причините вред Каистерону или Зиде Дайаха, Башат-бар-Калис за них отомстит в полной мере. В этом теперь нет никакого смысла. Вам следует вернуться на ваш плот и уйти. – Затем он с нажимом добавил: – Я не советую вам посещать Ниент-арайк.
«О, так вот в чем дело», – подумал Каи.
Благословенный Бессмертный терял терпение:
– Никто не знает о том, что я здесь. Прекрати тянуть время и расскажи мне, где поисковый камень.
– Зачем он тебе, Фаарин? – резко спросил продолжавший лежать Даин. – Сколько еще Благословенных Бессмертных участвуют в твоем глупом бессмысленном сговоре? Ты боишься, что Зарождающийся мир выследит их или Бессмертных маршалов?
Рамад поджал губы:
– Даин.
– О, перестань, ты никогда ничего не добьешься, если будешь вести себя разумно с этими людьми, они подобны детям с гигантским эго… – Даин со стоном умолк, когда Благословенный Бессмертный наклонился и ударил его ладонью по лицу.
– Маленький отступник, – прорычал Благословенный Бессмертный Фаарин, – ты говоришь о заговорах так, словно знаешь слишком много.
Каи поморщился. Щупальца заклинания, которое он оставил в воде, прошли по его нервным окончаниям, заставив его задрожать от холода, когда оно продолжило пробираться сквозь ковер из водорослей и уже почти коснулось теневых лент. Каи требовалось отвлечь внимание врага. Однако ждать дальше было слишком рискованно, ведь на кону стояла жизнь Даина. Каи приподнялся, чтобы привлечь его внимание.
Рамад, не сводивший глаз с Фаарина, его не заметил.
Лишить Благословенного Бессмертного способности сопротивляться намного труднее, чем высосать силу могучего толкователя. Но Каи к этому приготовился. В некотором роде спланировал. Ну, почти. Ведь многое зависело от реакции Фаарина.
Даин сглотнул – и ничем другим не выдал, что заметил присутствие Каи. Затем Даин бросил злобный взгляд на Фаарина.
– Не имеет значения. Ты ведь все равно нас убьешь, – сказал он хриплым от боли голосом.
Благословенным Бессмертным не нравилось, когда им возражали.
– Молчи, глупый ребенок. Тебе остается винить только себя самого…
– Где моя сестра? – теперь охваченный яростью Даин говорил громче. – Подлый прихлебатель Иерархов, что ты с ней сделал?
Даин пытался либо отвлечь Благословенного Бессмертного, либо получить от него информацию. Каи почувствовал, как соединились два заклинания, и переплел их сущности. Он надеялся, что толкователь в лодке Даина находился достаточно близко, чтобы воздействие получилось полным, и опустошил почти весь колодец боли в исходное заклинание, дрейфовавшее на поверхности воды двумя уровнями ниже. Было трудно не оставить хотя бы немного себе для обороны, но его задача требовала все. А потом он его отпустил.
Грохот эхом разнесся по лестничному колодцу, затем послышались крики ужаса. Каи вскочил на ноги, когда жар и вонь горящего ковра из водорослей поднялись в шахту. Фаарин и телохранитель повернулись в сторону лестничного колодца, а Каи бросился вперед.
Маленькое заклинание, которое он приготовил, уже пришло в действие благодаря боли; он сорвал его с плеча и швырнул в телохранителя. Но шансов увидеть результат не было. Фаарин двигался так быстро, что, прежде чем Каи успел сделать еще шаг, клинок Благословенного вошел в его грудь.
Сначала он ощутил удар. Настоящая боль еще оставалась ужасным обещанием, точно готовый распуститься ядовитый цветок. Каи чувствовал, как инерция движения и масса тела потащили его вперед, и металл меча Благословенного еще на один дюйм вошел в грудь. Он оказался так близко, что мог разглядеть белую щетину над верхней губой идеального рта. Каи сорвал последнее заклинание с груди, потянулся вперед и ударил им о запястье Фаарина.
