тележки, но кое-какие модели были оборудованы, скажем, газонокосилками.
– Хорошо, что это не завод по производству интимных игрушек, – хмыкнула я.
Потом заметила справа движение, взвизгнула и упала от толчка Энджина.
– Гвоздемет?! – как-то возмущенно проорал Андрей. – Я ему еще программу не написал!
– Он и без тебя справился, – сквозь зубы процедил Энджин.
Робот, весело жужжа и поигрывая пистолетом, стреляющим гвоздями, скрылся за стеллажами.
– Ты отключил его от сети? – спросила я.
– Да, но надо разнести эту штуку, пока он не нашел, как подключиться опять и не скопировался. А то оживут все роботы и устроят нам месть.
Меня от перспективы даже передернуло.
Одним движением Энджин поднялся на ноги. Он двигался бесшумно, легко и грациозно, я даже засмотрелась. Но потом очнулась и начала отбирать у ближайшего робота гвоздемет. Не только этот гад будет вооружен!
– Бесполезно, там корпус особо прочный. До процессора не добраться, – произнес Андрей, наблюдавший за моими мучениями.
– И что делать? Я не Никки Гринвич8, у меня нет перчаток, аккумулирующих электрических заряд!
Раздался оглушительный выстрел, эхом прокатившийся по помещению. Я подскочила и рванула в сторону, где скрылся Энджин. Но робот опять укатил, а выстрелы оставили в стене несколько отверстий. Гипсокартонные у них тут стены, конечно.
– Так, вода, огонь, медные трубы – чем у нас уничтожают элитную технику?
– Можно уронить его с девятого этажа, – подал идею Андрей.
– Или тебя, – мрачно предложил Энджин. – На кой ты его загнал в эту машину для убийств? В телефон никак нельзя было?
Я, пока они спорили, примеривалась к кувалде. Она привлекла мое внимание, едва мы зашли на склад. Тяжелая… но держать можно. Особенно если как следует ухватиться обеими руками.
– Я, между прочим, делал все, что мог. Это не троян, который удаляет твои фоточки из отпуска, это нечисть, узкоглазая ты зараза!
Я спряталась за стеллажем, когда услышала звук подъезжающего робота. А он не просто решил сбежать и восстановиться, но твердо решил всех тут прикончить. И, похоже, обладал разумом, ибо крался осторожно. Я подняла кувалду повыше.
Бабах!
Гвоздемет от удара, конечно, отвалился, какие-то запчасти полетели на пол, посыпались искры. Робот не стал ждать, пока я размахнусь еще, дал задний ход и скрылся в темноте стеллажей.
– Ну, вот и все, – вздохнула я.
– Что – все?
На грохот прибежали Энджин с Андреем.
– Гвоздемета у него нет, ловите эту высокоорганизованную телегу, и поедем домой.
Мужчины переглянулись – видимо, решение лишить робота оружия не пришла им в голову. А что? У него нет рук, которыми можно взять что-то, он – ходячее сверло. Я ему эту многофункциональную прелесть раз и навсегда отбила, теперь он если кого и покалечит, то спрыгнув с верхней полки. А туда еще забраться надо, между прочим.
Ай да Инна. Ай да молодец, хорошо ведь придумала. И отомстила заодно.
– Ладно, я включу датчики движения и выведу на планшеты, – решил Андрей. – Так мы быстрее его найдем. Кнопка отключения находится на задней панели, если ее нажать, он вырубится, а там сможем подобраться к процессору. Я отрубил сеть во всем здании, так что если он не идиот – попробует прорваться на улицу.
– Отлично, не хватало нам еще паники, – сказал Энджин.
– Какой паники! Все спят, а кто не спит, решит, что спьяну померещилось, – успокоила его я. – Пошли.
Демон, заточенный в здорового садового робота, казалось, был готов ко всему. Он с пугающей хладнокровностью убивал своих жертв, играл со стражами и верил в неуловимость. Он мог скопировать себя на миллиарды компьютеров по всему миру, обрушить фондовые рынки, начать войну. Но единственное, к чему робот был не готов – суровые реалии российского северного города.
Лифт был отключен на ночь, а лестницы не оборудованы понтонами для спуска чего-то на колесиках. Робот метался по площадке и как-то нехорошо гудел. Я впервые увидела, как действует магия – из рук Энджина вырвались светящиеся нити и прижали робота к стене, а Андрей тем временем отключил его совсем.
– А чего ты сразу так не сделал? – удивилась я.
– Я вообще-то собирался. Могла бы, прежде чем хватать кувалду, спросить, как я собираюсь его отключить.
Нет, этот кореец определенно перенимает от меня навык сарказма! Ох, я плохо влияю даже на мужиков, которым за тридцать. Неудивительно, что подруг у меня почти нет.
Процессор мы уничтожили, не оставили ему даже шанса на новую жизнь. Андрей еще раз проверил, не скопировался ли куда демон, но даже если и скопировался, то затаился. Время покажет, придется ли изобретать новый способ его уничтожить.
Мы с Энджином по темноте поехали обратно. Я мечтала о свежей постельке и уже не спорила, что буду ночевать в его номере. Еще жутко хотела есть и, как только увидела вывеску «Макдональдса», заканючила.
– Пожалуйста, давай остановимся! Я есть хочу, Энджин! Я гвоздемет убила, неужели мне не полагается еда?
– Инна, это очень вредно, – закатил глаза страж. – Давай остановимся в ресторане и поужинаем.
– Что? – поразилась я. – Вредно? А жрать шаурму возле моего дома офигеть как полезно!
– Шаурма была, между прочим, домашняя и ресторанная. Вкусная. Поехали до ресторана, я знаю один неподалеку.
– Я не хочу останавливаться в ресторане. Я хочу взять гадости в МакАвто и съесть в твоей машине. Я хочу жрать гамбургер в порше, черт возьми! Пожалуйста.
Под моим напором сложно было не сдаться, так что в скором времени я получила увесистый пакет, обалденно пахнущий наггетсами. Да, вредно, да, дешево и глупо. Но это запах детства – как-то мы с родителями ездили в Москву, и там я впервые попробовала наггетсы. Непередаваемые ощущения.
Энджин остановился на пляже, уже в Новобеломорске. Оказывается, в одном месте можно было съехать прямо на песок, к самой кромке воды. Верх машины бесшумно отъехал, нас обдало ночной прохладой, но эта ночь выдалась на удивление теплой.
– Хочешь? – предложила я сэндвич.
Энджин сморщился.
– Хватит! – рассмеялась я. – Тоже мне, творческая интеллигенция, это вкусно! Мы не будем питаться этим часто, но ты же хочешь есть? Я знаю, что хочешь. Смотри, как вкусно пахнет.
– Странные вы, русские, – хмыкнул мужчина. – Вот объясни мне, иностранцу, что значит фраза «смотри как вкусно пахнет»?
– Она значит «ешь, пока предлагают»! – отрезала я. – Попробуй.
Со вздохом Энджин тоже принялся жевать сэндвич.
– Ну, и?
– Есть можно.
– Ой, да ладно, так и скажи, что вкусно.
В пакете у меня еще были молочный коктейль и креветки в панировке. Вот креветками я делиться не собиралась – любимое блюдо. Только чистить их обычно лень, так что достаются
