видала и не такие оттенки, — усмехнулся польщённый Фрилл. — Впрочем, дефели — редкость в галактике. А уж слухи, которые про нас ходят, один другого краше.
Врач, удовлетворённый сменой темы разговора, передал назначения на терминал палаты и вышел. Лариус ещё раз полюбовалась переливами цвета по шерсти дефеля и вернула ему очки.
— Предпочитаю всё же собственные глаза, — улыбнулась она. — Дай угадаю. Крадёте младенцев, возглавляете преступность, подглядываете в ванных и лазаете по ночам в окна.
— И вообще являемся потусторонними существами, — рассмеялся Фрилл. — Впрочем, скажу по секрету, такая слава потусторонних существ даже поддерживается.
— Чтобы не лезли под руку, если что? — уточнила наёмница. — Да, это бывает удобно… Ты именно так прошёл к нам? Улыбнулся, подождал, пока постелют ковровую дорожку…
В голосе слышалась лёгкая улыбка.
— Всё проще и сложнее, — улыбнулся Тень. — Я же дефель. А люди — не наблюдательные существа. Их не беспокоит тень в тени, тем более, меня там почти не видно. И совсем не видно, если кто-то ходит за спиной.
— Не все люди одинаково ненаблюдательны, — задумчиво отозвалась Лариус. — За стенкой лежит один, который мог бы и заметить. Но да, это очень удобно…
— А он не за стеной, — в голос рассмеялся Фрилл. — Как встал на ноги, так и исследует окрестности "Ники". В промежутках между обедами.
— Его за эти исследования однажды пристрелят, — вздохнула женщина. — У мальчишки потрясающая наблюдательность и совсем никаких тормозов. Плюс на три контейнера котят любопытства.
— Я бы сказал, что мало кто в местной округе ускользнёт от нашего надзора, — вздохнул начальник охраны. — По сути, моя вина, что с вами случилось нечто… Не было бы у вас такого привилегированного статуса, вели бы присмотр мои ребята, последствия были бы куда менее… значительными.
— Привилегированный статус? — переспросила Лариус, снова открывая глаза.
— Распоряжение шефа, — отозвался дефель. — Гостей не прикрывать, препятствий не чинить… Я же шеф безопасности. И если кто-то из гостей пропадает, пусть даже в городе, это же какое пятно на санаторий! А осуществлялось бы прикрытие… Последствия не были бы такими разрушительными, если бы вообще возникли.
— Как я понимаю, обычно гости в состоянии за себя постоять? — вздохнула Лариус. — Наверное, мне придётся пересмотреть своё отношение к оружию. По крайней мере, на цивилизованных планетах…
— Это вопрос ко мне как к представителю охраны, или просто размышления вслух? — переспросил Фрилл. — Если первое, то могу с уверенностью заявить, что в первую очередь оружием является готовность к действию. И уж потом всё остальное. Как я понимаю, загвоздка была именно в цивилизованности планеты?
— На Нар-Шаддаа у меня не возникло бы затруднений, — спокойно ответила наёмница. — Здесь… Другие условия. И опасности другие. Менее очевидные.
— Миры фронтира, — вздохнул начальник охраны и, перехватив недоумевающий взгляд, пояснил: — Выживают молодые и сильные. Те, кто держит бластер в чехле, но не стесняется его доставать. Ботавуи в свою очередь не фронтир, а гораздо более, скажем так, "цивилизованный мир" и опасности тут другие… Менее заметные для того, кто вырос на фронтире. Ладно, док разрешит гулять — заходи, поясню, в чём разница и чего надо опасаться в первую очередь. А я пойду, пожалуй… Дела зовут.
Глава 214
Всю дорогу капитан ехал молча. Нужно было обдумать всё, что было сделано за сегодня, оставить в памяти несколько заделов на будущее, как поступать не следует, а как очень даже следует.
Около пансионата Рик вылез из машины, блаженно потянулся. Сказывалось напряжение последних нескольких часов.
— Кир, мне нужно посмотреть, как там Лариус, после отправимся на корабль, ты со мной или в машине подождёшь? — говорил это парень через открытое окно.
— Пошли пройдёмся, — отозвался Бонга, прихватив с собой шлем. Сам он от доспехов всё ещё не избавился, да и не торопился особо — успеется. Кир выбрался из машины вслед за боссом.
— Доспехи могут счесть оружием, — коротко заметил Рик, — впрочем, неважно. Бус, ты в курсе, где у них тут медчасть?
— Там, — отозвался вместо Бусингера Бонга, махнув рукой в сторону отдельно стоящего строения, куда сдавал Лариус.
— О! Тогда туда и двигаем, — Рик кивнул сам себе, после осмотрел компанию, — три мушкетёра…
— Три кого? — Не понял Кир, двигаясь вместе с капитаном и держа шлем на сгибе локтя.
— Были такие древние слагомёты, мушкеты назывались, однозарядные, грубые, одни из первых. Вот тех, кто из них стрелял, назывались мушкетёрами, — пояснил Рик, — и я когда-то книжку читал о их бравых похождениях. Но там такая древность, аж жуть…
— А, — отозвался Кир. — Да, бравые похождения — тема модная последние тысяч сорок лет.
— Кир, а ты уверен, что тебя вообще в больничку в броне впустят? — поинтересовался Рик, у закованного в силовые доспехи парня. — А то там люди нервные, больные, вдруг у кого сердечко ёкнет?
— Придём — узнаем. Оружие-то я в машине оставил, — пожал в ответ плечами Кир. Не пустят — так не пустят, вернётся в машину.
— Действительно, — кивнул Рик, быстрым шагом направляясь вслед за Киром.
В палату к Лариус в броне не пропустили. Персонал вежливо, но непреклонно рекомендовал наёмнику привести себя в вид, установленный правилами посещения пациентов. Броня в списке разрешённого не значилась.
— Вот и узнали, — усмехнулся капитану Кир. — Я в машине буду, — и, развернувшись, бодрым шагом направился в сторону спидера.
Кивнув пилоту, Рик направился с Бусом дальше, в палату, где сейчас находилась женщина.
Лариус была в палате одна. Аппаратура подмигивала огоньками индикаторов, отслеживая состояние пациентки. Женщина была в сознании, узнала входящих и улыбнулась Бусу. Капитану достался вопросительный взгляд.
— Значит, капитану в качестве посетителя радоваться не обязательно? — Рик внимательно посмотрел на женщину, улыбнулся.
— Всё в порядке? — уточнила наёмница. — Никто из наших не ранен?
— Из наших нет. Даже ссадин не получили, — с явным удовольствием сообщил парень. — О тех, кто помогал, говорить не берусь. Это не наши проблемы. Ты лучше про себя скажи. Как самочувствие?
— Уже лучше, — Лариус наконец позволила себе скупую улыбку. — Хотя пить в местных казино, пожалуй, больше не рискну. Уж очень похмелье… тяжёлое. Какие планы на дальнейшее?
— Планы не меняются, — уверенно произнёс Рик, — наводим марафет на корабле, делаем последнюю подготовку и отчаливаем. А вы двое отдыхать и лечиться. И на улицу не выходить в ближайшее время дальше, чем забор пансионата.
Наёмница снова чему-то улыбнулась — это уже была улыбка, обращённая куда-то внутрь, и от неё веяло серым небом Нар-Шаддаа.
— Не буду выходить, — не стала спорить она.
— И к тебе Бус, это тоже относится, — Рик перевёл взгляд на ушастого, — к тебе даже в первую очередь.
Кушибанин, ободряюще урча,
