Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 75
– Мир и благополучие всегда царят в доме, где правят женщины, мудрые, как Фригг, и прекрасные, как Фрейя! – Бергер ярл улыбнулся и принял кубок. – Пью за вашу красоту и гостеприимство, хозяйки Северного замка, и чувствую себя путешественником, который забрался на самый край земли и внезапно попал прямо в Асгард!
Альвин улыбнулась и подумала, что он – настоящий сын короля, хотя не блещет золотыми кудрями и руки у него не по локоть в серебре. Именно королевский сын должен уметь держаться так дружелюбно и непринужденно, храня свое достоинство и не задевая чужое, и уметь сделать так, чтобы рядом с ним любому стало хорошо! Он и говорит, как шутит, и вовсе не кажется надменным, но в нем чувствуется такая уверенная сила, что Альвин вдруг ощутила тепло рядом с ним.
И он будет у них зимовать! При мысли об этом ей стало так радостно, как будто к ним приехал сам Светлый Бальдр и зима по такому случаю отменяется!
Весь день прошел в суете и хлопотах. Корабли разгружали, вытаскивали из воды, снимали паруса и мачты, затаскивали в корабельные сараи, чтобы в течение долгой зимы потихоньку чинить все, что нуждалось в починке, и готовиться к походам нового лета. Груз развозили по складам и устраивали на хранение: съестные припасы, железные и бронзовые изделия, ткани, посуду. Весь день домочадцы питались кое-как, хватая в кухне то одно, то другое: к вечеру готовился пир, и заниматься обедом прислуге было некогда.
Наступала самая длинная ночь в году. В полночь Тормунд ярл принес жертвы в святилище на самом берегу, где стояли два высоких резных идола. Они изображали Тора, грозу великанов, и Ньёрда, бога морей, повелителя ветров и течений, покровителя морской охоты и рыбной ловли, торговли и путешествий. Идолы были поставлены только отцом Тормунда ярла, а до этого мольбы и жертвы обращали к двум большим валунам, лежащим на самой кромке прибоя. Возле них и сейчас виднелись черепа моржей и китов, принесенные островитянами в дар своим покровителям и защитникам.
После жертвоприношений все вернулись в замок. В огромном зале, где в обычные дни было так пусто и гулко, сейчас не находилось свободного места. Дружина и гости со всех окрестных островов сидели за столами плечом к плечу, и даже на полу устроился кто-то из рыбаков. Горел огонь в очагах, горели факелы на стенах, бросая отблески в сотни веселых глаз, на металлические бляшки щитов и лезвия секир на стенах. Снаружи ревело ледяное зимнее море, как вечно голодное чудовище, которое уже не первый век злится на каменные стены, но ничего не может с ними поделать!
По древнему обычаю, трон хозяина замка располагался посередине длинной стены зала, между двух резных столбов, а почетное место напротив досталось Бергеру ярлу. Молодой Эрлинг ярл остался недоволен. Он как-никак второе лицо в крепости и достойно хранил ее покой и безопасность целых полгода, пока хозяин был в походе, а теперь вместо ожидаемой благодарности он получает место чуть ли не в конце стола! И то, как достойно он исполнял свои обязанности, сейчас никого не интересовало. Все слушали гостя, и даже Альвин не замечала, как мрачен и обижен товарищ ее детства. Всем хотелось знать, как выглядит родная страна Бергера ярла, что за люди ее населяют.
– Нам принадлежит вся земля от пролива Двух Огней до конца Хлаупского залива, а он так называется потому, что в него впадает река Хлаупа! – охотно рассказывал он. – Нам принадлежит ее устье, и все народы, живущие выше по течению, приезжают к нам торговать. Кроме Хлаупы, есть еще реки Альда и Бера, они тоже очень большие, а по берегам их лежат густые леса и плодородные поля. Земли вдоль рек почти везде населены, люди там обрабатывают пашни и сеют рожь, ячмень, овес, просо. Дома там строят не из камня и дерна, как здесь, а из бревен, вкопанных в землю…
– Целый дом из бревен! – Альвин с трудом могла поверить. На Северном архипелаге леса не было совсем, бревна вылавливали из моря или покупали, поэтому они были дороги и шли только на опоры кровли. – Ну и богатый же народ!
– Это не так уж дорого, йомфру, ведь там сколько угодно леса! Ты знаешь, как выглядит лес?
Альвин качала головой. Остров, замок и ближайшая часть архипелага составляли весь ее мир, и ей было трудно представить другую землю, кроме скал над морем.
– Зато я видела лес! – отвечала фру Хольмвейг и вздыхала. Она была родом из большого торгового города Эльвенэс, земли куда более приветливой и веселой. Она знала, что такое зеленый лес и цветущие луга, знала, как поют птицы, как краснеет в траве земляника, как пахнут цветы и как гудят пчелы над цветами. – И я видела города, где людей больше, чем на всем нашем архипелаге!
