жениться? Поимел не значит обещался. Кахир и сам набедовал, пока его грата не Летис не прибрала к рукам.
И что делать-то теперь?
— Ложитесь спать, мой сьор, — словно услышала его мысли Нерея. — Раны ваши я обработала, беспокоить не будут. Завтра тяжелый день.
— Ты-то откуда знаешь?
Она вздохнула. Сказать — не сказать? Но все же решилась:
— Вы одинаково любите всех своих детей?
— Конечно!
— Даже тех, о которых не знаете? Все равно любите?
— О ком это я не знаю? Вроде, Конча только тебя и твоего брата родила. Разве я не доказал тебе, что люблю? Принца, вон, сосватал. А брату титул пожаловал — мейсир аль Хали. Почти что принц. Подрастет — получит и одну из провинций Вестгарда под свое начало. Будь уверена: никого не обделю.
— Если вы будете судить по справедливости, то война прекратится.
— Странная ты, дочка. Иди, отдыхай. С твоим женихом я сам поговорю.
— Не надо спешить. Завтра вам будет не до этого.
* * *
Уснуть он долго не мог. Девчонка темнит. Куда ее вчера черти носили? Кого она там встретила, у степняков? Сердце Кахира тоже тревожно забилось, когда у шатра под трезубцем сьор увидел огромного воина на вороном жеребце.
Разглядеть парня как следует Кахир не смог, не до того было. Но понял, что это и есть Великий хан Берк. Второй, ад-Дир, тот рыжий, как говорят. И конь у него каурый. Шатер младшего брата, видать, разбит по другую сторону. Братья и сестра разделились. Обложили Фригаму со всех сторон. Каждый со своим войском.
А этот, Берк, он у них главный. Сам в бой не сунулся, и не потому, что трус. Сидел на коне, смотрел. Бросил в первое сражение не отборные свои войска, а шелупонь, на пробу. Проверка боеспособности. Пощупать сьоров. И сразу спровоцировал Лейтона.
С секретным оружием стоило повременить. Со световым мечом. А Лей рванул, как в последний бой. Хан Берк все это видел. Искал противника по себе.
Вот тогда-то и обдало Кахира холодом, несмотря на то, что в горячке боя главнокомандующий вспотел. Вспомнился вдруг Каменный мешок. Император в пурпуре. И как смотрели на них, сражающихся друг с другом, Готвиры.
Отцеубийство.
Тот, на вороном коне, словно дырку в Кахире хотел прожечь своим взглядом.
И как тут уснешь?! Да еще с беднягой Шарлем поговорить надо. Не уследил за дочкой.
Обычно Кахир вставал рано, сам, но тут его разбудили. Лэрд Кенси, который сначала постучал, а потом забарабанил кулаками в дверь:
— Проснитесь, сьор! Переговорщик к нам!
Кахир вскочил. Степняки прислали парламентера?! Или… капитуляции потребуют? Это надо обсудить. Может, удастся вывести жителей из города? Сдача которого неизбежна после того, как растаяли надежды на помощь менге и воздушный королевский флот.
Главнокомандующий торопливо оделся и пошел в тронный зал. Кто-то на ходу сунул чашку с водой. Горло промочить.
Переговорщик топтался у входа. Кахир сделал знак лэрдам, мол, не двигайтесь, и вышел из парадного сам. Оглядел степняка, оценил амулеты и кивнул:
— Заходи.
— Оружие будешь смотреть?
— Чего ты мне сделаешь, хоть с ним, хоть без? — усмехнулся Кахир.
Переговорщик посмотрел на сьора уважительно и полез за пазуху:
— Бумага у меня от хана. Читай здесь, чего полы топтать?
Кахир взял послание. Писала явно женщина, почерк был довольно изящный. «Приезжай, — писали ему, — здесь ждут тебя. Воинов возьми сколько хочешь. Не бойся — мы тебя не боимся».
— Ханша писала? — спросил он.
— Повелительница. Ая, — благоговейно сказал посланник.
— Ладно, приеду.
— Когда?
— Сейчас вот позавтракаю.
— Накормят тебя. Напоят. Приезжай.
— Дай ты мне в себя прийти. С другими сьорами посоветоваться.
— Не нужны другие, — нахмурился переговорщик. — Женщина только. Не-ре-я, — по слогам выговорил он.
— Что?! — Кахиру показалось, что он ослышался.
— Ханша видела ее. Говорили. Лететь не надо — не дадим. Ты и она — приезжайте. Ничего не бойтесь.
— Черт с тобой. Иди и скажи своему хану — сейчас буду.
Переговорщик ушел, а Кахир вернулся в тронный зал. На лицах у всех была тревога.
— Что они хотят? — напряженно спросил Лейтон.
— В гости зовут. Меня с Нереей.
— А вдруг западня?
— Не похоже.
— Не ходите.
— А выбор есть? Ночью еще подошли племена, я уверен. Он всех здесь собрал, этот Берк. И откуда только взялся?
— Будто ад-Дир лучше, — усмехнулся король Анрис. — Тоже зверь. Огромный, рыжий. Но самая страшная у них ханша. Она шаманка, как говорят. Ведунья.
— Неправда, — тихо сказала Нерея. — Ая совсем не страшная.
— Ах, да, — спохватился ее отец. — Откуда они знают твое имя?
— Я кое-что отдала Ае.
— Что именно? — нахмурился сьор Кахир.
— Если бы знать. Но вы не бойтесь, отец. Поедем вдвоем. Они нам ничего не сделают. Верьте мне. Я там уже была. В шатре под трезубцем. Там… хорошо.
— Хорошо?!
Сьоры пытались спорить с отважной леди. Мол, не стоит рисковать. Хотят договориться — пусть приезжают сюда. Сьоры никогда не нарушают данного слова. А эти дикари, кто знает, что у них на уме?
— Не гундите, поеду, — отрезал Кахир. — Собирайся, дочка.
— Я с вами, — вызвался лэрд Кенси. — Раз уж за меня заплатили, — он кивнул на рыжую леди.
— Хорошо. Но наследные принцы Шарль и Лейтон остаются в городе. Мы не можем бросить Фригаму совсем без сьоров. Без принцев Дома.
Поехали верхом. Кахир с дочерью и лэрд Кенси. Взяли только пажа: мальчишку с белым флагом. Который чинно ехал впереди на низкорослой пегой кобылке.
— Откройте ворота! — велел главнокомандующий стражникам и посетовал, глядя на Рэя: — Провожают, как на смерть.
— Надеюсь, в этот раз я проявлю себя, как переговорщик, — усмехнулся тот.
— Проявишь. Уже проявил, — Кахир бросил выразительный взгляд на дочь. Мол, разговор еще впереди. Скажи спасибо, что сейчас не до тебя.
— Я тоже хотел поговорить об этом с вашим величеством.
— Наглец!
— Мои намерения честные, — загорячился Рэй. — Я проиграл вашей дочери пари!
— Да перестаньте вы, — осадила мужчин Нерея. — Забыли, куда едем?
Все замолчали. Ворота за спиной с лязгом закрылись, и от стана степняков выехала почти что сотня верховых. Кахир на глаз определил,
