Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 102
− Что, влип, толстокожий гниюн?
Он перестал дергаться и насмешливо уставился на меня. Он пока не понимал, даже представить себе не мог, как страшна будет моя месть.
− И что ты будешь со мной делать? Ведь ты вне закона. Какой смысл держать меня связанным?
− Ты тупой проходимец! Безмозглый болван! Я теперь с тебя живьем шкуру спущу, если пожелаю! Ради мести. Ты мне всю жизнь испортить хотел, так ты заплатишь за свою глупость!
− Ты не летишь на мой корабль? – не без удивления спросил он.
− Свадьбы не будет, жених недоделанный! Ты указал курс на Белый Астероид – будет тебе Белый Астероид! Могилой он тебе будет!
Теперь я могла покуражиться над ним, поиздеваться вволю, могла сделать всё, что захочу. Во мне рождался Зверь! Но этого всего, как не крути, будет мало – ведь убитого им паренька не вернуть с того света.
− Может, не стоит спешить? – голос пленника потерял былую твёрдость.
− А я не буду спешить. Ты сам будешь умалять меня подарить тебе смерть. Но тебе надоест умирать много раз. Так что сиди тихо и не доставай меня своими воплями.
Некоторое время Татхенган и, вправду, сидел тихо, хотя вряд ли тому виной были мои угрозы. Букарус деловито ползал вокруг него, но приближаться слишком близко не решался.
− Убери его, − требовательно произнёс пленник.
− Не любишь животных? – съехидничала я.
Мне не было никакого дела до его проблем, сидя в кресле с наушниками на голове, я изучала близлежащую обстановку. Кроме вопрошающих сигналов с «Розовой Мечты» вокруг было спокойно.
Белый Астероид только−только появился в пределах видимости радара.
Татхенган понял, что поблажек не дождётся, и потому решительно попытался взять ситуацию в свои руки. Ему стоило немалых усилий, чтобы встать, затем, рискуя грохнуться из−за потери равновесия, допрыгать до ближайшего кресла. В последний момент, подвернувшийся под ноги зверёк, едва не испортил всё дело. Связанные за спиной руки причиняли ощутимое неудобство.
Татхенган перевёл дыхание.
− Я… люблю тебя, − видимо по его замыслу это признание должно было подействовать на меня шокирующе. И он не ожидал от меня, что я в ответ рассмеюсь.
− Неужели? Ох, насмешил, – сквозь смех проговорила я. Гневные искорки, блеснувшие в его глазах, рассмешили меня ещё больше. – Ты что−то слишком много болтаешь.
− Это правда…
− Так я тебе и поверила! Великий храбрец, считающий за честь убить беззащитного ребенка, безнадёжно влюблён… Какая трогательная история! Извращенец!
Я с отвращением посмотрела на Татхенгана и, прицелившись, выстрелила ему в лоб. Секунду спустя он умер.
Глава 26
Я отвернулась: пусть его душа мчится по чёрному тоннелю навстречу со своими грехами. Далеко ей вряд ли удастся уйти. И если через пару минут он будет уже в аду, я вырву его оттуда, чтобы вновь ввергнуть в жизнь. Я могу, конечно, подождать и дольше – его тело безжизненно и на него вряд ли позарятся свободные бестелесные сущности, бороздящие пространство вселенной в поисках полноценной физической оболочки и жизненной энергии. Но Белый Астероид уже на виду и его правая сторона, попавшая в солнечную зону, сияет, как гранёный алмаз наивысшего качества.
Крылатый оранжево−чёрный паук превратился в сплошное кровавое пятно. По мере того, как я продолжала смотреть на свою жертву, паук проявлялся всё чётче, огнестрельная рана уменьшалась пока, наконец, внутреннее черепное давление не выплюнуло наружу серебряную пулю. Татхенган дернулся и открыл глаза. Его лицо исказилось в мучительном переживании воскрешения.
− Понравилось? Согласен ли ты быть мне мужем в болезни и здравии, в радости и горе, пока смерть не разлучит нас?
− Если ты этого хочешь…
− Всю жизнь мечтала выйти замуж за труп. И только когда, разлагаясь, он начнёт портить воздух, можно не открывать окна для проветривания, а оживить его. Или ещё лучше, спрятать в шкафу его скелет, который при необходимости можно воскресить и демонстрировать гостям, расхваливая его достоинства. Весело, правда?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
− Что ты собираешься делать?
