я не знала. Но он ответил:
— В то время это была группа жалких монстров или людей. Это не имело значения. Они действовали как единое целое. Это были организованные убийства, как будто одного ублюдка-убийцы недостаточно. Они планировали, замышляли и хладнокровно расправлялись с городом, гордо называя себя Братством.
Кожа на моих голых икрах покрылась мурашками, а дыхание перехватило в горле.
— Больше похоже на культ, если вы спросите меня, — заметил грубый женский голос.
Остальные хрюкнули в знак согласия.
— Одному Богу известно, что они сделали с теми женщинами, которых забрали.
По моему позвоночнику пробежали мурашки. Я представила, какой страх они испытывали, когда их хватали во сне... Капитан сделал еще один круг вокруг костра.
— Загробный мир был наводнен душами в ту ночь. Их оказалось так много, что духи с трудом могли всех рассортировать. Это разозлило многих существ на той стороне. Неправильно, когда баланс жизни и смерти был нарушен таким жалким насилием. Но убийств им оказалось недостаточно, после чего они подожгли город. Из-за масштабов их действий смерть была бы слишком малым наказанием — они были прокляты, чтобы провести вечность, расплачиваясь за свои грехи. Некоторые говорили, что это передастся через их детей и детей их детей. Некоторые говорили, что они все до сих пор живы и находятся в Эш-Гроув.
Капитан окинул меня пристальным взглядом, и я почувствовала, как холодная тревога покалывала мою кожу. Он продолжил:
— Праздник, который отмечается каждую ночь октября, Хэллоуин, задумывался как фестиваль в честь мертвых. Некоторые считали, что он был необходим из-за того, что стало происходить в годы после резни. Город восстанавливался, выжившие и разлученные семьи двинулись вперед, но начали... видеть вещи. Рассказывали, что каждую ночь в октябре в город приходило новое чудовище, почуявшее запах земли с привидениями. Говорят, что на Хэллоуин старые жители города, те, кого они истерзали, снова ходили по улицам. Мы все одеваемся в костюмы девятнадцатого века, чтобы не смущать их. Чтобы у них была нормальная ночь. Но даже сейчас, сотни лет спустя, монстры все еще в деле. Все еще убивают. Проклятие лишь позволило им продлить свое правление. Ты ведь уже знаешь, как они называются, верно, Лиса?
Даже пламя, издаваемое треск, затихло. Я не хотела знать. Так много времени я жила, избегая... того, что я делала. Избегала правды, видений, навязчивых мыслей, деталей, которые притягивались друг к другу, как магниты. Когда все повернулись ко мне, даже попугай, я выдохнула:
— Парни Хэллоуина.
Слова капитана пиратов так громко звучали в моей голове, что заглушали игру на барабанах и арфах группы людей, похожих на оленей. Я надеялась увидеть его, того самого, о котором рассказывали в сказках. «Призрак», — шептали они с тихим благоговением. Я планировала встретиться с ним лицом к лицу и сделать это во время другого танца. Музыка была легкой и идеально подходила для моих вопросов. Хватит с меня городских загадок и полуправды, я хотела расспросить его, Человека-Скелета, преследующего меня. Пираты рассказали мне достаточно, но я хотела услышать это от него.
Ворон мягким пернатым локтем ткнул меня в руку.
— Ты выглядишь усталой. Может, мне проводить тебя до машины?
Я в миллионный раз оглядела толпу. С разочарованным вздохом согласилась. Сегодняшний вечер был неудачным во всех смыслах этого слова. Из-за ссоры с Эймсом и из-за того, что мой партнер по танцам оставил меня, я чувствовала себя абсолютной неудачницей. Даже Эсмеральда только взглянула на меня, когда я уходила, и исчезла. Она не хотела находиться рядом со мной. Единственное, что было хорошего в моем неудачном вечере, не считая получения полного рассказала от пиратов, это то, что мне посчастливилось получить новую квартиру и работу. А Ворон был легкой компанией.
— Как давно ты приходишь на Праздник Даров? — спросила я, пока мы пробирались сквозь рога и мех.
— Давно, — честно ответил он. — Но я живу в Пепельной Роще. Большинство здесь не живет.
Это меня удивило.
— Но все здесь говорят, что к ним никогда не приходят гости. Люди в Эш-Гроув смотрят на меня так, будто у меня две головы. Откуда же берутся все эти люди, если они не остаются здесь?
Месяц — это большой срок для фестиваля, но каждый вечер я видела одни и те же красивые лица в масках. Это не имело смысла. Каждый день добираться туда и обратно было кошмаром с точки зрения логистики. Мой друг пожал плечами. Я догадалась, что он все еще в образе птицы.
— История этого города привлекает разных особенных людей. Этот фестиваль — то, ради чего стоит праздновать Хэллоуин. — Его клюв повернулся ко мне, и, когда он протянул свои крылатые руки ко мне, я представила себе улыбку под ним. — Фокусы, угощения, немного озорства и монстры повсюду. Что может не понравиться?
Легкая улыбка коснулась моих губ, когда я шагала рядом с ним. Толпа рассеялась, мы пересекли линию деревьев и увидели мерцающие фонари. Ворон оставался рядом со мной, перья на его руках были такими длинными, что волочились по земле рядом с нами. Его нельзя назвать маленьким, хотя он был выше меня всего на дюйм или около того. Я краткими мгновениями осматривала его костюм, гадая, что за добрая душа скрывалась под ним. Темный капюшон-маска покрывал его голову, не давая никакого намека на волосы или уши. На нем был простой жилет на пуговицах, поверх которого красовались сотни перьев. Я хотела бы знать, кто он, чтобы написать ему, возможно, мы могли стать друзьями.
Я нарушила молчание:
— Думаю, у меня есть остатки пиццы, если ты хочешь пойти ко мне и потусоваться.
Часть меня не хотела оставаться в одиночестве и думать о нашей ссоре с Эймсом. Другая часть действительно хотела узнать Ворона получше.
— Я уже поел, но, спасибо…
Его длинная пернатая рука резко поднялась к моему животу, останавливая меня. Мое сердце подпрыгнуло в груди, пока я неподвижно стояла в тишине, улавливая только слабый треск сухих листьев. В темноте леса раздался стон. Ворон повернул клюв в направлении звука, а затем наклонил голову. Я вглядывалась в темноту, пытаясь разглядеть источник звука. Внезапно появилось красное пятно, и из кустов выскочил человек, которого я узнала. Эсмеральда разглаживала платье, а капитан Векс нахлобучил шляпу на голову, одной рукой лениво обнимая ее за плечо. Эсмеральда встретила мой взгляд и усмехнулась, вытирая красную жидкость с подбородка. И тут я заметила шею капитана... и разорванную окровавленную ткань на его груди.
— У вас идет кровь, — сказала я в тревоге, — Вы в порядке? У меня
