за тобой.
Я застыла.
«Что за…»
Я решила, что мне послышалось, поэтому посмотрела на Каллисто. Судя по его серьезному выражению лица, он ни капли не преувеличивал.
Я схватила его за запястье и спросила:
— Почему… Почему Вы думали о таком? Почему…
— Потому что мне так хотелось.
Услышав такой незамысловатый ответ, я скривилась. Если бы мне удалось выбраться отсюда после того, как я выпила яд, Каллисто перерезал бы себе горло?
От этой дикой мысли у меня похолодело все внутри.
— Вы же сказали, что хотите стать императором! Так какого черта Вы собирались сделать такую глупость?!
— …Я не думаю, что смог бы жить в этом аду без тебя, — признался он.
Я не представляла, что мне делать с этим безумцем, поэтому просто ошалело на него пялилась.
— Не злись. Это уже в прошлом.
Зная, что был неправ, он склонил голову. Я продолжала смотреть на него.
— …Уже слишком поздно.
— …
— Уже слишком поздно, у меня не осталось ни малейшего желания начинать какие-либо отношения. Что теперь будете делать?
Это я причиняла ему боль, однако глаза заволокло тоже у меня.
Кронпринц усмехнулся и резко ответил:
— Ну, я же говорил, что ни к чему тебе все это знать.
Затем он переместил руки от моих щек немного выше. Его большие ладони накрыли мои уши. Было такое чувство, будто я оказалась под водой.
— Разве я не говорил тебе больше беспокоиться о мышах, чем о кошках, а? Просто делай то, что хочешь. Если мы отсюда выберемся — забудь все, что слышала, — тихо прошептал он, крепко прижимая руки к моим ушам, чтобы мне не было слышно.
Но я все равно все услышала.
Больше я не могла этого выносить, поэтому стукнула его по груди и нервно закричала:
— Безумный ублюдок! Как я смогу забыть об этом!
— …Ух, принцесса.
— Взяли и рассказали мне все! Раз Вы так поступили, то что мне остается делать? Вы сказали, что хотите видеть нас партнерами! Вы… о чем Вы тогда думали?..
Закончив кричать и лупить его по груди, я закрыла лицо ладонями и разревелась.
— Принцесса, ты злишься? Почему, что случилось? — он разнервничался, как дурак.
Я же испытывала самые разные эмоции. Ненависть, обиду. Почему сейчас, если ты ни слова не сказал, когда мне это было позарез нужно?
Я была одновременно и счастлива, и раздражена. Когда он сказал, что любит меня, мое сердце забилось, как придурошное. А еще мне было очень грустно. Теперь, услышав скрываемый им секрет, сбежать я не могла.
Какая же я жалкая: ни принять его не могу, ни отшить.
— Это я во всем виноват. Хватит плакать. Будешь и дальше реветь, совсем из сил выбьешься.
Каллисто, не представляя, что делать, посмотрел на рыдающую меня и снова обнял. При этом непрерывно вытирая мне глаза и нос.
Мне снова стало грустно, так что я осталась в его объятьях и еще поплакала. Я уверена, что ревела из-за печали, но, странное дело, чем дольше я плакала, тем легче мне становилось. Я изливала свои слезы до тех пор, пока совсем не выбилась из сил, как кронпринц и предупреждал, а затем затихла.
Несмотря на то, что его доспехи были все в моих слезах, Каллисто меня не оттолкнул.
Уткнувшись ему в плечо, как ребенок, я медленно перевела дух.
— …Я не могу дать Вам ответ, который Вы хотите услышать, Ваше Высочество.
— Ничего страшного.
Не думаю, что он слушал: кронпринц ответил слишком быстро.
Я на какое-то время замолкла, а потом заговорила снова:
— Вы сказали, что сделаете все, что я захочу.
— Да.
— Возможно, Вам будет сложно принять то, что я хочу сделать.
Мне все же хватило храбрости сказать это, однако в ответ рядом раздался тихий смешок.
— Стоит ли мне добавить, что никакая я не принцесса?
— Но ты реальна!
— Да что Вы говорите? Тц, атмосфера располагает, так что мне не нужно сдерживаться.
— Ух! Подожди, подожди!
Я, разозлившись, попыталась выбраться из его объятий, но он держал меня крепко. Я так взбесилась, что ударила его по груди, но затем успокоилась и снова устроилась у него в руках. Лишь после этого кронпринц ослабил свою хватку.
Привалившись к нему, я пошарила рукой по полу. Вскоре я нащупала твердую рукоять волшебной палочки. Я схватила ее и показала Каллисто.
— А теперь… я убью Ивонну с помощью вот этого.
— Ивонну?
— Родную дочь герцога Экхарта.
— О, — он приподнял брови и восхитился сказанным мной. — Кстати, если ты собираешься ее убить, не лучше ли взять стальной дрын?
За эти слова я снова заколотила по его груди.
— Ох, ты и меня убить хочешь, — не замолкая, придуривался кронпринц.
Я посмотрела на продолжавшего шутить Каллисто и выдала:
— Когда все закончится, возможно, мы больше не сможем быть вместе.
— …
— Тем не менее… Вы все равно будете меня любить?
— От этого немного больно, — нахмурился кронпринц.
Каждый раз испытывать его было невыносимо. И в то же время я нервно дрожала, не зная, что могла значить его реакция.
В итоге все оказалось впустую.
— Все в порядке. Куда бы ты ни отправилась, я последую за тобой, как сегодня.
— …
— Я люблю тебя, Пенелопа Экхарт, — повторил Каллисто с тем же самым выражением лица.
У меня снова перехватило дыхание.
Я почувствовала, что мое сердце вот-вот взорвется, и резко встала…
— Ой…
…И тут мою голову резко потянуло к лицу Каллисто, так что наши лбы чуть не столкнулись. В то же миг моих губ коснусь что-то теплое и мягкое.
Я никогда никого не целовала, поэтому не представляла, что мне делать. Зажмурившись, как дура, я вздрогнула и просто прижала свои губы к его.
Однако замешательство продлилось лишь краткий миг. Его рука, обвивавшая мою талию, поползла вверх. Большая ладонь сгребла мой затылок и притянула меня ближе к нему так, словно он хотел меня съесть. Кронпринц, будто человек, голодавший несколько дней, самозабвенно сосал и лизал мои губы. Затем его влажный язык грубо проник между ними, обвил и засосал мой.
Чмок, чмок.
Мы целовались долго. Вкус первого настоящего поцелуя оказался именно таким сладким, как говорят. Настолько сладким, что мои слезы все не останавливались.
Прихватив зеркальную палочку, мы с кронпринцем сбежали из мрачного храма — склепа древней Лейлы.
— Яла Була Арчино!
С помощью причудливого заклинания мы покинули унылую пустыню, оказавшись на берегу острова.
— Ну и как нам выбраться отсюда? — подавленно спросила я, глядя на необъятную морскую гладь.
Я была так сосредоточена на
