кто-то еще о них помнит, происходили такие не менее невероятные вещи.
Закрыв дверь, Клещ повернулся, но Гычи почему-то в просторной прихожей не увидел. Это было несколько странно, потому что не было слышно, чтобы тот убегал в другие комнаты. Ведь только что стоял буквально за спиной, а теперь - вдруг нет его. Вот гад, подумал Клещ, опять торопится первым что-нибудь ценное хапнуть.
Один раз такое уже было, еще в Твери. Тогда они так же выследили богатенького пенсионера, бывшего работника обкома партии, как потом выяснилось, зашли в квартиру, и, пока Клещ возился с замком, который никак не хотел закрываться изнутри, его напарник и компаньон собирал в сумку все ценное, что попадалось на глаза. Потом они вроде бы все честно поделили, как всегда, а на следующий день Клещ увидел на Гыче золотые часы с браслетом. Тот сказал, что купил. Но Клещ хорошо разбирался в дорогих вещах, и его зоркие глаза могли отыскать маленький кусочек золота даже в огромной куче навоза. Да и запомнил он фотографию, стоявшую в рамочке в квартире пенсионера, на которой тот пожимал руку какому-то солидному типу с московской физиономией. А из-под рукава пенсионера выглядывали точно такие же часики, какие теперь были на Гыче. Клещ, конечно, ничего ему не сказал, но на будущее стал иметь в виду, что дружок не чист на руку.
Клещ сделал один шаг от двери и... увидел Гычу. Тот стоял прямо перед ним совершенно прозрачный и переливающийся всеми цветами радуги. Вернее, он даже не стоял, а висел в метре от пола, держа в руках их большую черную сумку. Но особенно поразила его даже не поза, а лицо товарища, на котором был написан такой безумный испуг, что Клещу стало не по себе. Гыча был храбрым парнем и без комплексов, его практически ничем нельзя было испугать, сам кого хочешь испугает и в гроб загонит, а тут вдруг такая паника.
С чего бы? Он уже собрался спросить его об этом, но почувствовал что-то непонятное. Во первых, он не ощущал своего тела, словно его совсем и не было, а во-вторых, все окружающее тоже изменилось: стены, шкафы, пол и потолок - все стало прозрачным и переливающимся, как и Гыча. Было такое ощущение, что они попали в бассейн и находятся под водой, только вот рыбок нигде не было видно. Клещ поднял свою руку и посмотрел сквозь нее на друга. Друг просматривался хорошо. Ему это понравилось.
- Что за дребедень? - шепотом спросил он у Гычи, обводя глазами вокруг.
- Сам не пойму, - пробормотал тот. - По-моему, мы во что-то крупно влипли. Ты меня что, не видел, когда вошел?
- Нет.
- И не слышал, как я тебя звал?
- Нет, а что?
- А то, что нас теперь никто не видит и не слышит.
- И менты тоже?
- Наверное.
- Так это ж здорово! - обрадовался Клещ. - Банки брать будем!
- Думаешь?
Гыча задумчиво подлетел к трюмо и попытался ухватить прозрачными пальцами расческу, но безрезультатно пальцы прошли сквозь нее, не сдвинув ни на миллиметр.
- Хрен мы что будем брать, - хрипло проговорил он. - Ничего мы теперь ограбить не сможем.
- Обидно, слушай. А что тут вообще происходит? Может, давай лучше отсюда когти рвать?
- А как ты дверь откроешь, если мы вроде как из воздуха сделаны? Черт возьми, Клещ, мне это не нравится. Мне эта старуха сразу не...
И тут в дверь позвонили. Братишки вздрогнули, переглянулись и разом, помимо своей воли, поднялись к потолку и зависли там, уставившись на дверь. Звонок опять затрещал.?
- Кто бы это мог быть? - шепотом спросил Гыча. - Для старухи еще рановато.
- Это, наверное, та девка, которую я увидел на площадке.
- Какая еще девка?
- Не знаю. Я дверь как раз закрывал, а она поднималась по лестнице. Да ты не бойся, друган, нас ведь все равно не видно и не слышно теперь. Пусть звонит. Давай лучше подумаем, как выбираться отсюда.
- Бесполезно - я уже все перепробовал, - услышали они чей-то голос и резко обернулись.
У двери в комнату висел такой же, как и они, прозрачный тщедушный старикашка в спортивных штанах и полосатой коричневой куртке от пижамы и испуганно таращился на них.
- Эй, ты кто? - первым пришел в себя Гыча.
- Я - Зиновий, сосед Софьи Давыдовны. А вы, как я понял из ваших разговоров, грабители? Да вы не бойтесь, в милицию звонить не буду, - успокоил он их, видя, что парни переглядываются. - Я тут уже битый час нахожусь.
Мы с вами друзья по несчастью, так сказать. Да залетайте в комнату, чего на пороге висеть-то.
Они переместились в гостиную и мягко опустились на диван. Зиновий начал рассказывать.
- Я давно подозревал, что эта Софья колдунья. Сегодня вот решил зайти проверить, правда ли это. И проверил на свою голову, - горько усмехнулся он, покачав плешивой головой. - Короче, как я понял, мы в другое измерение попали или куда-то вроде
этого. ВЫЙТИ отсюда невозможно. Я даже через балкон пытался, видите, там дверь открыта, но что-то не пускает. Будто стена стеклянная стоит. И не разбивается, сука! И в форточке то же самое. И в зеркале нас не видно. Одним словом, заколдовали нас, ребятушки.
- И что теперь? - заволновался Клещ.
- А что теперь? Старуху ждать будем. В ножки бросимся, покаемся, пусть расколдовывает к чертовой матери. Отступного заплатим, если что. У вас деньги-то хоть есть?
- Если были бы, то по квартирам не лазили бы, - буркнул Гыча. - А если она не согласится? Не век же нам здесь торчать, да еще в таком виде!
Он провел рукой сквозь лицо сидящего рядом Клеща, и тот даже ничего не почувствовал.
- Что значит не согласится? - возмутился старик. - Это противозаконно, между прочим! Я на нее управу найду...
- А в чужую квартиру вламываться законно? - с тоской возразил Гыча. - И вообще нужно еще выяснить, что ты за птица. Мы-то, понятно, обычные благородные воры, а вот какого черта ты сюда забрался - это вопрос.
- Я же объяснил, - испуганно запричитал дед, - проверить хотел, колдунья она или нет!
- И все?
- Вот вам
