удовольствие — играть с нами. Потому то он отдал Дарису Неридию, жену Цендра.
Слова Фенриса резали меня, словно нож масло, кусок за куском.
— А совсем недавно я вновь наступил на те же грабли. Мы узнали, что если Черная Лошадь пройдёт через барьер, это на какое-то время ослабит его. И ждали этой возможности, чтобы убить его и вернуть филактерий. Мне уже не нужна была ни украденная им магия, ни бессмертие. Ведь я и так получил все это от источника Урда. Остальные короли не собирались идти на подобное, и я пообещал себе, что верну им их магию и бессмертие. Поэтому, когда мои разведчики доложили, что король отправился за Стену, я мгновенно отправил свой отряд за ним лишь с одной целью — чтобы убить его. И лишь потом понял, куда он направляется. А точнее, к кому. Ведь ты назвала мне свой адрес. Но когда я понял это, уже стало слишком поздно.
Осознание всего обездвижило меня, словно из капельницы вливаясь в мои вены и обжигая их. Пальцы на руках стали холоднее льда.
Глава 34
Голубые глаза Фенриса сверкали в темноте.
— Почему ты сразу не сказал мне? — мое сердце защемило.
— Не успели мы познакомиться, как стараниями Руана ты уже опасалась меня настоящего. Дальше все стало еще сложнее — ты начала думать, что общаешься с моим братом, и в некоторые моменты мне казалось, что он нравится тебе. И я не хотел все портить… Ты и так натерпелась. Я не хотел отнимать у тебя кусок счастья, на который ты рассчитывала.
Наш тихий шепот разносился по всему этажу. Теперь уже я прислонилась лбом к холодным решеткам. С самого начала все пошло неправильно. Мы совершили столько ошибок… Я, он…
Только сейчас я заметила, что местами одежда Фенриса испачкана кровью. Он проследил за моим взглядом и застонал.
— Нет, Имоджен, так я выгляжу ещё более жалким в твоих глазах, прекрати!
— Просто скажи мне, что он сделал? — я четко выговаривала каждое слово, и они, словно падающие кубики льда, звонко рассыпались в пространстве между нами.
Фенрис пристально посмотрел мне в глаза, сглотнул, и, проведя по волосам, сказал:
— Я прокатился по ковру из игл. Эту ерунда, Джинни, поверь! На мне это быстро заживет.
За «Джинни» он получил от меня резкий взгляд. У меня в ушах появился тихий гул. В висках пульсировала кровь.
— Теперь ты знаешь почти все. И, наверное, будет честным повторить наш маленький эксперимент…
— В этом нет необходимости, — прошептала я, и в глазах Фенриса тут же отразилась боль. — В этом нет необходимости, — быстро продолжила я, потому что, несмотря на то, что я злюсь на тебя за то, что ты столько времени водил меня за нос, мое мнение не изменилось. Меня совсем не обрадует, если ты пропадешь из моих мыслей.
На лице Фенриса читалось неверие, тоска и облегчение.
— Есть ещё кое-что, что я хочу тебе сказать, — прошептала я совсем тихо. — Я рада, что ты, Рис, не Дарис.
У меня наконец-то… Все встало на свои места, и меня затопило облегчением и сиюминутной радостью.
Фенрис вновь нежно притянул меня к себе и легко коснулся моих губ. Касаться друг друга, когда нас разделяла решетка, было непросто. Я хотела, чтобы он мог поцеловать меня по-настоящему. Но Фенрис не собирался продолжать. Он шумно выдохнул.
— Иди обратно, Имоджен. Тебя уже слишком долго нет в комнате, кто-то может заметить.
— Я не оставлю тебя тут. Я вернулась в замок, чтобы освободить тебя.
— Нет, Джин… Поверь, я мог бы уйти
