Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 63
— Как же так, — возмущается Раомина, — коллектив уменьшается, а кусок остаётся прежним! Этак ведь слесарь может начать зарабатывать больше директора.
— А если так не сделать, то затея не сработает. Если размер вознаграждения пропорционален количеству вознаграждаемых, то коллективы будут стараться расти, чтобы не перенапрячься за работой. То есть мы опять вернёмся к увеличению численности работников.
— Так, эта идея алгоритмируется. Только надо уточнить детали. Мы ведь речь вели о низовом звене. А выше?
— То же самое. Бригадиры снимают начальника цеха, Начальники цехов — директора. Короче — принцип один по всей высоте пирамиды власти.
— А командиры кораблей снимают с должности командующего эскадры, — снова встрял Вир.
— Нет, друг мой, нет, если эскадра не пиратская, конечно, то она не приносит деньги, а поглощает их со страшной скоростью, — улыбнулся Викторович. — Так что пусть подчиняются тем, кто платит им жалованье и не пищат.
Пока мужчины закругляют разговор, Раомина оживила голографер коммуникатора и набрасывает программу, пользуясь полупрозрачным изображением клавиатуры. Хозяин посматривает в её сторону с хитрецой. Время от времени они перебрасываются словечком-другим, уточняя детали. А из лесочка вышел дядечка и направляется к веранде.
— Привет, от запаха вашего кофе даже голова закружилась. Здрасте!
— Садись Василь, угощайся. Блины у нас нынче не просто так — императорские, — Нина встречает нового гостя с улыбкой. — Чашку вот держи. Как раз настоялся. И знакомься, это Вир. А этих двоих пока не трогай, у них глубокое погружение. У Акима-то вишь, праздник сердца. В кои-то веки дождался внимательную собеседницу, так их теперь не оттащишь друг от дружки, пока она все его выдумки не своем шайтан-абаке не обсчитает.
— Спасибо, хозяюшка, — прибывший делает глоток и на лице его рисуется глубокое одобрение. — Слушай, вы, что ли, для своей империи квартирку присматриваете? — Это он уже Виру. — Так вот, есть тут одна планетная системка. Смотри, — он выводит на голографер звёздную карту и рядом текст с параметрами планет отмеченной звезды. — Мало того, что кислородная планета не меньше Тыквы, так еще рядом с неостывшим гигантом — аналогом Юпитера — сразу два спутника с нужной гравитацией, приемлемыми температурами и признаками кислорода в атмосферах.
Вир стремительно оценивает предлагаемое место, читая пояснения. Биосфера подходящая, только молодая. Слабая сейсмика в наличии. Терпимо. В окружающем пространстве имеются и холодные тела с "правильным" тяготением на поверхности, где можно основать герметичные города в толще основных пород. И металлическое сырьё в астероидах. Есть потенциал.
— Лететь туда далековато, получается двадцать три перехода. Очень уж длинные рейсы придется выполнять, — элементарные расчёты на калькуляторе коммуникатора командующего флотом проделываются быстро.
— Миксанскую зону огибать не нужно, — поправляет новый гость. — Объясните парням, зачем и куда летите, и не тронут они вас. Переводчики с наших языков на свои у них имеются, так что даже хлопотать ни о чём не придется.
Вир меняет перечень точек корректировки маршрута и повторяет расчёт.
— Тогда остаётся девять переходов, это значительно лучше. Где-то месяц в один конец.
— Десять, к Тунцу соваться не стоит, там можно нарваться на конфликт с местными, так что идите через Малую Кваку и GDQ-16271.
— Спасибо, — спрашивать этого человека, откуда он всё это знает, не стоит. Если воспользоваться бытовыми понятиями, к Виру лично и ко всей их горемычной империи сейчас проявлена божественная милость. Вот угодили они чем-то этим могущественным ребятам — и нечего разбираться в том, почему. Он потом у жены про всё спросит. А пока развернёт антенну и передаст Жанне, чтобы перегнала домой распоряжение о посылке хорошо оснащённой экспедиции к этой самой еще не наименованной системе.
— Так, Викторович! — это уже Раомина, закончив машинное моделирование и удовлетворившись результатами, продолжает терзать хозяина. — Локально работоспособная модель строится. Но как быть с размером морковки? Ведь сверху её непременно станут уменьшать, то есть экономисты обязательно с этого примутся за свою вечную экономию затрат. Как только доходы работников станут ощутимо расти, тут им и устроят обрезание.
— Верно. Люди поймут, что их в очередной раз обманули и всё разом рухнет. То есть устойчивость предложенного подхода обеспечит только продиктованное сверху правило, некая данность, нарушить которую невозможно. Вот отдай на стимулирование работников десятую часть выручки прямо в момент её получения, или сразу вешайся.
— А почему именно десятую?
