Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 114
Эльфийка поддерживала его под руку, с тревогой заглядывала в глаза.
– Сейчас, – прохрипел Фесс, тяжело опираясь на посох. – Сейчас...
В проломе появилась голова скамарского гонца.
– Ы-ы-ы... господин чародей... наш... набольший... спросить велели – идти там али что?
Даже и тут Фесс не смог узнать настоящего имени разбойничьего вожака.
– Я скажу когда, – с натугой выговорил Фесс. – Жди тут поблизости... я махну... или нет, крикну. Отойди сейчас, нечего тебе смотреть, что я делать стану.
Разбойник поспешил отскочить. Похоже, следить за ритуалами некроманта он не имел ни малейшего желания.
Сила. На сей раз её потребуется куда больше. Тогда это была разведка, а теперь – теперь ему надо проломиться сквозь (или же обойти) возведённые Этлау защитные барьеры. «И получается, некромант, что больше вскрывать самого себя в поисках источника мощи ты уже не можешь. И даже звезда не поможет. Благоприятное расположение созвездий миновало и не скоро составится вновь», – Фесс с досадой опустил астролябию.
Кажется, оставался только один выход. В одиночку подобраться ко вражеским рядам, захватить пленника, чтобы потом, здесь, в пирамиде, применить к нему всё то, что глупая молва приписывала некромантам. Надо признать, не без некоторых на то оснований.
Принцип меньшего зла, и никуда от него не денешься. Это хорошо философически настроенным юношам с горящими глазоньками предаваться (особенно в присутствии особ противоположного пола) выспренним разговорам об абстрактном добре и абсолютном зле, равно как и об относительном, – сидя за прочными стенами крепостей. И забывая, что и зло и добро для каждого человека в каждый день его жизни конкретны, чётки и определённы, и поступает он в соответствии со своей совестью, а все угрозы посмертного воздаяния так и не возымели своего действия, несмотря на все усилия слуг Спасителя.
– Останешься здесь, – приказал Фесс эльфийке. – Следи... за звездой. Такое нельзя оставлять без присмотра...
Это было, конечно же, чистым враньём. Но ведь увяжется за ним эта Миройя, и непонятно тогда, что делать – то ли инквизитора ловить, то ли её спасать.
Однако эльфийка только улыбнулась.
– Не пойду, не пойду, не беспокойся. Я стрелы в воздухе ловить не умею.
О стрелах она заметила совершенно справедливо. Потому что стоило некроманту (с известным трудом взобравшись в седло) выехать за пределы некрополя, как лучники в сером, недолго думая, взяли его на прицел.
Фесс попытался представить в своей ладони прохладные грани Искажающего Камня, но своевольный артефакт не откликнулся. Была бы Сила, можно было бы повторить фокус, проделанный в Агранне. Но это всё пустые мечты. Вдруг Фесса осенило: стрела ведь тоже может умереть. Бороться надо тем оружием, которое у тебя есть, некромант. Недаром же ты учился в ордосской Академии.
Другое дело, что окутавшая некроманта сероватая завеса, ударив в которую стрелы в один миг распадались мелким прахом, их оголовки изъедала ржавчина, – эта завеса жадно пожирала его, Фесса, и без того уменьшившиеся силы. Непросто убедить уже и без того неживое дерево, что пришло время ему распасться пылью, удобряя бесплодный песок.
Если бы ещё так же можно было поступить с врагами – или хотя бы с их доспехами...
Пригнувшись к конской шее, Фесс погнал скакуна прямо на серые шеренги. Лучники торопились, и второй их залп пропал втуне.
Магия пока не вступала в дело. Конь некроманта распластался в беге, глефа удобно легла в правую ладонь; серые шеренги стремительно приближались.
Инквизиторы не растерялись. Чётко, как на учениях, они сомкнули ряды, опустили длинные пики, мечники и щитоносцы заняли свободные места между копейщиками. Чародеи святых братьев бездействовали, словно желая понять, что же нужно этому странному безумцу, во весь опор несущемуся на ряды изготовившегося к бою войска. Даже лучники почему-то перестали метать стрелы.
Распускаясь огненно-жёлтым шлейфом, рвётся песок из-под копыт Фессова коня. Покрытые потом, перекошенные, искажённые ненавистью лица инквизиторских солдат всё ближе и ближе. Конь несётся вдоль щетины нацелившихся пик, и кажется – нет такой силы в этом мире, что сумела бы проскользнуть меж хищно поблёскивающими остриями.
Фесс – точнее, уже не Фесс, а скорее Кэр Лаэда – резко взмахивает глефой. «Лепесток» лезвия, как сказал бы Север, рубит коричневатое отполированное древко длинной пики, левая рука проносящегося мимо некроманта хватает не успевшее отдёрнуться оружие. Прежде чем растерявшийся пикинёр успевает бросить никчёмную теперь палку, его уже выдёргивает из строя.
Конь Фесса вздымается на дыбы, свистит и сверкает глефа, гномья сталь рубит копейные древки. Некромант перегибается с седла, хватает солдата за край нагрудника; Фессу кажется, что руки его вот-вот вывернутся из плеч; застонав от натуги, он вздёргивает тяжёлое, окованное железом тело поперёк конской спины и даёт шпоры.
Уже напоследок остриё случайной пики задевает круп лошади; конь неистово ржёт и срывается с места в бешеный галоп, мало что не взбесившись от боли.
Вновь летят стрелы, распадаясь серым прахом, лишь немного не достигнув некроманта. С каждым мгновением всё тяжелее держать заклинание, сфера сжимается, и последние стрелы, прежде чем распасться и умереть, успевают слегка клюнуть некроманта в плечи и спину.
За спиной вопят и орут десятки голосов. Тишина сметена; страх и ужас правят сейчас бал в рядах серых солдат. Самое бы время ударить скамарам... но кто же знал, что безумное предприятие увенчается успехом?
Конь летит быстрее стрелы и ветра, унося прочь молодого некроманта и его бесценную по нынешнему часу добычу.
Разбойники встретили Фесса восторженным рёвом. Пленник затравленно озирался, бледный, как никогда не выпадающий в здешних краях снег. Зубы инквизитора часто стучали, по лбу и щекам стекали струйки пота – не от жары, от непереносимого ужаса.
– Ай да господин маг! – хлопнул себя по коленям главарь скамаров. – Сударь чародей, да на кой тебе эта некромантия нечестивая? Давай к нам, становись вольным скамаром, будешь сыт, весел и пьян, и в карманах будет чем позвенеть!
– Может, и стану, – попытался отшутиться Фесс, – коли из этой мышеловки выберемся.
– Выберемся, выберемся – скамары мы или кто?.. А с этой крысой церковной чего делать станешь? Допрос снимать? Али ещё чего? Ежели допрос, то давай я тебе пару моих ребят дам, больших умельцев – у них даже и мёртвый заговорит, и притом безо всякой некромантии! – Вожак сам первый принялся хохотать над своей не слишком тонкой шуткой, и к нему тотчас присоединился гогот остальных скамаров.
Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 114
