Уходя Гасите Всех I, или Инженер против VI - Яр Красногоров

Глядя на то, как мое появление однозначно стало новостью дня, у меня в голове пронеслось с десяток мыслей: «Явление Христа народу, блин, все так смотрят. Кстати, получается, эти челики будут пиариться за мой счет! Не прикольно. Какой мой профит с этого⁈ Понтовый тут я, а они просто делают контент. Так стоп. Погодите-ка!!! А это же пипец какая прикольная идея! Я просто введу налог за свое упоминание, ну, типа реферальной ссылки, и часть понтов будет уходить мне! Понятное дело, я и так пиздатый, но в таком случае я гарантированно получу огромный капитал очков и смогу лично контролировать экономику позёрства, не ломая принцип её работы! Гениально!».

Смешок злобного гения вырвался из груди, смутив впереди идущего курсанта, но мне было все равно до его реакции. Я озирался по сторонам и смотрел на то, как подполковник, будучи членом пятого рубежа, следовательно и моим личным представителем, наладил быт бывшего военного училища.

Первое, что бросалось в глаза — больше здесь не учили, а сразу применяли знания на практике. Огневые точки, забор, перемещение по территории только трусцой, муштра и подготовка. Я словно шагал по лагерю спартанцев, готовящихся к своему последнему бою.

Посмотришь налево — там тренируют вскидку оружия и стрельбу рассредоточенным взглядом, посмотришь вправо — там солдатики снаряжают магазины, доставая эти бесконечные ящики из подземного склада. Позади слышалось жужжание, доносившееся с небольшого «полигона» — это будущие операторы дронов рассекали воздух на тренировочных коптерах, отрабатывая маневры в узких и темных помещениях. А вот прямо было то, чего я бы не хотел больше видеть, но именно я распорядился так, чтобы это увидели все!

На большой баннер под легким навесом от непогоды траслировался целый сюжет. Перед этим баннером собрался отряд из двадцати парней, один из многих отрядов, которые смотрели ролик в порядке очереди.

На белом брезенте нон-стопом транслировалось поистине мерзотное видео. Палаточный городок с худшими представителями маргинальной прослойки выжившего населения. Крупным планом показывалось, как доведенные до крайности, до скотского состояния, люди валялись в собственных испражнениях, ловя очередные приходы от порции «настроения», которое скидывал с балкона одетый в плащ пижон с короной на голове. Мелькали кадры пьяной поножовщины, насилия над слабыми, извращения всех видов и полного растворения всего человеческого.

Затем видео сменилось записью с дронов, как отряды этих дикарей врываются в очередной дом, где тайком спасалась какая-то семья. Связанных мужчин вытаскивали на улицу, сопровождая их падение в грязь смачными тумаками. Затем их заставляли смотреть на то, как их женщин насилуют целыми отрядами, и после этого так же избитых женщин вместе с детьми уводили в рабство. Покалеченных и униженных мужчин бросали привязанными к столбу, а ворота оставляли открытыми, приглашая тем самым зомби на ужин. В этот момент я пожалел, что шлем от костюма в руках дневального. Блевальный мешочек мне бы сейчас сильно пригодился.

Я остановился, не в силах оторвать взгляд от следующего кадра, как наш разведчик врывается в такой вот дом, убивая зараженных, что практически добрались до избитых. После чего освобождает от пут и тайной тропинкой уводит в сторону форпоста. Следом кадр сменялся, и перед камерой сидело двое избитых, но уже отмытых мужчин, плачущих на камеру и рассказывающих душещипательную историю о своем горе. Их рассказ плавно переходил в то, как они рады примкнуть к нам — тем, кто сражается за такие высокие идеалы и строит справедливое будущее для граждан Цитадели. Их монолог на этом отрезке сопровождался короткими вставками эпичных моментов: оборона стен от орды, спасение запертых людей, мое эпичное бруталити, где я, в свете Горгоны, отрываю голову трехглазой страхоебине, и всё это на фоне поднимающегося флага Цитадели.

— Завтра это уже будут крутить в Цитадели, — тихо произнес я, — а сегодня пускай радио спокойно послушают.

— Что вы сказали? — переспросил дневальный.

— Говорю, среда завтра. Далеко еще идти?

— Нет, ваш рабочий кабинет вон в том административном здании на третьем этаже. Там есть все, душ, уборная…

— Погоди, погоди! — оборвал я его. — На каком этаже? Третьем?

— Да-а-а, — дрожь в голосе выдала волнение паренька.

— В пизду лестницы, не хочу я на третьем этаже. Мне первый нужен! — я бегло осмотрелся по сторонам и ткнул пальцем в небольшое помещение с характерными чертами моей прежней берлоги. — Че там?

— Гараж, товарищ председатель, — с опаской ответил дневальный.

— Збс, туда мне все и оборудуйте. И места побольше освободить. Скоро сюда еще несколько Безмолвных Кузнецов прибудет, им тоже нужно место для работы.

— Кто прибудет?

— Мои доморощенные спецы по броне. Хотя, че я тебе объясняю⁈ — нахмурившись, произнес я. — Выполняй приказ, солдат! — ради прикола рявкнул я. Парнишка подскочил как ошпаренный и, сорвавшись на бег, помчался в сторону будки дежурного. — Стой! — закричал я. — Шлем верни!

Извиняясь, парень так же осторожно вернул мне мой шлем и, придерживая рукой болтающийся на поясе пистолет с ножом, побежал к своему командиру.

— Вот дурни, млять! — прогремел сзади знакомый голос.

Я обернулся и ничуть не удивился, что подполковник смог без каких-либо проблем подкрасться ко мне со спины.

— Товарищ подполковник, — с улыбкой ответил я. — Загоняли вы их тут, одобряю.

Старый вояка ответил тем же и кивнул на спешащих в мою сторону и дребезжащих тяжелыми костюмами воинов третьего рубежа:

— Если бы я участвовал в этой идиотской Кровавой игре, на, то я бы уже принес еще один балл разведке, млять. Туебни узколобые! — рявкнул на них Гроза, когда воины приблизились на достаточное для слышимости расстояние. — Лидер прибыл на не подконтрольную вам территорию, а вы в грузчики заделались, блядь⁈ Да вы должны в его тень превратиться! — он замолчал на секунду и, посмотрев исподлобья, хрустнул костяшками. — Ну, ничего, у меня скоро и для вас время освободится! — в его хищном оскале можно было видеть, сколько боли, крови и пота придется пролить моей охране.

Впрочем, я и не был против этого. Я снова повернулся к баннеру, где тощий отморозок в плаще вертел на пальце револьвер перед строем людей на коленях. Я знал, что будет дальше, так как сам местами монтировал этот ролик, полученный из разведывательных данных об анклаве рядом с нами. Поэтому я, наверное, невольно зажмурился, прекрасно зная, что из динамиков сейчас раздастся хлопок выстрела, когда ублюдок будет играть в русскую рулетку с пленниками.

— Ты сказал, что дело срочное, — повернувшись к вояке, произнес я. — Потому я прибыл сюда на