— Теоретически цифра может быть произвольной, просто эта — близка к некому умозрительно усреднённому значению, следовательно, вызовет наименьшие потрясения в момент введения. Всё равно шевельнётся вся структура денежных соотношений, задёргаются цены, налогообложение придётся менять.
— Почему менять. Чем оно плохо? — Раомина продолжает выпытывать подробности.
— Потому что уже введён новый налог — налог на премирование, исчисляемый с выручки. Он, хоть и не в казну, но отчисляться должен просто на автомате, без никаких исключений или любого иного попустительства. Должен работать, с неотвратимостью физического закона — или, при наличии любой лазейки, его объедут.
Естественно, что и с прибылью и с добавленной стоимостью всё сразу сделается непонятно. Нет, сами они никуда не денутся, но арифметически выразятся совершенно иначе, чем нынче. Поэтому и в государственный карман налог тоже надо брать с той же самой выручки. И опять все ценовые соотношения перекосит, — констатирует Викторович.
— И рухнет банковское дело, — хихикнула императрица. — При выдаче кредита средства поступают на счёт должника, и он тут же отдаёт часть их в налог. Потом, при возврате то же самое вынужден проделать банк. Биржи пустеют, потому что при каждом переводе средств со счёта на счёт они тают, и торговля сколь угодно ценными бумагами теряет смысл.
Викторович выглядит озадаченным. — Что, действительно получаются такие ужасные последствия?
— Намного хуже, — императрица уже явно развеселилась. — Поскольку работников теперь требуется немного, потому что им ведь не нужны лишние "братья", то масса людей будет вынуждена искать заработка в непроизводственном секторе. Махровым цветом расцветут искусства, художественные промыслы завалят все прилавки плетениями и вязаниями, а должность чернорабочего, того же землекопа, станет уважаемой, потому что занять её станет возможно только после серьёзного конкурса.
В общем, я всё записала на коммуникатор, дома поиграем в эту вариацию на серьёзной сети, может быть смоделируем что-нибудь. Проверим и на действующих объектах или на какой-нибудь игре. Жалко расставаться, но нам нужно поторапливаться. Долететь до экваториальных нагорий, принять технику с орбиты, полосу приготовить и возвращаться на корабль. Из-за этой сверхновой столько хлопот, что даже поговорить толком некогда.
— Берите свои леталки, и ступайте в сараюшку, — Нина стряхивает муку с рук. — Через тропики на этих крылышках вы насквозь пропотеете и вся банька получится напрасной была. Да и чист огорчится, он ведь измучился весь, пока скафандры ваши до зимней свежести вылизал.
Вир и Раомина взвалили на плечи крылатики и через дверь сарая вошли в рубку Баклана. Первые секунды потратили на то, чтобы освоиться с невесомостью и заложенностью в ушах — сказалась-таки разница давлений между помещением корабля и поверхностью Тыквы. Потом поймали плавающие без привязи свои отстиранные скафандры и варилку — тоже оказавшиеся здесь, причём без участия с их стороны. И, наконец, поздоровались с Жанной, смотрящей на них изумлённо.
— Вы теперь всегда будете из крышки закрытого люка выскакивать?
— Нет. Это нас местные сразу до места подбросили, — объяснил Вир. — Ёлки! Попрощаться забыли.
— Не забыли, а не успели, — баллистик уже в кресле. — Домой как хочется!
— Давай расчёт траектории на переход, — командир тоже устроился на своём месте. — Слушай, у меня от этих порталов в глазах мельтешит. Такая резкая смена обстановки — это просто ужас!
— Расслабься, дружок, они больше не будут. Итак милостями осыпали — дальше некуда.
— Ты о чём, Ра, — Виру действительно непонятно.
— Адресок интересный дали в неисследованной части галактики, это раз. Идейку безумную подкинули, это два. А уж по части баньки и ужина — так это было просто божественно. И вообще, нам, принцессам крови на голой земле спится плохо, а тут настоящий матрас, под который даже горошину никто не закатил.
У супруги отличное настроение. Искрится весельем и сыплет шуточками. А у Вира сомнения в душе. Неуютно ему от осознания того, что в этом мире есть группа людей, чьё могущество просто неодолимо. Ну вот, осерчай они на кого, ведь ничего им противопоставить невозможно. Везде найдут и сделают, что захотят. Интересно, куда они забросили с Тыквы те экспедиции, что им не понравились? Не иначе, как в какую-нибудь далёкую-далёкую галактику, откуда не видать ни одного родного квазара или пульсара. В общем, чтобы даже не помышляли о возвращении. В их физическое уничтожение как-то не верится. Викторович и Нина, да и гость, имени которого он так и не узнал, производят впечатление людей изобретательных даже в жестокости. Не запомнилось имя астронома. Хотя, это он от обилия впечатлений тормозит. Василь. Точно. Нина его так звала. Нет, ну надо же до чего эта чехарда его заморочила!
Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 63