– У нас на Квартинге только Ветровой мыс еще кое-как заслуживает названия города, но в стране харудов, которая к западу от нас, есть целых три настоящих города: Страум, Варьян и Топп. А по Хлаупе можно попасть к племенам ранов, толенсов, ругов, богемов, роталариев и реодариев. Со всеми этими странами мы торгуем. Торговых городов там больше десятка, и в каждом правит знатный ярл с золотой цепью на шее. Иногда он называется графом, а иногда – воеводой, потому что у этих народов разные языки.
Все это было похоже на сказку, но Тормунд ярл кивал, подтверждая, что все это правда. Особенно позабавил слушателей рассказ о том, как лет тридцать назад король Сёльмунд захватил в земле герулов торговый город Хестафель, всех купцов с их товарами перевез на Ветровой мыс и приказал вести торг здесь! Альвин очень смеялась: оказывается, и самих купцов можно перевозить, как живую рыбу в садке!
Затем Тормунд ярл стал расспрашивать о домашних новостях. Новостей немного, и это хорошо – значит, все идет своим чередом. Под конец Альвин вспомнила о найденном утром ребенке.
– Надо же придумать ему имя, – сообразила она. – А я даже не выяснила, мальчик это или девочка. Гудрун здесь? – Она оглядела гридницу, выискивая ту среди служанок.
– Сейчас я ее принесу! – Гудрун кивнула и поставила кувшин на стол. – Как раз хотела пройти проведать – я-то их уложила, да ведь один проснется, заорет, второго разбудит…
– Так это девочка?
– Девчонка. Сейчас принесу!
Гудрун вышла и вскоре вернулась с ребенком на руках.
– Милая, ты перепутала на радостях! – Фру Хольмвейг усмехнулась. – Ты принесла своего.
– Зачем своего? – Среди улыбок гостей и домочадцев Гудрун удивленно взглянула на хозяйку. – Что я, дурная совсем, своего от чужого не отличу? Это она, девчонка ваша.
– Наш парень – просто великан! – кричал Гуннар, ее сильно пьяный и очень довольный муж, уже плохо понимавший, о чем тут идет речь. – Просто герой! Такого парня нигде больше нет!
– Но в самом деле! – Альвин вскочила и подбежала к служанке. – Та девочка была новорожденная, ты сама сказала, что ей не больше недели от роду! А этот большой, как твой!
– И правда, она что-то сильно подросла! – Гудрун с сомнением посмотрела на девочку и кивнула: – Тяжелая какая… Уже тянет скорее на пятимесячную. Но только это не мой, это она, твоя находка. Хотите посмотреть? Кстати, вы знаете, а у нее уже прорезалось три зуба!
– Может быть, нам подбросили дитя великана? – Тормунд ярл улыбнулся. – Я слышал, иногда и троллихи подбрасывают своих детей людям, если у них нет молока.
– У троллячьих детей, ярл, должен быть хвостик, или мохнатые ушки, или три глаза, или еще что-нибудь такое. – Гудрун покачала головой. – А у этой все как у людей. Я ее мыла, и кормила, и пеленала… Обычная девочка. Человеческая. Только подросла она что-то быстро, это правда…
– А меча при ней не было? – улыбаясь, спросил Бергер ярл.
– Меча? – Альвин удивленно оглянулась на него. – При чем здесь меч?
– Но ведь это явно необычная девочка! А про меч я вспомнил вот почему: когда я зимовал у короля Эйрика Могучего, мне там рассказали одну историю про новорожденную девочку. Хотите послушать?
– Хотим! – Альвин тут же с готовностью села.
– У Торфинна ярла из Одинэса была дочь, звали ее Асгерд. Однажды к ним приехал на зиму один человек, его звали Эгмунд Гордый. За зиму он посватался к Асгерд и женился на ней. Они прожили год, у них родилась дочь, а потом Эгмунд решил уехать. Его жене это совсем не нравилось, но он ее не слушал. Он отплыл на корабле со своими людьми, но остановился ночевать на одном островке. А ночью Асгерд приплыла на лодке на тот остров, выкрала его родовой меч по имени Истребитель, а взамен подложила новорожденную девочку. Утром Эгмунд обнаружил подмену, но найти Асгерд не смог. А через день его корабль попал в бурю, наскочил на камень, разбился, и все погибли.
Прошло семнадцать лет, и родичи Эгмунда думали, что его меч погиб вместе с ним. Только через семнадцать лет его племянник, сын его младшего брата, его звали Ульв с Белой реки, узнал о том, какую подмену сделала Асгерд. Она к тому времени опять вышла замуж, и у нее было пятеро сыновей, но ни одной дочери. Когда-то она видела свой долг в том, чтобы волей-неволей вынудить мужа заботиться о дочери, которую он хотел бросить. А спустя годы поняла, что могла бы любить эту девочку больше всего на свете и это сделало бы ее гораздо счастливее, чем исполненный долг.
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 75
