нет его.
Денис со вздохом поднялся на ноги и решил пройтись до рубки, чтобы как-то убить оставшиеся двадцать минут ожидания. Спустившись на первый этаж, он с удивлением обнаружил все еще пристегнутую к креслу плачущую княжну. Час от часу не легче… И что теперь с ней делать? Денис схватился за виски, с трудом удерживаясь от желания решить проблему кардинально, заманив Радмилу в капсулу стазиса.
— Ты иди… погуляй, не знаю. Маркуса найди. Только не трогай ничего.
Не обращая внимания на ответные причитания, Денис опустился на четвереньки и принялся рыскать возле кресел. Ага, вот он где! Отнятый у верного брата браслет укатился за переборку, но был найден и извлечен на свет. Денис повертел оружие в руках, пытаясь понять, что именно не давало ему покоя… Неожиданно маленький вес, никаких видимых механизмов управления… Но было что-то еще… Наконец, он понял. Верный брат выстрелил два раза. Один снаряд ушел в молоко, другой попал в бандита. Когда Денис снимал браслет с руки прислужника, пустовало как раз два гнезда. Но теперь все до единой стрелы находились на местах.
Погрузившийся в свои мысли Денис поднялся на второй этаж. Ноги сами собой принесли в спортзал. Возле стены с оружием на корточках сидел шериф — перебирал коробки, рассортировывая содержимое на несколько кучек, и что-то тихо приговаривал. Денис прошел мимо и уселся на пол, прислонившись спиной к гладкому боку медицинской капсулы.
Он не знал, сколько времени прошло, когда капсула издала мелодичный звук. Закаров очнулся и посмотрел на виртуальный монитор. Над головой светился длинный список медицинских терминов. Он пробежал глазами до конца текста, где на зеленой плашке значилось: реабилитация возможна. От облегчения он прикрыл глаза и потер живой рукой лоб. Улыбнулся, принялся читать дальше: «Предполагаемое восстановление работоспособности — девяносто два процента. Процесс займет четырнадцать дней, восемь часов, сорок три минуты». Капсула тихо загудела, приступая к процессу регенерации. Окно, где виднелось бледное лицо Софи, словно затянуло изморозью, сквозь которую едва проступали темные пряди волос и спутанная паутина проводов. Список повреждений исчез, в воздухе зажегся обратный отсчет. Спи и поправляйся, Софи.
