Горыныч, такое впечатление, втянул в плечи все три головы разом.
Хм, дайте угадаю… нашу помолвку организовал совсем не цесаревич. И даже не император.
«Если что, сладкая, я и так пишу все в реальном времени, всегда можно пересмотреть. Ну или организовать краткий письменный пересказ видео. Новая функция, лет сто как появилась. Если чешуйчатый подкинет еще душ для обновления, я даже принтер организую».
«Сколько надо⁈ — Еще никогда за все время нашего знакомства трехголовый не рвался потратить деньги так охотно и с такой скоростью. — На твой счет? На Наденькин? Или велеть сразу тащить золото?»
«Не деньги и не золото. Мое обновление, увы, происходит не за счет презренного металла, иначе я б давно качал этот элемент тоннами с необитаемых планетарных систем. Нужны энергонасыщенные души, принесенные в жертву последователями или отошедшие мне по контракту. Если в разумных не ниже среднего, то не хватает сущей мелочи — около восьми-десяти человек. Если в монстрах, то придется забрать на алтаре жизнь сотни среднего уровня или пятнадцати — высшего».
«Слушай, я все хотел спросить. А как должен выглядеть твой алтарь? Обязательно как родовой?» — внезапно в разговор вмешался рыбка.
«Такой примитивный инструмент нужен лишь низшим сущностям. Для моего достаточно рунной вязи с моим именем на прочной поверхности и ритуального оружия с ним же. Еще желательно, чтобы жертва испытывала яркие эмоции перед кончиной».
— Мальчики, не отвлекайтесь! — Строгий голос императрицы напомнил нам, что таки мы не дома, а еще эта змеюка прекрасно слышит наши мысленные переговоры.
Кошмар на самом деле, ее даже той самой змеюкой обзывать теперь опасно в мыслях! Она и за первый-то раз отвесила бал, киоск со сладостями и пару обязательных танцев жениха и невесты. А в следующий раз чем накажет⁈ Не дай бог, младшим цесаревичем!
— Да, Надя, минимум по одному танцу ты обязана оставить троим царевичам. Все правильно. Желательно, конечно, по два: один медленный, полонез или вальс, и один энергичный — мазурку, кадриль или польку. Но тут оставлю на твое усмотрение. Ведь помимо них, тебе придется танцевать с женихом, — взгляд на Игоря, — с мужем, — на Сашу, — и, возможно, с будущим свекром. Заодно и познакомитесь.
Точно. У Игоря есть еще и родная семья, с которой нас обещали познакомить на том самом балу.
— У-у-у-у! — сказали вслух сразу все. Даже Немезис, за компанию.
«Барышня, нам срочно надо посетить два-три лучших столичных ателье. Поскольку лимит на золото отныне снят, вы просто обязаны одеваться соответственно статусу. И не только вы! Мы и так преступно опоздали. Наверняка там сейчас огромная очередь!»
— Слушайте голос разума, дети, — откровенно развеселилась Елизавета Анатольевна. — Слава богу, есть еще надежные слуги в этом мире!
— А-а-а-а-а!
Интересно, ее величество не пробовала создать среди своей родни кружок хорового пения? Стенания, если точнее. У нее бы отлично получилось!
— Ладно, на сегодня можете быть свободны, — смилостивилась императрица. — Тем более что ателье действительно стоит посетить. И не откладывайте этот вопрос на последний момент. Илюша, проследи, пожалуйста. И возьми у секретаря карточку на вип-обслуживание, чтобы вас приняли в работу без очереди. Заказ платьев к балу обычно происходит минимум за три месяца.
«Капец, ребята, — окончательно приуныл наш собственный змей. — Нас теперь с хвостом сожрут! И придворные дамы — первые!»
Глава 34
Бал
Бал… как много в этом звуке шипящих змей в кокетливых платьишках!
Так и едят глазами, гарпии тощие. Неужели в боярки тоже пришла мода на балетную стать и фигуры вешалок для несуразных писков моды? Хоть бы одна могла похвастаться таким же богатством в декольте. А заодно помучиться болью в пояснице и невозможностью спать на животе!
Так что имею право пользоваться всеми преимуществами большой груди, коль уж я за нее отстрадала достаточно и дальше продолжаю страдать.
М-да, все хорошо, одно плохо. Один. Его высочество царевич Павел. Чтоб его зайцы съели, падлу такую! Жаль, что нельзя…
«Если нельзя, но очень хочется, то можно, сладкая, — попытался намекнуть Немезис с шикарной люстры, рассыпающей хрустальные блики по всей бальной зале. — Этот мальчишка регулярно сбегает от охраны и все время лезет поперек батьки в каждую аномалию. Можно предложить сходить на совместную охоту. Главное — не уточнять, что помимо монстров охотиться мы будем еще и на самого цесаревича».
Щупальца Лилит оттолкнулись от потолка, слегка раскачивая огромную конструкцию. И снова никто будто не замечал подозрительного покачивания. Даже играющие по всему залу радужные солнечные зайчики никого не насторожили.
«Молчи, демон, не искушай! — зашипел из дальнего угла Горыныч. — Я бы и сам его давно пришиб, если бы не тетя!»
«Убивать нельзя, ладно, — уныло простонала я, кружась в руках означенного падлы. — Но выпороть хотя бы можно⁈ Он же, скотина, нарочно все время подножки ставит и ловит то за грудь, то за задницу!»
«Без тебя справляются, — сумрачно буркнул мой собственный змей. — Как бы иначе дядя его в рамках держал⁈ Только утром ремня прописали, вот он и старается, пока задница еще саднит. Не хулиганит особо».
«Это называется „не хулиганит“⁈ Ай! Епть… Ну все, мальчик, ты доигрался!»
«Главное, не покалечь и не сильно унижай публично. Остальное дядя с тетей простят! — заспешил Горыныч к нам из своего угла в центр зала. — Аккуратнее!»
— Айш-ш-ш! — сказал царевич и чуть не упал мне носом в декольте. Точнее, упал и получил заряд навыком по пустой башке на полную мощность, так что выпрямила его я сама, придержала сама и сделала вид, что он никуда не падал, тоже сама.
Заодно подпустив под красочный белый мундир падл… Павла свою маленькую, практически новорожденную месть. У которой как раз сегодня утром стрекательные клеточки на щупальцах прорезались.
— Осторожнее, ваше высочество, — нежно мурлыкнула я в покрасневшее ухо под рыжими прядями. — Ну что ж вы так… проводить вас на место? Да? Сейчас, малыш, не беспокойся, все будет хорошо…
— С-с-с-с! М-м-м… ах… — Краснота у царевича мгновенно стала угрожающе малиновой. Он вцепился в меня обеими руками и зашипел, прям как маменька-змея. Тоже мне, гордый птиц! Одна голова и та безмозглая… или две? Я запуталась. То ли спит вторая, то ли побороть первую не может, то ли из-за этой ругани до определенного возраста все орлята страдают повышенной пакостью… да пофиг. Главное, я
