примитивно, но для паники сгодится.
— Так, давай думать. Заправки взорваны — значит, город без топлива. Мост уничтожен — значит, подвоза не будет, и поезда встали. Здания захвачены — паралич управления. Они хотят оставить город в изоляции, — я посмотрел на карту. — Они действуют очень жёстко, слишком много разрушений. Похоже, их вообще не заботит, что здесь происходит. Сразу видно, что сами заказчики находятся очень-очень далеко отсюда. Они просто наняли группы отморозков, дали им взрывчатку и отправили устраивать хаос. Им не нужна власть здесь, им нужно уничтожить Барышникова любой ценой, даже если придётся сжечь город.
— Что будем делать? — спросила Ольга.
Я прикинул варианты. Вмешаться в открытую? Нет, у меня не хватит сил перекрыть весь город. Не хватит ни сил, ни возможностей. Моя вотчина — Уссурийск, а на Владивосток я планировал позже расширяться. да, там есть мои дроны, так как «Филин» расширяет свое влияние, но в основном это охранные и медицинские дроны для обычных людей.
Да и не моя это война. Но и сидеть сложа руки нельзя. Город не должен страдать. Там есть люди — мои клиенты. А ещё, в конце концов, китайцы под боком.
Если сейчас там начнётся анархия, китайцы могут решить, что пора вводить «миротворческий контингент» для защиты своих интересов (и панд, конечно). А Барышников в ответ завопит о вторжении.
— Может, спровоцировать их? — вслух размышлял я. — Сказать, что тут беспорядки, устроить пару жёстких провокаций от имени «третьей силы»? Чтобы Император был вынужден ввести армию не через две недели, а прямо сейчас? Десант, авиацию…
— Но пока армия прибудет… — заметила Ольга.
— Да, пока они пришлют нормальную подмогу, в губернии останемся только мы, несколько растерянных имперских дивизий гарнизона и эта банда психопатов. И нам придётся сражаться, — я потёр подбородок. — Это нужно как-то минимизировать. Сириус, готовь «Филин» к работе в режиме чрезвычайной ситуации. Ольга, ищи каналы связи этих «мстителей». Мне нужно с ними поговорить или заткнуть их навсегда. Но город я им разрушить не дам.
Загородное имение графа Зубова
Тайная комната для переговоров
За круглым столом собрались шестеро мужчин. Это была только часть заговорщиков. Всего в их тесном кругу, скреплённом общей ненавистью, состояло десять родов, но сегодня здесь присутствовал только основной «костяк». Остальные координировали действия на местах.
Граф Зубов, хозяин имения, поднял свой бокал с коньяком пятидесятилетней выдержки.
— Ну что, господа… — произнёс он, обводя взглядом собравшихся. — Первый день нашей операции прошёл даже лучше, чем мы ожидали.
— За успех, — отозвался барон Губанов.
Они выпили не чокаясь, как на поминках. Впрочем, в каком-то смысле так оно и было — они хоронили свою прошлую жизнь и карьеру нового губернатора.
— Расходы просто чудовищные, — проворчал один из присутствующих, тучный промышленник. — Мы влили в наёмников столько, что на эти деньги можно было бы купить небольшой остров в Тихом океане.
— Да плевать на деньги, — возразил Зубов. — Главное — месть. Барышников уничтожил моего брата и разорил каждого из вас. Вы что, хотите считать барыши, когда у нас появился реальный шанс всадить нож ему в спину?
— Всадить нож — это метафора, я надеюсь? — уточнил Губанов, нахмурившись. — Давайте будем реалистами, господа. Мы все здесь взрослые люди и понимаем расклад. Завалить Барышникова физически у нас не получится, он слишком силён. У него личная охрана, состоящая из спецназовцев Канцелярии, оснащённая артефактами защиты высшего уровня. Просто так к нему не подобраться. Если мы попытаемся его убить в лоб, нас всех перевешают на фонарных столбах на центральной аллее уже завтра к обеду.
— Именно поэтому наш план гораздо хитрее, — усмехнулся Зубов. — Наша цель — не его жизнь, а его страх. Мы должны напугать его до усрачки, чтобы этот старый козёл поверил, что против него выступила сила, сопоставимая с его собственной. Что это не просто бунт недовольных, а спланированная атака мощной организации.
— Все наёмники уже получили инструкции? — спросил промышленник.
— Да. Мы наняли самых отмороженных ублюдков, каких только смогли найти по всей Империи и за её пределами, пообещали им горы золота. И отдельно солидную премию за каждого убитого бойца Канцелярии. Они будут грызть землю и рвать глотки ради таких денег. Мне уже докладывают, что наш «дорогой» губернатор клюнул и запаниковал. Он начал стягивать все лояльные ему силы к администрации и своей губернаторской резиденции. Полиция, спецназ, личная охрана — все они сейчас окапываются вокруг него, перекрывают дороги к центру, строят баррикады. Он оголяет город, чтобы спасти свою шкуру.
— Прекрасно, — кивнул Губанов. — Это развязывает нам руки.
— Именно. Наша задача — отвлечь внимание. Пока Барышников дрожит в своём бункере, думая, что за ним пришли убийцы, мы превратим Уссуриск в ад. Мы сделаем этот город непригодным для жизни.
— Почему Уссурийск-то? — удивился один из собравшихся.
— Насколько непригодным? — холодно уточнил самый молчаливый участник собрания.
— Потому что Владивосток слишком большой для таких акций, плюс туда, как я и сказал, уже стянулись все войска Канцелярии. Отвлекающий маневр сработал, этого достаточно. А отвечая на вопрос «настолько?» — настолько, чтобы из города массово побежали люди. Я хочу, чтобы треть населения, а лучше половина, свалила из Уссурийска в ужасе. Представьте заголовки газет: «Приморская губерния пустеет!», «Гуманитарная катастрофа при новом губернаторе!». Это будет мощнейший удар по его репутации. Император не сможет закрыть на это глаза. Барышникова не просто уволят, а уничтожат свои же.
— А город? — спросил промышленник. — Люди пострадают.
— Лес рубят, щепки летят, — равнодушно пожал плечами Зубов. — К тому же, нас это не коснётся. Никаких ниточек к нам не ведёт. А для подстраховки у нас есть китайский след.
— Кстати, как там наши восточные партнёры?
— Всё в силе. Мы передали им некоторое… специфическое оборудование, которое им там очень помогает. Как только здесь начнётся настоящий хаос и пойдут обвинения в адрес Китая, они, согласно нашим договорённостям, начнут быковать. Встанут в позу, подтянут войска. Это добавит градус истерии. Барышников окажется между двух огней: внутренним хаосом и внешней угрозой.
— Что насчёт компенсации наших… затрат?
Зубов налил себе ещё коньяка.
— О, это самая интересная часть плана. Пока город погружается во тьму, в прямом и переносном смысле, наши личные гвардии займутся делом, — он развернул на столе карту города.
