Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 75
Отключить силовой щит они могли бы в два счета, но для этого должно было поступить особое распоряжение. И не от Бугаева или даже Страшного, а от самого Геца Дауна. А господин корпоративный президент спешить с распоряжением, похоже, не собирался.
Зинчук где-то пропадал, а на обзорных экранах, развешанных по коридору через равные промежутки, становилось все более отчетливо видно, что переливающееся поле вовсе не собирается ограничиваться ролью какого-то там щита. Его края стремительно загибались, а центр, наоборот, выпячивался.
Когда сержант снял бдительного Дустназарова с поста и свита Бугаева вошла в грузовой отсек, силовое поле завершило свой охват и сомкнулось, образовав вокруг армады флота ОВКС гигантский, диаметром почти в два космокабельтова, полупрозрачный кокон.
– Ну и где тут у тебя туалет? – спросила Дарья, критически осматривая единственное помещение «Корейца» – командирский мостик, спальный отсек, камбуз, радиорубку и, кстати, гальюн по совместительству. – Ой, а пылищи-то, пылищи!.. Одичал ты, Шуберт, без женского глаза…
– Не подкатывай, – буркнул Борисов. – Вон в том ящике обтирочные концы.
– Какие-какие?..
– Тряпки, – пояснил мастер. – Выбери почище, намочи под краном и приборочку тут изобрази. Чтобы все сияло, понятно? Ты, Матвей… – Борисов тяжело посмотрел на лейтенанта, второпях придумывая задание и для него. Брать с друзей по несчастью деньги за проезд совесть Шуберту запрещала строго-настрого, однако насчет общественно полезных работ она, совесть, благоразумно помалкивала.
«С драной овцы хоть шерсти клок», – рассудил мастер.
– Ты, Матвей, побудешь антиперегрузочным креслом, – сказал Борисов. – Если мы вообще куда-нибудь полетим… – суеверно закончил он.
– Креслом?.. – ужаснулся тот.
– Вернее, кроватью. Индивидуальный демпферный кокон тут есть, но он, как ты видишь, только один. Для меня, – пояснил Борисов на всякий случай. – При перегрузках свыше четырех «же» человеку требуется специальное ложе. Это чтобы хребет не сломался. У нас будет, я полагаю, не менее двенадцати. Так что тебе придется подстраховать нашу даму от компрессионной травмы.
– Я не умею, – виновато признался Матвей.
– А тут и уметь нечего. Ты ляжешь на пол, а она ляжет на тебя.
– Да?.. – На лице у лейтенанта отразилась некоторая заинтересованность.
– Ни за что! – заявила Дарья, отрываясь от короба с промасленной ветошью. – Шуберт, откуда в тебе эти своднические наклонности? Ладно бы еще сам покушался, а то все Мотю норовишь на грехопадение толкнуть!
– Да я, собственно, не против… – буркнул напарник.
– Вы погодите возбуждаться, – прервал их Борисов. – Я же ясно сказал: двенадцать «же». А может, и двадцать… Черт его знает. При такой перегрузке ваши помыслы станут чисты, как марля в операционной. Матвей, вообрази, что твоя пассия весит не семьдесят килограмм…
– Шестьдесят девять! – обиженно крикнула Дарья.
– …не семьдесят, – настойчиво продолжал Борисов, – а, допустим, восемьсот сорок.
Матвей, крякнув, почесал затылок.
– А я тогда сколько? – спросил он.
– И ты примерно столько же. Под тонну где-то.
– Тогда ничего, – пожал плечами лейтенант. – Сладим как-нибудь.
– Ну-ну, полюбуемся… – Шуберт насмешливо покосился на Матвея, затем на Дарью и, хмыкнув, принялся щелкать тумблерами на верхней приборной панели.
Корабль не издал ни звука, но по каким-то неприметным деталям Борисов определил, что электроника и механизмы постепенно оживают. Центральный плафон рубки замерцал и, словно бы проморгавшись со сна, загорелся ровным матовым светом. Маленькие аварийные лампочки по углам сами собой погасли – система тестировалась, настраивалась и, похоже, приходила в себя.
– Гутен таг, мастер Борисофф… – раздался отовсюду хрипловатый голос. – Гуд ивнинг, масса Борьисофф… День добрый, пан Борисов… Гамарджоба, генацвале Борисов… Бон жур, мсье Борисов… – произнес все тот же голос. – Шалом! Привет! Хай! Здоровэньки булы!.. – Голос помолчал секунды две и ни с того ни с сего выдал: – Х-х, х-х, бууруусуув…
– Чего? – ляпнул Шуберт.
– Это, наверное, твоя фамилия так звучит, – догадалась Дарья.
– Неправда! Если б она у меня так звучала, я бы ее давно уже поменял. Эй! «Кореец»!..
– Здравствуйте, мастер Борисов, – ответил тот уже без акцента.
– Ну вот, кажется, оклемался… – Шуберт облегченно вздохнул и, нажав еще десяток кнопок, сел в кресло. – Как диагностика?
– Пока все о'кей, мастер! – ответил «Кореец» слегка развязно.
– Ты опять? – насторожился Борисов. – Включить деловой режим!
– Йэс, сэр! Деловой режим, сэр! Есть, включен, сэр! Так точно, сэр! – испуганно пролаял кибермозг.
