мы копаемся в помойке, то нас засмеют, и мы никогда не выйдем больше во двор. А мне…
Мила замолчала, как увидела Элен, развернувшуюся к ней, держа в руках порванный свёрток из полиэтиленовых пакетиков, из которого торчала щенячья коричневая мордочка. Они посмотрели друг на друга и опять разрыдались.
Элен подошла к Миле, чтобы та получше его разглядела. Щенок был очень маленький, словно крыска. Даже цветом похож, то ли коричневый, то ли ржавый. Но особо рассмотреть не получалось, потому что он был весь липкий и грязный. Пакеты просто-напросто прилипли к щенку, и отдирать было опасно. Это девочки прекрасно понимали.
– Он такой маленький. И такой бедненький, – умилялась и одновременно огорчалась Мила.
Щенок, услышав голос Милы, повернулся и стал словно тянуться к ней.
– Кажется, ты ему понравилась. Только почему у него глазки не открываются? – спросила Элен.
– Не знаю, нужно у родителей узнать, – ответила Мила и подняла голову, оторвав взгляд от щенка. – Прости меня, Элен. Я больше так не буду. Я теперь всегда-всегда буду тебя слушать.
По их и так влажным щекам снова потекли слёзки.
– Хорошо. Подружки навсегда?
Элен протянула руку.
– Подружки навсегда, – обрадовалась Мила и пожала руку Элен. – Ты возьмёшь его себе? Ведь ты нашла его.
– Мне папа, наверное, не разрешит.
– Ну давай спросим скорее. Вдруг разрешит, и у тебя будет новый друг!
Элен спрятала свёрток с щенком под дождевик, и они с Милой побежали домой.
Позвонив в дверь, Элен надеялась, что откроет мама, но открыл папа.
– Вы где так испачкались, девочки? Что ты там держишь? – спросил Седрик.
– Это… мы нашли. Вот. Можно?..
Элен пыталась быстро достать щенка, но руки будто не слушались, и одежда мешалась. Наконец, спустив до самого низу, она протянула свёрток отцу.
– Можно нам его оставить? Он замёрз и хочет кушать, – неуверенно сказала Элен.
– У него ещё глазки почему-то не открываются, – дополнила Мила.
– Где вы его нашли? Если его выбросили, значит, он очень болен. Вам нужно отнести обратно, чтобы не видеть… В общем, зря вы это. И у нас нет места для собак, – сказал Седрик, пытаясь привести всевозможные аргументы.
– Его нельзя обратно. Он там точно погибнет, – возмутилась Элен.
– Лучше там, чем здесь, – настаивал отец.
– Нельзя так с животными! У него тоже должен быть дом, – крикнула Элен и, развернувшись, пошла куда-то.
– Элен. П-пора кушать. Заканчивайте играть, и иди домой, – воскликнул Седрик.
Мила побежала к Элен, и они пошли в сторону дома Милы. Элен шла и смотрела на щенка.
– Может, тебе разрешат взять его? – спросила Элен у Милы.
– Вроде у мамы аллергия на животных. Но пойдём спросим, вдруг разрешит, когда посмотрит в его глазки. А, ой, забыла, что он их ещё не открыл.
Девочки подошли к дому Милы. Это был обычный одноэтажный дом, обшитый сайдингом, но крыльцо было очень красивым, состоящим из небольших колонн.
Мила постучала в дверь. Открыла мама и сразу увидела щенка.
– Так и знала, что это однажды произойдёт. Что, нашли щенка и не смогли пройти мимо? – сказала мама Милы с улыбкой.
– Это Элен его нашла! Она его увидела третьим глазом. Он лежал в мусорном контейнере в этих пакетах. Мама, его нельзя обратно! – сказала Мила, показывая на свёрток, в надежде умилить маму.
Мама взглянула на щенка и поняла, что её дочь сделала добрый поступок. Ради этого можно было и потерпеть аллергию какое-то время.
– Ладно, заносите. Пусть пока у нас поживёт, а потом найдём ему новый дом.
– Ура! – вместе прокричали девочки.
Зайдя в дом, Элен отдала свёрток с щенком маме Милы.
– Посидите пока на кухне, а я приведу его в порядок. Мила, принеси мне с аптечки таблетки от аллергии, – попросила она.
– Хорошо, – сказала Мила, сбрасывая с себя верхнюю одежду на пол.
Мила рванула на кухню, пока Элен раздевалась и вешала их одежду на вешалку. Из кухни стали доноситься звуки падающих коробок, перемещения стульев и кряхтежа Милы. Уже спустя минуту мимо Элен пронёсся ураган Мила в сторону ванной комнаты с таблетками в руках. Сама Элен постеснялась без Милы идти на кухню и решила стоять в коридоре.
Она осмотрелась по сторонам. Ей нравился дом Милы. Все полы были в коврах, а стены ярких, весёлых цветов. Иногда ей не хватало чего-то подобного.
Вдруг стал доноситься щенячий писк. Мила выскочила из ванной и побежала на кухню, потянув за собой Элен.
– Что там такое? – спросила Элен, садясь за стеклянный стол. – Ему больно?
– Наверное, да. Или нет. Точно не знаю. Мама сказала выйти, чтобы дать ей спокойно снять пакет. А вдруг он… ну, как твой отец сказал. Он ведь выживет, скажи? Ты ведь можешь посмотреть, – спросила Мила, сев напротив Элен.
– Я не знаю.
– Ты же его нашла третьим глазом. А теперь посмотри чем-нибудь ещё, чтобы сказать, что с ним будет хорошо всё, – настаивала Мила.
– Я не умею ещё ничего. Оно само происходит.
– И что же нам теперь делать?! А вдруг он не выживет? Получается, мы зря сегодня на улицу выходили?
– Ну хватит уже, – нахмурилась Элен.
Она подняла глаза и встала со стола. За Милой в дверном проёме стояла мама с щенком в руках. Всё ещё он походил на уличную крысу, но уже чистую.
– Какой он миленький, – произнесла Элен и пошла к щенку, чтобы погладить.
Мила вскочила со стола и подбежала к маме.
– И как он? Он будет жить? А глаза не отмылись, что ли? – стала допрашивать Мила, бросая взгляд то на щенка, то на маму.
– Выглядит он вполне здоровеньким, – сказала мама, – но на всякий случай покажем его ветеринару. А глазки откроются, он просто ещё очень маленький. Поэтому его нужно выходить, чтобы он вырос большим и счастливым псом.
– А как вы его назовёте? – спросила Элен.
– Надо будет подумать над этим. Пусть Мила имя выбирает. Главное, чтобы оно подходило к его внешности, – заключила мама Милы.
– Хм, он коричневый и слепой. Может, Малыш-слепыш или Слеполадка? Как бы слепая шоколадка, – радостно сказала Мила.
– Придумывать названия это не твоё, – заключила Элен.
– Да всё моё, просто надо ещё варианты придумать, – уверенно ответила Мила.
Мила повернулась к щенку и стала его наглаживать. Элен вдруг замерла и стала смотреть на возникшую картину: мама с дочкой и новым питомцем обнимались и гладили друг друга. Обсуждали приятные планы. В их доме чувствовались любовь и тепло. Ей стало вдруг так грустно.
– Мне нужно идти домой, – промолвила Элен.
– А завтра ещё погуляем? – радостно спросила Мила, не отрываясь от щенка.
– Не
