
Марк дёрнулся и подрагивающими от накатывающей тревоги руками прикрылся лезвием косы. Пацан,