– Язык – русский! – потребовал Шуберт.
– Есть, сэр! Язык русский, сэр!
– Да он же по-русски говорит, – вступилась Дарья.
– Я тоже все понимаю, – поддакнул Матвей.
– А я – не все! – рявкнул Борисов. – Мне эти «сэры» на борту не нужны, ясно?! С «сэров» у меня двойная плата!
– О, мудрейший из мудрейших, щедрейший из щедрейших… – уныло заладил голос.
– Молчать! – крикнул мастер. – Еще слово – распаяю и сдам в утиль! Домой на ручном полечу!
– Аминь… – кротко ответствовал «Кореец».
– То-то же, – улыбнулся Борисов. – Что у тебя с авторедактором? Ты где этой чужестранщины набрался?
– Авторедактору – гёт сыктым, – сообщил кибермозг. – То есть гёт коллапс…
– Расшифруй, полиглот хренов!
– Кранты, начальник, – авторитетно высказался он. – Амба. Профессор откинулся.
– Какой еще профессор?! – взбеленился Борисов. – Может, процессор?
– Мать упала – не поднимешь. Весь софт червяки поели, в харде вообще полный дестрой. Ламер с керогазом так не начудит. Хакнули меня нормально…
– Расплавлю! – заорал Шуберт.
– Здравствуйте, мастер Борисов, – сказал «Кореец» как ни в чем не бывало.
– Ну, здравствуй, – осторожно произнес он. – Чем еще порадуешь?
– За время вашего отсутствия имело место вторжение во внутреннюю сеть, мастер Борисов.
– Хм… моего отсутствия!.. – недовольно буркнул Шуберт. – За «мое отсутствие» ты мне еще ответишь! Ладно, не сейчас, позже. Так что за вторжение?
– Кто-то воспользовался виртуальным порталом корабля для передачи информации.
– Кто? Какой информации? Куда и откуда? Давай по порядку.
– Моя система была задействована в перекачке большого объема данных.
– Насколько большого? – встрепенулся Борисов.
– Гигантского, мастер, – скорбно произнес кибермозг. – Скорость обмена была некорректно высокой, фильтры оказались беспомощны. Предохранители по неизвестной причине не сработали. Предварительная версия – мягкое воздействие с помощью наведенных полей. Технология неизвестна. Более подробно…
– Потом, – отмахнулся Шуберт. – Ближе к делу.
– Абонент-отправитель – Земля, Санкт-ПедроСити, Центральная Историческая Библиотека. Абонент-получатель не установлен.
– Ага… И что конкретно скачивали?
– Все, мастер. Все, что находилось в открытом доступе: голофильмы, электронные книги, фонограммы, коллекции гипнофайлов с художественными и документальными снами, причем во всех жанрах… Да, милый, да! Ты ведь не заставишь меня ждать? Ты сделаешь это?.. – томно прошептал кибермозг и, вдруг запнувшись, жалобно всхлипнул. – Простите, мастер… Моя база серьезно повреждена. Боюсь, я не в состоянии контролировать коммуникативный сектор на сто процентов…
– А как давно это все случилось?
– Буквально перед вашим возвращением…
– И на каком языке был сделан запрос?
– У-уу-уу-у…
– У-уу? – уточнил Борисов.
– У…
– Теперь все ясно. – Мастер озадаченно поскреб в затылке. – Рыбоглазый десант…
– Они интересовались нашей культурой, – задумчиво произнесла Дарья, натирая сырой тряпкой автораздатчик пищи.
– В натуре, – подтвердил «Кореец».
– Ну да, культурой, – с сомнением пробормотал Шуберт. – Слушайте, а может, они под этим соусом наши координаты устанавливали? Дрянь дело, если так…
– Вот именно, – согласился Матвей. – Выйдут у Земли всей ордой да ка-ак шарахнут залпом…
– Ну что вы сразу о грустном? – Даша помотала головой. – Вы же слышали – книги они запрашивали, фильмы… непреходящие ценности, одним словом… Культурный обмен хотят наладить… наверное…
– На кой им сдалась наша культура? – спросил Матвей. – Она и нам-то не очень нужна… Что они в ней поймут?
– Как свинья в апельсине, – ехидно вставил «Кореец».
– Умри! – цыкнул на него Борисов.
– Свинья в апельсине?.. – машинально повторила Дарья. – Это что еще за…
– Свинья в апельсине, ваш заказ принят, – мелодично отозвалась автопечь.
– «Кореец», какие секторы интеллекта, кроме речевого, у тебя повреждены? – спросил Шуберт.
– Айн момент, мой фюрер… Заканчиваю полную проверку… Ах, ах, ах!.. Я заканчиваю!.. Навигационная система… Пер аспера ад астра… Тут все нормалек, хозяин, как платить будешь?.. Гм… прошу прощения, мастер… Блоки логического управления… Зарплата от трехсот, интим не предлагать… Клево. Теперь система связи… С кем ты работаешь? Повторяю: с кем ты работаешь?.. Мастер, вы уж потерпите, мне немного осталось, – взмолился кибермозг. – Система опознавания «свой—чужой»… Что же это получается? Я золотишко собрал, отправил… Нехорошо-о, брат… Очень нехорошо!
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 75
