Система отсыпала щепотку опыта, по традиции разделённого на всю нашу группу, а так же сообщила, что это Квазир шестого уровня. Что ж, будем знать. А вот змееподобные существа назывались Наядами, хотя с русалками их роднило, разве что, гибридное тело. Зато в отличие от чисто морских обитательниц они прекрасно чувствовали себя на суше.
Каждый четырёхрукий змей в бою стоил нескольких неуклюжих жаб, только и годных, чтобы плеваться и тыкать в спину острыми палками. Наяды волчками крутились на месте, отражали и наносили удары в ответ, попутно уворачиваясь от обстрела тёмной субстанцией. А некоторые ещё и умудрялись колдовать в процессе боя. Одним словом, неприятные противники, благо их было не так много.
Кто-то из людей в чёрном принялся палить в них из огнестрела, но ничего, кроме фонтанчиков изумрудной крови, выбить из змеевиков не получилось. Лишь когда он перенёс огонь на квазиров, те стали понемногу склеивать ласты. Наверняка у наяд живучесть где-то на уровне людоящеров, если не лучше. Потому что на моих глазах один из морских змеев получил сквозное ранение, но продолжил сражаться с дырой в туловище как ни в чём не бывало. Только повторное попадание, лишившее его большей части головы, стало летальным.
Солод молодец, не сплоховал. Военные знали, кого отправлять в опаснейший рейс.
Атакующие тоже не оставались в долгу — в меня несколько раз ткнули острыми пиками, проверив бронежилет на прочность, и вскользь обдали руку кислотой. Как ни странно, моя зелёная кожа выдержала, а вот тактическая перчатка расползлась по швам. Жаль, что каску я взять в поход не догадался, поэтому пришлось попрощаться и с половинкой правого уха, отсечённого одним из наяд. Ещё чуть-чуть, и монстр заодно бы проверил мой череп на прочность.
Пожадничал, называется! И ведь встречал у торговцев неплохие армейские шлемы, но решил, что мне такая приблуда не понадобится. Почти все боевые заклятия запросто пробивают современную броню, если уж попадут, а рукопашная схватка случается не часто. Ну кто в здравом уме мог подумать, что мы схлестнёмся на мечах и топорах с подводными жителями?
И чего им всем спокойно на своём дне не сиделось…
Мне давно уже не привыкать к боли, но расставаться с ухом было очень неприятно. И ловкий змей на своей собственной шкуре ощутил всё моё негодование. Я перерубил мифриловым топором две нижние сабли под самые гарды, после чего вспорол тому чешуйчатую шкуру вместе с бронёй чуть ли не до самого горла. Тот такого явно не ожидал и успел напоследок возмущённо прошипеть. Кстати, оружие у морских разбойников оказалось не металлическое, что вполне естественно, а костяное или каменное. У некоторых копий наконечники напоминали осколки вулканического стекла — обсидиана. Достаточно острые для боя, и вместе с тем не заржавеют в агрессивной морской среде.
Талии тоже пару раз прилетело от пиратов, но в ответ они получили гораздо больнее. Её магический хлыст пластал нападавших на ломтики, создавая вокруг девушки мёртвую зону. Разок досталось по хребту и союзной нежити, хотя та и так уже держалась на честном слове. К чести умертвий, они приняли на себя основной удар, иначе нас всех завалили бы телами. Всё же численное преимущество было за врагом.
На противоположном борту дела обстояли ничуть не проще. Переродившийся оборотень расшвыривал пиратов по сторонам, заодно держа в зубах чьё-то трепыхающееся тело и периодически его пожёвывая. Сухарь формировал из обильно разлитой крови изумрудные лезвия и шипы, Аннушка телепортами морочила голову абордажникам, а Демидов палил из странного огнестрела.
На палубе развернулось настоящее побоище. К такому отпору морские обитатели оказались явно не готовы, и кое-кто из раненных бросался обратно в воду. Если успевал.
Солод тоже разошёлся не на шутку, и пару раз рядом со мной проносились сгустки тьмы, пробивая всё на своём пути. Хорошо что военному хватало ума не стрелять в сторону корпуса или надстроек, иначе он мог нас потопить гораздо быстрее и эффективнее, чем все подводные налётчики вместе взятые.
— Эй, зелёный! — крикнул он мне, в перерыве между очередными залпами. — Мы тут справимся, отшвартуй нас, иначе не успеем!
