под их контролем до приемлемого уровня, а потом начнём. Мастера спорта по Эчани пока не обещаю, но первый юношеский вполне достижим.
Сквозь русые пряди блеснули заинтересованные глаза.
— А что такое Эчани?
— Это гуманоидная раса, живущая на планете Эшан во Внешнем Кольце. Представители этой расы очень похожи друг на друга, и считается, что возникли они как эксперимент арканианцев с человеческим геномом. Боевые искусства у них возникли и как средство самообороны, и как средство самовыражения — поскольку они похожи как близнецы, то в ход идёт ещё и язык тела, чтобы подчеркнуть свою индивидуальность. А заодно во время спарринга эчани чувствуют чувства и эмоции друг друга. Считается, что язык единоборств выразительнее любого диалога.
— Вот тут я с ними точно соглашусь, — проворчал подросток. — На "Случае" на редкость выразительные мужчины… и женщины тоже, — он покосился на Лариус. — Ладно, врачи так врачи… Привыкать, что ли.
Вручив лапу наёмнице, он простился кивком и направился к выходу, засунув руки в карманы курточки.
Втягиваться в привычную работу после такого нетривиального отпуска, да потом ещё неожиданной встречи с Домиником прямо в своём номере оказалось не так-то просто. Арконка и кэп уже вовсю трудились — из ангара до Шер доносились их переговоры, затем сменившиеся какими-то стальными звуками. А она, считывая информацию о производителе с медпаков, то и дело замирала над каждым с анализатором. Мысли непостижимым образом переключались то на врата из золотого сна, то на их с Домиником студенческое прошлое, то на полустёртый корректор в руке её любимого… Вернётся ли он к живописи? Пусть не сейчас… Пусть потом. Даже через много лет. Когда всё изменится. Когда всё забудется. Тамир Мартье, возможно, и не вернулся из того рейса…Но, кажется, художник — вернулся.
Её задумчивость была нарушена очередной порцией лязгающего звука, как напоминанием о том, где она и чем занимается.
…Наконец последние данные после проверки были занесены в деку.
"Занятие, конечно, важное, но такое однообразное", — усмехнулась Шер, вставая с контейнера и отряхивая пыль с одежды. Теперь было куда проще составить список необходимого оборудования. Без фанатизма, конечно, но… Но пару бактокамер она бы взяла, да и операционный блок хотелось бы новейшей комплектации.
"Обязательно виброскальпели, гемостатические манжеты на основе ультразвука… — Шер выделяла в каталоге все заинтересовавшие её приборы и фармацевтику. Но был ещё один раздел в оборудовании и снаряжении, пропустить который она не смогла. — Вряд ли Рик одобрит, да и я просто врач экипажа, да и некогда будет… Но я себе всё-таки отведу уголок для лаборатории, хотя бы с минимальной оснасткой. А там — попрошу Шай".
Смотавшись на камбуз за водой, Шер решила: на сегодня она остановится со снабжением и обустройством нового медотсека, и проведает своих в "Нике". Тем более, Вэйми в пределах корабля не обнаружилась. Да и Склива надо было вызволять из чужого медблока.
"Вот посмеялся бы Доминик над именем автохирурга!" — Шер не удержалась от улыбки, спускаясь по трапу. Кивнув занятым ремонтом, она открыла дверь ангара и сощурилась от ещё яркого ботавуинского солнца.
Глава 246
Иногда хватает еле уловимого ощущения чего-то уже встречавшегося — вкуса, запаха, цвета, чтобы мысленно вернуться в прошлое. Сейчас это был бордовый кар, поднявшийся в небо недалеко от того места, где она ждала такси. Вспыхнул багровой искрой в лучах солнца и — как цепная реакция в памяти — гонка, не на приз Бунта, а на жизнь, алые цветы под горящими осколками кара и синие глаза СББ-шника.
"Офицер Дженаро… Как он там, в своей Амме? Он даже сейчас продолжает беспокоиться обо мне… А что же я? Улетела, счастлива и думать забыла?"
Кстати, про счастье. Ей же договориться с Дэй нужно!
Новый комлинк Шер положительно нравился — места много не занимал, всегда под рукой, то есть на руке, рядом с оберегом, который сделал для неё Ник. Может быть, как оберег браслетик и утратил своё значение. Теперь, когда, засыпая, она слышала рядом его дыхание, ни злые дознаватели, ни Тёмные Лорды не тревожили её сна. Но нитка с диковинными бусинами хранила тепло рук Ника и была частью того счастливого дня…
— Привет, моя хорошая! — улыбнулась Шер в коммлинк на запястье. — Дэй, можно к тебе приехать?
— Привет! Приезжай!
— Только… Только мне сейчас нужен номер комлинка того безопасника с Бакраны, помнишь? — неожиданно для себя вырвалось у неё. — Кажется, ты говорила, что он тебе оставлял?
Ещё бы ей не помнить. Кажется, теперь имя Дженаро высечено в памяти навечно. Дэй кивнула.
— Хорошо, сейчас.
Три касания по экрану, и номер бакранского безопасника отправился к Шер.
— Лови!
— Спасибо! И жди меня, — услышала Дэй радостный голос подружки. — А ты не знаешь, куда могла податься Вэйми? А то на "Случае" я её не нашла…
Подоспевшее такси прервало разговор — неопределённого возраста ботан галантно открыл ей дверцу, Шер разместилась позади и, задумавшись, не заметила, как они оказались перед "Никой".
Она ещё немного прошла по направлению к зданию, прежде чем послать вызов синеглазому безопаснику. Зачем она это делает? Что она ему скажет? Ведь повода — нет… Но почему-то щемило сердце при одном воспоминании об одинокой фигуре у их корабля. Да-да, именно, какая-то одинокость и глубокая печаль под холодной бесстрастностью, под синим-синим льдом взгляда. Офицер Январь…
Ноги сами свернули от дорожки, ведущей к зданию санатория, под кров зелёной листвы каких-то фруктовых деревьев. Слив, кажется… Пальцы скользнули по запястью с коммом, и Шер набрала воздуха в лёгкие…
Он ответил быстро — словно ждал вызова.
— Слушаю вас, мисс Лонели, — послышался знакомый мягкий голос. — Как ваши дела?
Шер растерялась — даже времени как-то подготовиться к разговору у неё не осталось. Дженаро сразу понял, что это она.
— Как вы догадались, что это я, сэр? — услышал безопасник на Бакране её смех. Немного нервный.
— Мисс Лонели, не мог же я пообещать вам помощь и не сохранить ваш номер, — ей послышался ласковый упрёк. — Не заставляйте меня думать, что вы подозреваете меня в таком бессердечии….
— О, нет, что вы… — улыбка на её губах ещё была немного растерянной. — Это было бы чёрной неблагодарностью с моей стороны, мистер Дженаро, после того, что вы для нас сделали… А как вы сами поживаете? — с живостью спросила она, но было в её голосе что-то доверительное, будто они знакомы тысячу лет и находятся рядом, на расстоянии вытянутой руки…
Пауза была почти незаметной. Когда голос Дженаро зазвучал снова, в нем можно было уловить лёгкий