Могущество этого заклинания в свое время потрясло Зиде, так сильно зарядил его тот, кто создал, – толкователь. Однако оно не предназначалось для Благословенного Бессмертного, а значит, могло не сработать.
Но Фаарин застыл на бесконечно долгие мгновения вдоха, покуда кровь из сердца Каи пропитывала его тунику, а ужасная боль пронзила грудь. На демона уже начала наваливаться тьма. Затем лицо Благословенного Бессмертного утратило осмысленное выражение, и он начал падать.
Каи попытался вырвать клинок, но тот вонзился слишком глубоко. Он тянул демона вниз, разрывая рассеченную плоть. Каи упал на колени; Фаарин уже лежал на полу. Голова у Каи кружилась, новая сила вошла в него, но, пока оружие Благословенного оставалось в его сердце, он ничего не мог сделать.
Кто-то оттолкнул потерявшего сознание Благословенного Бессмертного, и чьи-то руки схватили Каи за плечи.
Рамад склонился над ним, глядя на Каи широко раскрытыми от ужаса глазами.
– Каи, – прошептал он.
За Рамадом лежал смертный страж, потерявший сознание от более слабого заклинания. Даин вскочил на ноги, принялся собирать свои кожаные папки и заталкивать из в сумку.
– Просто вытащи меч! – прорычал Даин. – Неужели ты ничего не знаешь?
– Вытащи меч, – эхом отозвался Каи, но его слова прозвучали едва слышно.
– Ты уверен? – Казалось, Рамада вот-вот стошнит.
Должно быть, он получил серьезные ранения. Каи решил, что разберется с ними позднее.
– Да! – Даин поднялся на ноги и закинул сумку на плечо. – Просто сделай это!
– Да, – прошептал Каи.
Рамад с трудом сглотнул, потом, стиснув челюсти, сжал рукоять и рванул на себя.
Облегчение было почти таким же шокирующим, как боль. Каи сделал глубокий вдох и прижал руки к уже начавшей закрываться ране. Он наклонился вперед, сражаясь с потоком силы, созданной его собственной агонией, чтобы направить ее на исцеление.
Боль стекала в его колодец, пока не начала гудеть под кожей, как после удара молнии. Перед глазами у Каи потемнело, желудок вновь попытался вывернуться наизнанку. Каи уже никак не мог понять, почему собственная боль казалась ему такой хорошей идеей. Толкователи являлись настоящими маньяками.
Заклинания черной магии творить проще, как и быть демоном. Даже оказаться мертвым представлялось легче, хотя ему ни разу не удалось добиться последнего.
Когда прошла первая волна боли, окатившая его с ног до головы, легкие Каи снова наполнил воздух.
Его сердце ненадолго замерло, а потом снова начало биться в привычном ритме. Он сел, прищурился и хрипло задышал.
– Так лучше. Рамад, спасибо тебе.
Рамад стоял с широко раскрытым ртом. Даин выхватил клинок из его руки, подошел к лежавшему без сознания Фаарину и вонзил лезвие ему в сердце.
– Даин! – Поврежденные легкие Каи еще не завершили регенерацию, поэтому голос прозвучал невнятно. – Что ты…
– Маршалы убили бы его в любом случае! – резко ответил Даин, проворачивая оружие и расширяя рану, чтобы довершить дело.
Рамад схватил Каи за руку, он переводил взгляд с него на Даина в совершенном недоумении. Дороги назад уже нет: поразить сердце благословенным металлом – самый верный способ убить даже Бессмертного маршала. Если бы они взяли его в плен, то Рамад отвез бы его в Бенаис-арайк, чтобы разоблачить остальных заговорщиков среди Благословенных Бессмертных.
– Знай я, что ты собираешься его убить, я мог бы его просто выпить, – беспомощно сказал Каи.
– Я не могу думать за всех! – Даин вытащил оружие и стал быстро подниматься по лестнице к плоту. – О, дерьмо,