Я разделался с очередным противником, подмявшим под себя одно из умертвий, и бросил короткий взгляд на море. Точки уже превратились во вполне различимые очертания чудищ, которые на всех парах спешили к нам наперерез. И это лишь те, что предпочли всплыть. Что там творится под водой, одному только морскому гоблину известно. Он постоянно вертел головой и к чему-то напряжённо прислушивался, шевеля перепончатыми ушами.
Дело плохо.
Слева по борту начало что-то взрываться, поднимая водяные столбы, но мне сейчас было не до этого. С нашей стороны на буксире по-прежнему тащилась огромная морская черепаха, выполнявшая роль живого якоря. Прикончить её за пару минут я не мог при всём желании, а вот отцепить от корабля — вполне.
— Не скучайте!
С этими словами я свернул топор обратно в компактный брусок перемахнул через частично разбитое ограждение. Но до воды не долетел, ухватившись в полёте за один из натянутых тросов, сплетённых из толстых бурых волокон. Тот даже не провис под моим весом, а в нос ударил терпкий запах водорослей. Вот, значит, из чего их делали, а их прочность неудивительна. По ним недавно взбирались здоровенные змеелюди, куда тяжелее человека.
Перепад высоты вышел приличный, и меня сразу же потянуло вниз и вперёд, прямо к блоку, установленному меж двух крупных шипов на панцире. Правда, съехал я на мифриловой болванке в качестве блока, иначе ладони стёрлись бы до мяса. А под конец и вовсе отпустил руки, влетев вперёд ногами в грудь одному из суетящихся возле орудия стрелков. Худощавый ящер от удара сложился пополам и улетел на другой край панциря. Туда же отправился его напарник, который решил меня проткнуть кривым каменным кинжалом. Ему хватило одного лишь удара болванкой промеж выпученных глаз.
Вообще рептилии, которых система окрестила Скинками, оказались на удивление хилыми. Спасала их только скорость, да только в такой тесноте далеко не убежишь. Даже я на их фоне казался настоящей машиной смерти. За какую-то минуту мне удалось учинить тотальный геноцид на отдельно взятом панцире, отделавшись лишь парой новых дырок в собственной шкуре. Последние выжившие предпочли слинять, сиганув в море. Теперь понятно, почему они не пошли на абордаж — их бы там просто затоптали в суете, даже не заметив.
Следом под раздачу попали стационарные стреломёты, держащие костяной корабль на привязи. И когда дело уже подходило к логичному концу, мной заинтересовались всерьёз. До этого я особо не воспринимал морское животное как источник угрозы, а зря. Потому что внезапно из воды вынырнула длинная шея, увенчанная сравнительно небольшой головой с острым клиновидным клювом. И судя по наклону, шла она прямиком из-под панциря, на котором я стоял. Голова смерила меня недобрым взглядом, после чего стремительно рванула в мою сторону, выставив перед собой клюв.
Да вы все издеваетесь!
Из победителя я моментально оказался в роли червя, которого хочет заклевать голодная курица. Пришлось прыгать в сторону и прятаться за шипами. И так раз за разом, приближаясь к кромке воды. Прыгать в море не очень-то и хотелось. Во-первых на дворе совсем не лето, водичка холодная, а во-вторых в родной стихии оно меня достанет ещё быстрее. Плюс где-то там барахтались беглецы.
Двигалась шея столь резко, что мне едва хватало времени, чтобы уворачиваться от новых выпадов. Пару раз едва разминулись, при этом залепить ей по башке в ответ я банально не успевал. Достать топором её можно было лишь подставившись самому, но голова морского чудища только выглядела крохотной. Один только костяной клюв достигал метра полтора в длину. Насквозь он меня, скорее всего, не пробьёт из-за бронежилета, а вот калекой оставит с высокой вероятностью.
Будь у неё в черепной коробке хоть какие-то мозги, это Лохнесское чудовище давно бы со мной разделалось, просто ненадолго нырнув. Но оно с тупым упорством продолжало стучать клювом по своему же панцирю в попытках отщипнуть от меня кусок пожирнее. Я же отчаянно скакал как блоха, укусившая допингового атлета, стараясь протянуть как можно дольше. Этому поспособствовала и дикая качка, начавшаяся в какой-то момент. Ещё недавно море было вполне спокойным, а сейчас там резко загуляли огромные волны, хотя ничего не предвещало шторм. Даже ветер особо не изменился, не говоря уже о ясном утреннем небе над головой.
