будет эта щербинка, может, крохотная, но будет, и пусть он молится всем богам, чтобы не попасть еще раз. Чтобы не пришлось выбирать – сломаться или остаться человеком.
Это очень жестокий выбор.
Миранда терпела, слезы катились из ее глаз, Веньят довольно ухмылялся. И когда все закончилось, резко, за волосы швырнул ее обратно в клетку.
Миранда ахнула, она не упала на спину только потому, что ее подхватили девочки. Лиза шагнула вперед.
– Можно нам его напоить?
– Нет, – ухмыльнулся Веньят.
– Вы обещали! – Миранда почти кричала, в синих глазах стояли слезы.
– Запомни, рабыня. Данные тебе обещания не стоят плевка! Надо бы тебя еще и выпороть, чтобы не торговалась, но это потом.
Веньят с довольной ухмылкой подтянул штаны и вышел. Жамиль оскалился еще гаже.
– Никто другой попросить ничего не хочет? Не стесняйтесь, если что, цена одинаковая для всех.
Все молчали, даже Норма, так что Жамиль тоже вышел из пещеры. Подглядывал, правда, но незаметно.
Лиза прижала к себе Миранду.
– Ты… никто не мог знать, что они такие подонки!
Это оказалось последней каплей. Девушка рванулась в угол, и ее начало жестоко рвать, до желчи, до сухих беспомощных спазмов, буквально скручивать вдвое.
Парни смотрели на это с сочувствием.
Они тоже оценили.
Если бы кто-то сделал что-то подобное ради денег, или ради милости Лернеров, или чтобы подлизаться… это бывает, такого они навидались. Но Миранда даже не знала, кто они. Она просто хотела помочь, и за это с ней вот так…
Хорошо еще, Фабиан от боли и жажды потерял сознание, а то его стоны просто душу на части рвали. Да, хорошо… единственное, что могли пожелать ему парни, – чтобы он так и умер, не приходя в себя, не испытывая еще большей боли. Но вряд ли на это можно рассчитывать. Убивали работорговцы тоже профессионально.
Кошмарный день продолжался.
* * *
Спустя четыре часа Симон уже не был так уверен в своей удачливости. Гостиницу, в которой жил Аарен, он нашел. Но… но – и только!
Самого Аарена там просто не было! Вообще!
Вчера уехал.
Куда? Не сказал! Деньги выплатил честно, и хватит с него, а ты тут кто такой, ходишь, интересуешься?
После весьма подозрительного взгляда вышибалы Симон ретировался с постоялого двора и задумался. Может, и стоило бы натыкать всем в нос свой значок полицейского, но…
Не в этом районе. Тут за него могли еще и морду набить. Крепко и больно.
А что тогда делать? Бегать и искать его по городу? Этого Тьянху?
Так это можно долго и печально, и день проискать, и два, а если он в пригороде, то и того больше получится. А результат нужен уже сейчас.
Может, тогда взять велосипед – и поехать, посмотреть в горы?
Туда… вот примерно в тот район, о котором ему рассказывал Пол?
Можно попробовать, благо он и сюда ехал на велосипеде, удачно получилось. Не ногами ж топать, а рамбиль ему не дадут. Да, сейчас поедет, до ужина точно вернется.
С этим Симон и принялся крутить педали.
Да, до заката он должен управиться!
* * *
Кто бы сомневался, ТАКОЕ СОБЫТИЕ, да-да, именно так, заглавными буквами, мгновенно стало известно в городе.
Арисса Слифт и прибежала к подруге на работу, новость разнесла.
Элисон даже не удивилась сильно.
Она отлично помнила, как эти четверо ее пугали, как пытались наехать лошадью, как у нее потом бок болел…
И что?
Она добрая, а сейчас они нарвались на кого-то позлее. Почему нет?
По статистике, если тебе повезло девяносто девять раз, это не значит, что повезет и в сотый. Просто ты станешь наглее и нарвешься быстрее, все логично и обосновано.
Жалко ли ей парней?
Вообще не жалко. Никак. Чего их жалеть?
Надменные самодовольные сволочи, по которым розги плакали. Если родители этого не поняли и воспитали чадушек с серебряной ложкой во рту и в бархатных пеленках, то их вразумлением занялась сама жизнь. Она это любит и умеет.
Отлично проделывает! Так что Элисон немного позлорадствовала и вернулась к своей работе. А что, расчеты сами себя не сделают.
Почтенные рены попробовали поинтересоваться у нее, что думает Элисон обо всем этом кошмаре, услышали, что ей наплевать, и даже замолчали, примерно минуты на три. Для Ариссы – достижение.
Потом все равно расшипелись на тему безнравственности и жестокости современных девок и персонально Элисон, но той и на их мнение было наплевать. Примерно равнозначно.
За собой бы следили, между прочим, боги заповедали не злословить, так это мы побоку! Поди, пропавшим парням сейчас икается без перерыва! А других осуждают, лицемерки паршивые.
После обеда пришел рент Якоб и сразу же подошел к Элисон.
– Рента Баррет, у меня к вам большая просьба.
– Слушаю?
– Вы не могли бы взять рамбиль и съездить в горы? Вот в этот квадрат?
Элисон сощурилась.
– Ну… могу. Сколько точек надо обойти?
– Семнадцать.
– СКОЛЬКО?! – взвыла Элисон.
С ее силой она после такого день будет в лежку лежать! Вы себе как это представляете? Она маг с медным кольцом, не с золотым!
– Рента Баррет, ну хотя бы пятнадцать. – Тон Видрича стал просительным. Элисон почему-то сразу вспомнила одного преподавателя.
Магистр, сколько вам нужно материала обработать к понедельнику?
Конечно, весь!
Да с этим и за месяц не управиться.
Ладно, сделайте, сколько сможете… процентов на десять меньше. И я вами очень, ОЧЕНЬ недоволен.
Тут особо и ума не потребовалось, Элисон взяла карту.
– Рент Видрич, а у вас магический летун есть?
– Рента Баррет?
– Берем карту, смотрим… масштаб и расстояния мы все отлично видим. Вот сюда, при средней скорости рамбиля пятьдесят километров в час, я буду ехать примерно два часа. Потом сюда, сюда… рент Видрич, вы вообще расстояния считали?
Якоб скривился.
Ну считал.
И отлично понимал, что просит практически невозможного. Но… тут еще и другие соображения возникали. Элисон работала без нареканий, а после недавнего взрыва хотелось ее чем-то придержать. К примеру, приказали, а не выполнила. Или опять скандал устроила…
Ан нет!
Спокойное холодное перечисление расстояний и времени. И не поспоришь.
– Это еще хорошо, если нигде не будет оползня, если можно подъехать вплотную к датчикам, если у меня будет нормальное самочувствие. Рамбиль-то мне водить не нравится, у меня голова от него болеть начинает, а тут еще и силы трать…
– И что вы предлагаете, рента Баррет?
– Поделить на два дня. Вот эти точки я объеду сегодня, вот эти – завтра, – Элисон преспокойно обвела две
