с ней… Там пропасть. Очень глубокая. И что-то очень скверное на дне, вроде каменных копий. Сверху такие же висят, кстати. Но если есть желание — можно попытаться.
— Конечно, есть, — Дэй потёрла руки, потрепала по шее Малыша, который тут же улёгся ей на ноги, и снова откинулась на спинку кресла.
— Тогда завтра обсудим подробности, — решил Ник. — Участвует Фьючер, с ним нужно будет решить многое. А пока мы пойдём. Спасибо за помощь, Дэй. Спокойной ночи.
Торчать одному дома, когда приехал в гости — удовольствие ниже среднего. В общем-то, Доминик никогда не относился к тому сорту людей, которым требуются круглосуточные развлечения и спутники, но… но уже на третий день своего гостевания у старшего брата и детального изучения фильмотеки и библиотеки, которые находились в его неизменном планшетном компьютере, целителю стало скучно. Доходы Мэттью позволяли тому содержать большой и не лишённый роскоши дом, однако роскошь была лишь в размерах и количестве комнат: военный до мозга и костей Мэтт привык довольствоваться малым. Единственная комната, в которой царил неидеальный порядок и пестрели яркие краски, была детская — комната, в которой ночевал Дилан, сын Мэтта от первого и пока единственного брака, приезжавший на выходные, о чём они условились с бывшей супругой. Доминик, разумеется, был знаком со своим племянником, но последний раз он видел его что-то около двух лет назад, если не больше. С Корусканта он привёз пареньку подарок — радиоуправляемый космический корабль, который также мог и плавать под водой. Пожалуй, самое то для девятилетнего паренька, разве нет?
Гринвуд вздохнул и повертел коробку в руках, привычно изучая яркие линии. Что ни говори, а дизайнеры понятия не имели о гармонии цвета. Вот как можно было сочетать черный с жёлтым? Черный цвет Доминик вообще не любил, а в компании с жёлтым получалось вообще какое-то мерзкое, вырвиглазное и хаотичное нечто. Отставив подарок, чтобы не расстроиться окончательно, Дом прошёлся по комнате, выделенной ему братом. Стены начинали давить — верный признак того, что пора прогуляться. Захватив с собой планшет, куртку из термоткани и тревожный чемоданчик с медикаментами (ровно также, как и его брат был всей душой военный, Доминик был всей душой целитель) и с лёгким сердцем направился в близлежащий парк — оценить местные красоты, а заодно полюбоваться природным сочетанием цветов…
На полноценный парк облюбованный им уголок не тянул — маловат. Для сада был великоват. Но при ближайшем рассмотрении в нем нашлись и плодовые деревья — некоторые с уже поспевающими плодами, и аккуратные дорожки, и скамейки в тени, и даже бассейн.
Доминик очень редко покидал пределы собственного, давно облюбованного маршрута "госпиталь-дом", поэтому ему всё было интересно. В отпуске-то! Как может быть иначе! В некотором роде он был очень даже благодарен Мэттью за то, что тот оставил его одного на целый день: вечерами брат приходил со службы совершенно уставшим, и у него не было ни сил, ни желания водить младшего по городу и показывать достопримечательности. Поэтому сейчас Гринвуд-самый-младший глазел во все имеющиеся у него глаза и радостно, точно ребёнок на первой прогулке, отмечал всё новое. Внимание его в скором времени привлёк бассейн. Плавать Дом любил, пожалуй, если не больше всего на свете, то… примерно около того. Голубая, мягкая вода блестела на солнце, она манила его. И целитель, недавний выпускник медицинской Академии, почувствовал себя проказливым школьником. Жаркий, солнечный день, у него отпуск, почему бы не искупаться? Быстро скинув одежду и оставшись в темно-синих хипсах, Доминик оставил около бортика вещи, за сохранность которых беспокоиться не стоило — они были снабжены сигнализацией (ещё один плюс его работы) и опустился в прохладную, приятно пахнущую воду…
Бассейн оказался выше всяких похвал. Приятная температура, отсутствие ветра и волн…
Больше всего на свете Дом любил плавать под водой — не с аквалангом, а сколько хватит воздуха, просто так. Поэтому он пару раз нырнул, не торопясь поплыл под водой. Решил нырнуть и в третий раз — тем более, глаза не щипало, и тут…
Перед носом у Доминика оказалась чья-то голова с глазами на стебельках и с четырьмя выступающими клыками, собранными в "клюв".
"Клан?"
Вопрос прозвучал совершенно отчётливо, хотя оба были под водой.
"%#¤!" — подумал Гринвуд, с перепугу замолотив руками перед собой, и тут же вынырнул. Нет, трусом он не был, но он был целитель, а не военный. Это Мэттью и Томас были бы готовы к таким сюрпризам. Но не он. Отдышавшись, Дом откинулся на бортик бассейна. Любопытство победило — он непроизвольно глянул на воду, из которой только что вынырнул.
В бассейне, извиваясь, двигалось тонкое гибкое тело. Волнение воды мешало определить размеры, но казалось, что оно не такое уж длинное — метр, может, полтора. В паре метров от бортика неизвестное существо поднялось вверх, высунув голову, и пощёлкало клыками.
— Клан? — снова спросило оно. На этот раз вслух. Голос у него оказался тонкий и свистящий.
Оттолкнуться ногами от пола, выложенного плиткой, подтянуться на руках и перекатиться через голову, попутно поцеловав затылком собственный чемоданчик — слава Создателю, что вскользь — оказалось делом минутным. Вытряхивая из ушей воду, Дом, тяжело дыша и стоя на четвереньках, тупо поинтересовался:
— К-какой ещё клан?
— Не клан, — сделало вывод существо и копьём вылетело из воды, приземлившись рядом с Домиником. Оно действительно оказалось небольшим — с руку толщиной и около метра длиной. Три пары тонких конечностей, снабжённых острыми даже на вид клешнями, легко удерживали его над землёй. Глаза на стебельках повернулись, оглядывая врача. — Кто?
Странное существо требовательно и цепко взирало на Доминика. В общем-то, ничего удивительного не было, во всей галактике и не такие встречаются. Но… Дом привык лечить если не людей, то хотя бы более или менее человекоподобных. Это же…кто это вообще был такой?
— Доминик Гринвуд, целитель, — решил-таки представиться он, — а вы кто?
— Чай, — свистнуло существо. — Чай Ток. Флорн. Клан.
И протянуло конечность с предусмотрительно сжатой клешней.
Когда прямо к нему свистнула какая-то подозрительного вида клешня, Доминик заколебался. С одной стороны — это был жест явного дружелюбия. С другой же… с другой он и сам не знал, что думать. Вроде бы это существо не нападало на него, не кусалось. Просто оно выглядело иначе. Ну да, может и есть какой-то мир, в котором существуют исключительно люди, но это явно что-то из области фантастики. В конце концов, в их госпитале есть прекрасный набор нано-протезов, мрачно пошутил про себя Дом, и, мысленно распрощавшись с рукой, несмело