− Догадайся с трёх раз.
Кажется, он воспринял мои слова слишком серьёзно.
− Оставишь меня умирать на астероиде?
− Ответ неверный! – я тут же выстрелила ему в колено. – Я пока только собираюсь приземлиться.
Татхенган мужественно корчился от боли. Его терпению можно было позавидовать.
− Тебе… − прерывистое дыхание мешало ему говорить, − надо−ест изде−еваться надо мной.
− Ошибаешься! Тебе удалось разбудить во мне зверя, так что мучить тебя я буду долго.
− Пожалуйста, не надо… − тихо попросил он.
− Что? Что? Я не расслышала.
− Но я ведь подарил Нацтеру быструю смерть.
− Но ты и жил дольше. Даже слишком долго и потому достоин той смерти, что ждёт тебя.
«Пара выстрелов, и он сделает, что угодно лишь бы спокойно умереть», − знала я.
Тут в наушниках послышался сигнал полицейского корабля: «Мой Принц» остановитесь, «Мой Принц» остановитесь…».
Предчувствие, что дела плохи, изрядно испортило мне настроение. Между тем, сохраняя видимость спокойствия, я начала переговоры с полицией.
«Я «Мой Принц», требую объяснений».
«Простая формальность: получен сигнал тревоги с «Розовой Мечты».
«Что им надо?».
«Установить, что произошло с их капитаном».
«Капитан на борту «Моего Принца» с ним всё в порядке».
«Назовите себя».
Я не стала скрывать.
«Лануф Ричард−Анна.»
Пока патруль пребывал в замешательстве, я приставила «пушку» к животу Татхенгана и прошептала:
− Это ты натравил на меня космопол! Они, как шакалы принюхиваются к каждому кораблю в поисках моей головы. Если ты сейчас не скажешь, как охладить их пыл, я сделаю решето из твоих кишок или ещё лучше…− «Револ» ткнулся ему между ног.
Он не выдержал моего взгляда и с ужасом уставился на руку, державшую «Револ».
− Я могу подать заявление об отказе от поисков.
− Не можешь, а должен! Записываю…
Я сунула ему под нос диктофон.
Татхенган излишне поспешно продиктовал своё заявление, и вскоре передатчик «Моего Принца» беспрерывно заголосил во всю длину радиочастотных волн.
«Я Татхенган – Мегрике Дордодотернзис, султан…− Далее шло перечисление всех его многочисленных регалий – заявляю об отказе от поисков Лануф Ричард−Анна. Выдача вознаграждения аннулируется».
«Желаем, счастья в семейной жизни!», − отреагировал общавшийся с нами полицейский патруль.
− Грозные мальчики в погонах пожелали нам счастья в семейной жизни, − усмехнулась я.
Татхенган выглядел подавленным. Лицо его приобрело серый оттенок.
− Ах, я забыла, ты же истекаешь кровью! Нельзя, чтобы за доброе дело ты так мучился.
При этих словах пленник вздрогнул. Я равнодушно нажала на курок. Но вместо выстрела, раздался лишь щелчок.
− Надо же кончились патроны, − разочарованным тоном произнесла я. – Но не печалься муженёк, я что−нибудь, придумаю.
Я отдала бесполезную «игрушку» букарусу, который, не зная, чем себя занять, начал проситься ко мне на колени. Получив подарок, счастливый зверёк ускакал из отсека.
− Дай воды… пожалуйста, − попросил Татхенган.
− С чего вдруг? Ты и так скоро умрёшь.
− Пожалуйста, − взмолился он, − мне плохо…
− Поздно давишь на жалость, ублюдок. Скоро тебе будет ещё хуже.
Я не смотрела в его сторону. Была занята посадкой корабля на астероид. Само космическое тело было не более пятисот миль в обхвате, обладало незначительным весом – тонн тридцать пять, и самое главное, что его отличало от других собратьев по планетарной классификации – это слишком большое притяжение. Так что опуститься на отшлифованную сверкающую белизной поверхность − быстрое и верное самоубийство, если конечно, заранее не приготовишься к смертельному сюрпризу.
Повинуясь моей воле, корабль завис над астероидом, не долетая до поверхности метров сто. Затем при помощи трех трубкообразных присосок зафиксировал своё положение.
Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 102
