Друзья задержались, чтобы понаблюдать за ходом игры «Найди самый большой пурпурный клубень!». На широкой доске длиной тридцать и шириной десять футов поместили макет Карабаса. Здесь тщательно воспроизвели Предгорья, горы Воспоминаний, Южную платформу, возвышенности и долины, степи, ручьи и леса. Голубые, красные и пурпурные лампочки указывали местоположение клубней. Их было очень мало в Предгорьях и значительно больше в горах Воспоминаний и на Южной платформе. Белый блок с пурпурными шипами на каждом углу обозначал «кхуз» — лагерь дирдиров. У стола собралось множество людей, каждый управлял действиями определенной фишки в виде миниатюрной статуэтки. На доске стояла и четверка стилизованных охотников. Все по очереди метали четырнадцатисторонний кубик для определения расстояния, на которое передвигались копатели по маршрутам, выбранных самими игроками. Дирдиры, преследующие их по тем же принципам, стремились пересечь линию хода какой-либо фигурки, после чего она считалась уничтоженной, и ее убирали со стола. Когда крошечному «собирателю» удавалось пересечь линию светящихся лампочек, показывающих цвет клубней, он набирал очки. По желанию хозяина фишки, она могла покинуть Зону через «Врата Далеких Огней», и тогда ему выдавали выигрыш. Однако чаще всего он, ослепленный жадностью, держал свою фигурку на доске до тех пор, пока ее не «убивали», и в результате терял деньги. Игра полностью захватила и Рейша. Участники сидели, вцепившись в перила своих секций, их глаза с расширившимися от возбуждения зрачками лихорадочно блестели. Они нервно ерзали на стульях, выкрикивая команды передвигавшим фишки служителям, ликуя при находке очередного клубня, нервно фыркая по приближении дирдира и уныло откидываясь назад, когда охотники находили очередную дичь, и они лишались выигрыша.
Наконец все закончилось. На территории миниатюрного Карабаса не оставалось больше ни одной статуэтки «собирателей» и дирдиры покинули опустевшую Зону.
Игроки быстро разошлись. Те, кому повезло, забрали деньги. Другие желающие разбогатеть купили фигурки, расселись по будкам, и страсти разгорелись с новой силой.
Друзья отправились дальше. Остановившись возле доски объявлений, Адам стал внимательно просматривать броские рекламы, красиво выписанные на больших листах бумаги:
«Составлялась в течение семнадцати лет! Точнейшая карта великого собирателя Санбоур Яна! Совсем недорого —1000 цехинов! Гарантируем, что она никогда не использовалась »
«Карта Таинственного Гарагонсо, который тайно жил в Зоне, выращивая свои клубни, лелея их, как детей. Всего 3500 цехинов! Никогда никем не применялась ».
Недоумевающий Рейш обернулся к Анахо. Тот снисходительно объяснил:
— Очень просто. Такие как Санбоур Ян и Таинственный Гарагонсо в течение нескольких лет отыскивали наиболее безопасные районы Карабаса и находили там низкокачественные цехины: водянистые и молочные, известные как сердолики, а также бледно-зеленые. Затем они тщательно отмечали место и маскировали как можно лучше — засыпав грудой мелких камней или ракушек, — надеясь вернуться туда через несколько лет, когда клубни созреют. Самая большая удача — обнаружить пурпурные, но поблизости от границы, в спокойных областях, куда как правило ходят подобные люди, их растет очень немного. Чаще всего попадаются водянистые, молочные сердоликовые, которые еще раньше кто-то заметил и надежно спрятал. Когда такой человек погибает, его карты становятся ценным товаром. К сожалению, покупка связана с риском. Первый же собиратель, в чьи руки попадет карта, может с ее помощью собрать самые редкие клубни, а затем выставит уже бесполезный клочок бумаги на продажу как «никогда не использовавшийся». Как его уличить?
Друзья возвратились в гостиницу. В фойе горела единственная люстра, походившая на гроздь драгоценных камней, бросавших мерцающие отблески разноцветного сияния на темное дерево стен. В столовом зале, где оставалось только несколько перешептывающихся постояльцев, царил полумрак. Друзья достали из ниш чашки с крепким чаем и устроились в отгороженном от остального зала помещении, похожем на кабинет.
Траз недовольно заговорил:
— И Мауст, и Карабас — места для сумасшедших. Мы должны уехать отсюда и попробовать найти нужную сумму другим способом.
Анахо весело махнул рукой и заметил:
— Этот город всего лишь порождение вечной игры людей и цехинов. Кто победит? Первые погибают, вторые отдают себя в руки самых достойных. Так к нему и следует относиться...
— Ты вечно говоришь дурацкими загадками! — возмущенно сверкнул глазами Траз. — Пытаться разбогатеть здесь или в Зоне — рискованная и невыгодная для нас игра. Я не желаю вступать в нее.
— Ну а я, — спокойно сказал Рейш, — хочу добыть деньги, но не собираюсь напрасно рисковать.
— Немыслимо! — воскликнул субдирдир. — В Маусте ты можешь потерять только средства к существованию, но в Зоне — собственную жизнь. Как мы избежим смертельной опасности?
— Я попытаюсь уменьшить ее степень до разумного предела.
— Такое старается сделать каждый. Но ночью по Карабасу рыскают дирдиры, а в Маусте владельцы лавок зарабатывают больше, чем все копатели вместе взятые.
— Добывать клубни — долгое и не всегда успешное дело, — сказал Адам. — Я предпочитаю уже собранные цехины.
Анахо понимающе улыбнулся.
— Задумал подстерегать удачливых копателей? Должен предупредить, такое занятие тоже сопряжено с немалым риском.
Рейш устало упер взгляд в потолок. Как мог Анахо так превратно истолковать его слова?
— Подобная мерзость мне и в голову не приходила.
— Тогда я теряюсь в догадках, — озадаченно произнес субдирдир. — Кого ты хочешь грабить?
После небольшой паузы Адам осторожно заговорил:
— Идея пришла мне в голову, когда мы следили за игрой. Даже странно, что я раньше не сообразил! Когда дирдир убивает собирателя, что происходит с его цехинами?
Анахо со скучающим видом щелкнул пальцами.
— Они тоже становятся законной добычей, как же иначе?
— Возьмем типичную охотничью партию. Как долго они находятся в Зоне?
— От трех до шести дней. Великие, а также приуроченные к памятным датам загоны проходят немного дольше, а состязания между отдельными соперниками, как правило, короче.
— И сколько людей в сутки может растерзать такой отряд?
Анахо задумался.
— Любой охотник, естественно, надеется, что добыча будет ему попадаться постоянно. Обычная, хорошо вооруженная группа совершает два-три убийства в день, иногда больше. Много мяса, конечно, пропадает попусту, ведь они не успевают съесть все свои жертвы. Но тут уж ничего не поделаешь...
