хочу видеть! – наорал на жену Ценарда, конечно понимая, что бабуля ни в чем не виновата, но ярость бурлила, и ей нужно было куда-то выплескиваться.
Уверен, если бы отец мог находиться на нижних ярусах преисподнеи, то тоже бы маячил перед глазами, пытаясь достучаться до моего благоразумия, которого, кажется и не осталось вовсе.
– Самаэль, мир людей не так уж прекрасен, чтобы так по нему убиваться, – недовольно качая головой, сказала царица демонов. – К тому же уверена, что твоя девушка скоро явится сюда следом за тобой. Какая разница, где жить, если любимое существо рядом?
– Разницы никакой, – прошептал, упираясь лбом о раскалённые прутья клетки и не чувствуя боли от ожогов. – Но она не придёт. Моя Лисичка не любит меня, и теперь не осталось даже мизерного шанса завоевать её сердце.
– Ох, Сэм, всё будет хорошо. Отпусти ситуацию, и возможно твой зверь найдёт свою судьбу здесь, ведь в нем течет и демоническая кровь. У нас много достойных свободных демониц, способных заглушить твою тоску и печаль. Нужно просто позволить себе расслабиться. Ценард любит тебя и сделает всё, чтобы ты был здесь счастлив.
– Как я могу отпустить ситуацию, если мне без нее даже дышать больно?! А ребёнок? Про него ты тоже предлагаешь забыть?
– С ребёнком всё будет в порядке. Если твоя девчонка решит остаться среди людей, то до рождения малыша она будет находиться под контролем департамента, а потом… ей вернут прежнюю жизнь, за которую она так яро цепляется. Старейшины не позволят воспитывать ребенка со сверхспособностями обычному человеку, поэтому твоего сына или дочь заберут сразу после рождения и передадут тебе, как самому близкому родственнику по крови, – уверенно заявила Дорэя, скрещивая руки на груди.
Мне понятно ее отношение к Малике, которое демоница даже не пыталась скрыть. Все чистокровные Сверхи считают людей ниже себя и выступают против смешанных союзов, но иногда предки просто не ославляют выбора.
– Это жестоко…
– Это справедливо, по отношению к ее желанию. Насильно мил не будешь, Самаэль, и некоторые просто не способны принять нас и стать частью нашего мира. Такое случается, очень редко, но случается, когда дело касается людей. Оборотни, в особенности волки, гибнут отвергнутые своими истинными, которых они учуяли в человечках, но ты, мой внук, внук владыки мира огненных демонов и ты намного сильнее, чем обычные оборотни, поэтому справишься с этим! Нужно только взять себя в руки и стать тем, кем тебе предначертано.
Не сказать, что слова Дорэи как-то утихомирили зверя или уменьшили боль в груди, но информация о том, что я, несмотря на всё происходящее, еще смогу увидеть свое дитя, приятно согрело душу, немного притупляя ярость.
А ещё где-то глубоко всё еще теплилась надежда на то, что Малика выберет меня. Знал, что Ценард отправился в дом моих родителей, чтобы сообщить маме и моей истинной о результатах совещания старейшин, и вопреки всем доводам разума сердце наивно надеялось на то, что всё это не просто так, что нам по судьбе быть вместе, и не важно в каком мы будем при этом находиться мире.
Глава 39. Малика
Пришла в себя уже в кровати и, судя по обстановке, это уже не та комната, которую я занимала в доме Зверевых. Что произошло после того, как Даяна и Ценард испарились в портале, не помнила, и сколько после этого прошло времени тоже.
Рядом с кроватью заметила штатив для капельницы и ощутила запах медикаментов. Скорее всего, я в больнице, точнее мне хотелось так думать.
Поднялась на ноги, обула стоящие рядом с кроватью балетки и направилась к двери, уже даже не гадая, что именно увижу за пределами комнаты. Усталости физической не было, но морально я истощилась так, что не осталось сил ни горевать, ни плакать. Внутри образовалась пустота от невосполнимой потери, и осознание того, что Самаэль теперь недосягаем до меня, давило на мозги.
Вышла и проследовала по узкому коридору, отмечая, что обстановка изменилась вокруг и больше не слепила своей роскошью и богатством.
Спустя пару минут ощутила запах свежей выпечки и ускорила шаг, сглатывая голодную слюну. В конце длинного коридора наткнулась на слегка приоткрытую дверь, из которой сочился ванильный аромат выпечки и доносились чьи-то голоса. Уже без страха вошла в помещение, которое оказалось небольшой кухней, в которой за овальным столом сидели несколько молодых девушек, уплетающих за обе щеки, ещё парящие жаром печи пышки.
– А вот и новенькая. Проходи, присаживайся. Завтрак готов, – с добродушной улыбкой сказала женщина, утирая руки о свой фартук.
Не могла точно понять, сколько именно ей лет, но навскидку не больше сорока. На вид очень добрая и милая женщина, но что-то мне подсказывало, что она не человек.
– Где я? – спросила, пытаясь не обращать внимания на любопытные взгляды жующих девушек.
Брюнетка с короткой стрижкой явно была моей ровесницей, но судя по тяжелому взгляду, жизненный опыт за ее плечами имелся огромный и не очень счастливый. А вот пышнотелая девчушка с длинной русой косой выглядела совсем юной, несмотря на свои пышные формы. Она смотрела на меня широко распахнутыми глазами и слепила лучезарной улыбкой, что честно говоря, немного раздражало.
– Ты в поселении одной из стай, – ответила женщина и поставила на стол ещё одну кружку с чаем для меня. – Мое имя Анжелика. Это Ева и Катенька.
Стало сразу понятно, кто тут Ева, а кто Катенька…
– И что я здесь делаю? – присаживаясь, задала пусть и глупый, но необходимый вопросы.
– Ты теперь тут живёшь, – усмехнулась Ева. – В наказание, что спуталась с нечистью.
– Прекрати! Никакое это не наказание, просто вынужденная мера, – осадила грубиянку Анжелика, а я начала понимать, что именно у меня с этими девушками общего.
– Малика, ты пробудешь здесь до родов, потому что твое состояние должно быть под круглосуточным наблюдением. Не волнуйся, у нас здесь прекрасные условия, – успокоила женщина, а у меня мгновенно пропадал аппетит, потому что внутри начало разрастаться неприятное нехорошее предчувствие.
– Вы тоже беременны от оборотней? – спросила, без всякого наслаждения запихивая в рот кусок булки.
– Ага. Мерзкая тварь напала на меня и изнасиловала, наградив своим сперматозоидом! – злобно прошипела Ева. – Если бы не мои принципы касаемо абортов, то… то этого волчонка уже не было бы внутри!
– Ну как ты можешь так говорить?! – насупилась Катенька. – Дети не виноваты и не выбирают родителей.
– А… почему вы здесь? Разве отцы ваших детей не хотят взять вас под свою опеку? – удивлённо спросила, вспоминая отношение семьи Самаэля
